Седьмое желание

ТА-76 (Вторник, 20 января 2026, 13:19:25) писал:

А вот меня это совсем не воодушевляет. Именно потому что идельный не нужен никто. И Мейсон в особенности.

ТА-76 (Вторник, 20 января 2026, 13:19:25) писал:

И далеко не всем нужна!

ТА-76 (Вторник, 20 января 2026, 13:19:25) писал:

Мейсон понял, что ему нужна не любая мама! А принимающая его любимую женщину. И любящих друг друга родителей он так и не получил. А это тоже основа счастливой семьи.

Оля, наконец-то продолжение!

В последней истории у Мейона вполне был шанс жизнь наладить - послать свою семейку и политику и жить счастливо с Мери. Если бы Сись ему на это кислород в Санта-Барбаре перекрыл, можно было бы и в другой город уехать.

Я так поняла, что в реальности этого фика у Мейсона просто нет шансов на счастливую жизнь с Мери, чтобы он там ни загадывал.

Оля, очень интересная глава! По мне - очень правдоподобен такой вариант событий, если бы СиСи был с Памелой. И, все-таки, кепвеллята - это не отъемлимая часть СБ, и жизни Мейсона...И Елена, несмотря на воспитание в родной семье, червоточину имеет.Очень вериться в такое отношение Памелы к Мэри. Задело то, что СиСи в этой реальности не боготворит свою невестку...

Сообщение отредактировал Fyyf: Четверг, 22 января 2026, 11:22:20

Clair (Среда, 21 января 2026, 11:40:14) писал:

Так, конечно, дьяволица в любом случае обманет. Но я все-таки рассчитываю на счастливый финал). Надеюсь, что Автор нам его подарит каким-то волшебным образом..

Девочки, спасибо всем за отзывы!!!

Fyyf (Четверг, 22 января 2026, 11:21:33) писал:

Аня, все так! И конечно, я бы за этот фик не взялась, если бы не планировала счастливый финал)))

Цитата

Да, Си Си здесь, во-первых, более жесткий (думаю, что это вообще не Си Си - Джед, не вижу его здесь), а во-вторых, не было у него тех жизненных уроков, не было кому указывать на ошибки - ни Розы, ни Софии тут нет, ну и Мэри тут его не выхаживала.

Clair (Среда, 21 января 2026, 11:40:14) писал:

Да, вполне мог быть шанс. Но от дьявола честной игры никто, в общем-то, и не ожидает.

ТА-76 (Вторник, 20 января 2026, 13:19:25) писал:

Да-да, Мэри его любит во всех вариантах, по-другому мне не видится. Но она видит перед собой того Мейсона, которого мы не знаем, у них есть свое прошлое, которое совсем другое

Цитата

Ох, боюсь, эта глава будет очень короткой) Думаю, для Мэри Мейсон тоже идеален как он есть, другой ей вряд ли нужен)

Сообщение отредактировал olga_77: Четверг, 22 января 2026, 12:00:32

olga_77 (Четверг, 22 января 2026, 11:49:27) писал:

Ура!!! Очень радостно увидеть подтверждение своим ощущениям! Буду ждать окончания истории.)

Глава 5. Неподвижность

Мейсон попытался понять, где оказался в этот раз. Не было ничего, за что мог бы уцепиться взгляд, ни одного знакомого ландшафта, — повсюду, куда ни глянь, был песок, Мейсон ощущал его босыми ногами. Песок и океан. Хотя нет — невдалеке стоял одинокий домик. Идеальное место. От него веяло бы спокойствием, если бы не одна вещь. Воздух словно застыл — не было ни ветерка, ни движения.

И сам он словно внутри картины — красивой, но абсолютно безжизненной. Мейсона охватила паника, он попытался вдохнуть побольше воздуха, чувствуя, как сильно давит в груди, и не смог. Этот мир словно не терпел ничего резкого, даже слишком громкого вдоха. Словно ещё чуть-чуть — и картина разобьется, и океанский пляж рухнет, полетит куда-то в бездну… Ощущение было настолько реальным, что на секунду Мейсон был готов пожелать оказаться где угодно, только не здесь.
Но в следующее мгновение ужас прошел, и Мейсон даже не мог вспомнить, что именно чувствовал секундой раньше, что так напугало его. Потому что из домика вышла такая знакомая фигура и направилась прямо к нему.
Мэри была в простом хлопковом платье — светло-зеленом, том самом, в котором она приходила в конюшню теперь уже в другой жизни, чтобы сказать, что хочет быть с ним. Когда она в первый раз призналась, что любит его.
Он преодолел несколько десятков метров за секунду и прижал её к себе. Вдохнул её запах, смешанный с соленым воздухом океана, и ощутил то же головокружительное счастье, что и тогда, в конюшне. Поцеловал её, и Мэри прижалась губами к его губам. Мейсон прикрыл глаза, полностью отдавшись ощущениям её губ — мягких, теплых, с привкусом соли, как будто она только что вышла из океана. Возможно, так и было — погода стояла прекрасная, и где-то вдали раздавались радостные крики какой-то компании, отдыхающей на пляже.
— Я люблю тебя, — Мейсон оторвался от её губ, чтобы взглянуть на неё. Сколько уже раз за последние дни он терял её и снова обретал, каждый раз разную? Вот и сейчас она снова была неуловимо другая. Аккуратно подстриженные волосы плавными локонами спадали ей на плечи, глаза смотрели слегка задумчиво и даже устало. — Мэри?
— Я тоже люблю тебя, — откликнулась она, словно машинально, и улыбнулась. Но не так, как она обычно улыбалась, произнося эти слова — в ней не было того затаенного счастья, того желания, той нежности. Он знал тысячу интонаций, с которыми она говорила ему эту фразу, и каждый раз это заставляло его сердце биться быстрее или замирать, не веря своему счастью, или же вызывало у него желание говорить какие-то неимоверные глупости, только чтобы она продолжала смотреть на него своим необыкновенным взглядом.
Но сейчас что-то было не так. Мэри смотрела как-то по-чужому. Он не понимал, откуда это ощущение в таком, казалось бы, идеальном мире, но оно не уходило.
Нужно было срочно придумать что-то, что бы заставило её глаза загореться тем особенным светом…
— Знаешь, как я хочу провести этот день? — заговорил он, торопливо. — Прекрасная погода для морского путешествия. Предлагаю взять яхту (интересно, есть ли в этом мире их семейная яхта? Неважно, наверняка можно договориться и взять подходящее судно напрокат) и отправиться куда глаза глядят.
— Мейсон, я не уверена, что хочу на прогулку.
— Ну хорошо, останемся здесь, — легко согласился он, сам удивляясь, насколько без усилий слова слетали с языка. — Отправимся в ресторанчик Базза… или ещё какой-нибудь, — добавил он, потому что снова не был уверен, что ресторан Базза существует в этой реальности. Но Мэри покачала головой.
— Я бы просто осталась дома.
— Хорошо, я готов заказать твой любимый ужин и даже двойную порцию сарсапариллы, — слова снова сами собой слетели с языка. Зачем он сказал про сарсапариллу? Он никогда не считал школьные предпочтения Мэри кулинарным совершенством.
В любом случае, Мэри на это никак не отреагировала.
— Я, наверное, не хочу ужинать, — сказала Мэри. — Пойду прилягу.
— Хочешь, я тебе почитаю вслух, пока ты будешь отдыхать? Что-нибудь из твоего любимого?
Мэри замотала головой.
— Тогда как насчет музыки?
Мейсон сам не понимал, зачем он это делает, — казалось, какая-то неодолимая сила заставляла его так себя вести. Умом он понимал, что Мэри хочет побыть одна, и что возможно она вовсе не планировала проводить этот день вместе.
— Мэри, наверное, ты хочешь побыть одна, я понимаю. Я побуду здесь, и если тебе что-то понадобится, то ты можешь просто позвать меня…
Кажется, он вёл себя как последний идиот. Она должна была что-то сказать, как-то на это отреагировать — шуткой, улыбкой, выражением лица. Вот сейчас она приподнимет брови и посмотрит на него насмешливо, и это давящее спокойствие развеется, как туман…
Мэри помолчала, потом твёрдо сказала:
— Я, пожалуй, прогуляюсь по пляжу. Не надо меня провожать!
Он попытался сказать, что и не собирался, но вместо этого произнёс:
— Хорошо, а я пока закажу для тебя букет твоих любимых цветов — розы и лилии, так ведь?
— Мне не хочется сегодня роз…
— Тогда что-нибудь простое и элегантное, как полевые цветы?

Мэри выглядела так, словно сейчас заплачет. И это показалось ему облегчением, потому что давало надежду на диалог, а значит, возможность всё наладить.
— Любимая, что не так?
— Мейсон, возможно, мне и хотелось букетик полевых цветов, но за минуту до того, как ты об этом сказал… Мейсон, понимаешь, не нужно больше предугадывать моих желаний… Я себя чувствую так, как будто я сама себе не принадлежу! Мне страшно!

В её голосе наконец-то появились эмоции. Вот только ему показалось, что воздух стал гуще, и снова стало нечем дышать.
— Но я люблю тебя! Я просто хочу, чтобы тебе было хорошо! — возразил он, хотя ясно видел, что его слова только делают хуже.
— Мейсон, я знаю, что ты меня любишь! Но я совсем потеряла себя. У меня нет даже возможности выбрать, что я хочу, понимаешь? Я даже не знаю, что хотеть… ты всегда знаешь лучше. И даже когда я что-то планирую сама, всегда получается так, что ты предугадываешь всё… Мейсон, ты самый лучший, самый заботливый, но я не могу так больше! Прости! — она отвернулась от него, и он понял, что она вот-вот уйдёт.
— Мэри, что мне ещё сделать, чтобы ты была счастлива? — крикнул он, почувствовав, что снова теряет её, и он не понимал почему.
Она поднесла пальцы к вискам, словно у неё заболела голова. Потом повернулась к нему, и взгляд у неё был грустный и уставший.
— Ничего. Мейсон, ты ничего не сможешь сделать здесь.
— Почему?
— Тут всё ненастоящее. Это… о Боже, я чувствую себя как в аду, на протяжении каждого дня! Здесь даже погода идеальна. Ты знаешь, я так люблю грозу — а здесь нет гроз, здесь ничего нет!

Он медленно обвёл взглядом окружавший их пейзаж, чувствуя, что страх, который он ощутил, только появившись здесь, снова возвращается. Слишком идеальная картинка, и погода, и отсутствие ветра… Покой. Нет, скорее, безжизненность. Словно этот мир не терпел ничего — ни слишком громких звуков, ни эмоций, ни проявлений чувств.

— О Мейсон, что ты натворил? Где мы?

Сообщение отредактировал olga_77: Воскресенье, 22 марта 2026, 12:57:19

Ему вдруг показалось, что она каким-то образом всё знает. Что ей известно, на что он пошёл ради того, чтобы вернуть её.
Он должен рассказать ей всё. Попросить прощения, сказать, что всё, чего он только хотел - чтобы она была счастлива. Но что-то говорило ему, что здесь она не будет счастлива никогда.

Мэри взглянула на него так, словно всё поняла, хотя ему не удалось произнести ни слова.
— Мейсон, я тебя люблю. Но мы не должны быть здесь. Это не жизнь.

Она повернулась и медленно пошла по пляжу. Он хотел побежать за ней, но не мог сделать ни шага. Песок внезапно стал таким зыбким, что ноги утопали в нем, не давая двигаться. Он просто смотрел, как Мэри уходит от него, и с каждым звуком ее шагов мир рассыпался, трескался, сквозь красивую картинку проглядывало запустение и мрачные краски и тоска. Ад. Ад, замаскированный под красивый фасад. Неудивительно, что здесь словно не было ничего живого. И откуда бы ему взяться?

Женщина-дьявол материализовалась рядом, разводя руками.
— Думаю, нам пора возвращаться, иначе даже мне здесь не понравится.
Он молча кивнул.


— И что, черт побери, это было?! — сказал Мейсон, когда снова ощутил под собой твердую поверхность крыши Кэпвелл-отеля.
Дьявол пожала плечами.
— Я старалась. Правда. Но очень сложно поддерживать идеальную фантазию.
— Да это просто вариант ада, где ты тут нашла хоть что-то похожее на идеал?
Она приподняла брови.
— Как это по-мужски — обвинять бедную женщину в том, что ей приходится работать в нечеловеческих условиях. Я пытаюсь делать лучшее из того, что имею, знаешь ли! И это не моя вина, что мне не всё доступно! Ты не можешь меня обвинить в том, что я не пыталась.

— Я хотел быть с Мэри в настоящем мире, а ты создала иллюзию.
— Ну уж нет. Что такое я, по-твоему? Я настоящая? А там, где сейчас Мэри — это настоящее?

Он прикрыл глаза. Смысла спорить не было. Вот он здесь стоит и пытается вести переговоры с дьяволом, хотя вполне возможно, что это всё просто бред его больного разума. Это не может быть реальным. В реальности он, возможно, валяется в каком-нибудь дешевом номере отеля в окружении пустых бутылок в полной отключке, и нет там никакого дьявола, никакого ада, кроме его собственного. Но если нет ада, то нет и небес — и Мэри тоже нет, по-настоящему нет, и с этим он не мог смириться.

Мэри была сама жизнь. Она была счастье, и радость, и она заслуживала настолько большего… Какая-то мысль вертелась в глубине разума — что-то, чему он не мог дать название, облечь в слова. Словно проблеск чего-то… нащупай он это, и всё станет ясно, но дьяволица не отпускала его, продолжая говорить и говорить, не давая ему думать.

— Я пытаюсь сделать так, чтобы она не умерла, чтобы никто не погиб на той крыше, но это требует колоссальных усилий. Возможно, это потому, что она не принадлежит тебе на самом деле.
— Никто никому не принадлежит, — глухо пробормотал он. Разве не говорил он это Марку, когда тот заявлял с таким апломбом, что Мэри теперь его? Но верил ли он в это сам? Он просто хотел, чтобы она была счастлива рядом с ним.
— Тогда почему ты так стремишься удержать её? — Женщина-дьявол улыбнулась и подняла бровь. Она поднесла к ярко-красным губам бокал шампанского, которого ещё секунду назад не было в её руке. Мейсон наблюдал за тем, как она сделал глоток и поставила бокал на край парапета. Ни малейшего следа от помады не осталось на прозрачном хрустале.

— Возможно, тебе нужно отказаться от неё полностью, — женщина легким щелчком толкнула бокал, и он полетел вниз. Мейсон ждал отдаленного звона разбитого стекла, но его не последовало. — Иногда проявление бескорыстия даёт нам желаемое.
— Если ты думаешь о том, как получить выгоду от своего бескорыстия, то в чём же бескорыстие? — усмехнулся Мейсон.
— Все всегда ищут выгоду в том, что делают, и ты не исключение, — парировала она. — Вот давай, скажи, каким будет твое следующее желание?

Мейсон лихорадочно стал думать. Как бы он ни старался вообразить идеальное желание, всё было напрасно. У него было такое чувство, что с каждым желанием всё становилось только хуже. Казалось, Мэри вообще не была счастлива рядом с ним. Возможно, причина действительно в этом? Может быть, им не суждено быть вместе, раз всё это приводит к одному и тому же результату?
Что если он просто не мог сделать её счастливой? Тоска по Мэри пробудилась в нём с новой силой. Он знал, что её не унять ничем — и теперь он понимал, что скорее всего снова потеряет её, так или иначе. Нет выхода из этой ситуации. Разве только…
Может быть, дьявол права на этот раз? Если он откажется от неё… По-настоящему откажется от нее? Если Мэри не будет знать его, не встретит его… она не погибнет тогда под этой буквой. И этого будет достаточно. Не нужно никаких идеализированных видимостей жизни. Это должен быть реальный мир. Мир, в котором она бы жила, смотрела на то же небо, любовалась бы тем же закатом… Она бы не погибла, если бы не встретила его.

Он произнёс медленно, обдумывая каждое свое слово.
— Я хочу, чтобы Мэри жила, и чтобы это было реальностью. Пусть наши пути не пересекутся. Я согласен, чтобы Мэри прожила свою жизнь без меня. Пусть это будет длинная, спокойная жизнь. Пусть в ней не будет места насилию, и боли, и страданиям.

Мэри никогда не узнает, чего ему это стило. Но он должен это сделать. Отказаться от неё, чтобы она была счастлива.

— Это всё? — в руках дьяволицы материализовался блокнот с ручкой. Она быстро начеркала в нём несколько строчек и вопросительно взглянула на Мейсона.
— И я хочу увидеть её. Всего один раз. Чтобы знать, что это так и есть.
— Но ты же только что сказал… — женщина-дьявол недовольно скривила губы.
— Одна встреча, — твёрдо сказал он. — Это ничего не изменит. Одна встреча, чтобы убедиться, что ты выполнила условия сделки.
Она пожала плечами,
— Ну, раз ты мне не доверяешь… — капризно протянула она.
— Не доверяю — это еще очень мягко сказано, — усмехнулся он.
— Как хочешь, — пожала она плечами. — Знаешь, Мейсон, я думаю, это твоё лучшее желание. И я постараюсь его исполнить по высшему разряду.

Её глаза загорелись жутковатым огоньком, от которого Мейсону стало не по себе. Но он же всё сделал правильно — он отказался от Мэри, и только Богу ведомо, какой болью далось ему это решение. Он просто убедится один раз, что она жива и с ней всё хорошо, и потом больше не будет искать с ней встреч. И возможно… возможно, у него будет лазейка. Ведь даже одна встреча может многое изменить…

Сообщение отредактировал olga_77: Воскресенье, 22 марта 2026, 12:57:47

Наконец-то продолжение! Спасибо! Это гениально!!!