Перейти к содержимому

Телесериал.com

Невозможное возвращение. Фанфик от Gala

фанфики gala
Последние сообщения
Новые темы

  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 228
#1
Эрин
Эрин
  • Автор темы
  • Активный участник
  • PipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 9 Мар 2003, 14:58
  • Сообщений: 1050
  • Откуда: Москва, Южное Бутово
  • Пол:
Обращение автора:


Здравствуйте, уважаемые фанаты, фанатки и прочие фантики! Второй раз смотрю «Зачарованных» и хоть возраст мой далеко не романтический, смотрю с удовольствием. Как писала на одном из сайтов «Рогнеда», удовольствие доставляет красивая любовь красивых людей. Этого в нашей обыденной жизни всегда не хватает.
Что касается рейтингов и прочих зрительских пристрастий в следующих сезонах, то зря ребята стараются. Только одно может резко повысить этот самый рейтинг – возвращение Коула. Тогда сериал из мистической фантазии перейдет в разряд мистической мелодрамы. А мелодрамы всегда в цене.Поэтому поддерживаю акцию "Наш ответ Спеллингу"
Предлагаю тем, кто общается по-аглицки с Алиссой Милано ( а она – одна из продюсеров), передать ей совет: пусть бросится в ножки Макмехону. Да и тому не резон кочевряжиться – в большое кино он вряд ли прорвется (при всей моей к нему симпатии), а в сериале типа «Зачарованных», если его с умом построить, хватит ему материала для актерского роста, самовыражения и прочих, любезных его сердцу перспектив. Как говорится, будет, где разгуляться.
Таково мое непросвещенное зрительское мнение.
Думаю, что наши российские симпатизанты готовы настрочить столько вариантов продолжения сериала, сколько и не снилось Спеллингу и Керну.
Вношу свою посильную лепту.

GALA



Невозможное возвращение
1.


Он медленно выплывал из небытия. Какие-то смутные ощущения.. Еле открыл глаза. Полумрак, рассеиваемый невидимым ему источником света…Он попробовал повернуть голову, чтобы посмотреть, где это, и опять провалился в небытие.
Какие-то звуки, шелест.. Сквозь полудрему-полузабытье он слышал, что кто-то ходит рядом с ним. Медленно приоткрыл глаза. Приглушенный солнечный свет, белый потолок…Он опустил глаза вниз и увидел свое тело, лежащее на кровати в каком-то белом коконе, опутанном проводами.
«Где я? - подумал он.- Что это? Почему я лежу?»
Женское лицо склонилась над ним. Сквозь туман в глазах он увидел во взгляде женщины удивление:
- Очнулся?!
Он медленно повернул голову и увидел белые стены, стол с какими-то приборами, стойку с капельницей. Постепенно стал ощущать себя. И – жуткую боль. Он застонал и закрыл глаза.
Еле слышная суета около него, укол, и он опять куда-то провалился…


***************************************
Фиби торопилась. Времени, как всегда, не хватало, а успеть надо было многое. Рождественские подарки для домашних, парикмахерская, встреча с фотографом – уйма дел! Через четыре дня прилетает Джейсон. Они заранее договорились встретиться в аэропорту. Затем отправятся куда-нибудь поужинать, а потом…словом, приятно проведут время.
Фиби очень редко бывала на Юньен-сквер, несмотря на то, что там находились престижные магазины. Обычно ей приходилось делать покупки «на бегу». Элиза, «маленький босс», как ее звали в редакции, в отличие от «большого босса» Джейсона Дина, старалась уплотнить рабочий график журналистов так, что каждая секунда была набита как знаменитый трамвайчик Сан-Франциско в часы пик. Но сегодня Элиза, простудившись, (а болела она, к общему сожалению, крайне редко!), ушла с работы пораньше, и вся редакция наслаждалась относительной свободой. И Фиби решила доставить себе удовольствие в неторопливом походе по залам хорошего супермаркета. Она так давно не была в этой части Сан-Франциско, что это придавало ее поездке в магазин значение почти путешествия.
Поставив машину, Фиби быстро зашагала с подземной автомобильной стоянки к лифту супермаркета, нашаривая в сумке платок. Как всегда, именно его трудно было найти в таинственных недрах маленькой сумочки. Фиби заглянула в нее, остановившись перед дверью лифта. Послышался шум открывающейся двери, и буквально прямо на нее из лифта шагнул мужчина. Он был намного выше ее, лицо его закрывала куча пакетов и коробок в яркой упаковке, и, скорее всего, он никого не видел за ними.
Наткнувшись на Фиби, он попробовал взглянуть на нее через эту гору коробок.
- Простите, мисс! – вежливо проговорил он.
Услышав его голос, Фиби замерла на месте. Не может быть!
Мимо них из лифта вышли спешащие к своим машинам люди, тоже нагруженные покупками. Обойдя ее и заметив, что она остановилась с открытым ртом, мужчина опустил пакеты, обаятельно улыбнулся и повторил:
- Извините!
В его глазах вдруг мелькнуло удивление и какая-то растерянность. Не отрывая от нее взгляда, мужчина нахмурился и почему-то стиснул зубы. Затем решительно направился к машине, стоящей в глубине подземной стоянки.
А Фиби так и осталась стоять столбом. Она даже не повернулась, слыша, как он открывал багажник, шуршал бумагой, укладывая покупки. И только когда поняла, что машина тронулась с места, оглянулась. Из проезжавшей мимо машины мужчина еще раз внимательно взглянул на Фиби, извинительно улыбнулся и помахал рукой.
Фиби продолжала стоять. Она не могла двинуться с места. Человека, который столкнулся с ней у входа в лифт, а теперь проехал мимо в машине, она узнала бы среди сотен тысяч людей.
Это был Коул! Коул Тернер - собственной персоной. Бывший демон, бывший муж, бывший Хозяин, уничтоженный сестрами-ведьмами три года назад.

Какая невыносимая боль!
Он стиснул зубы и сделал еще один шаг. Уже второй день он пробовал ходить по палате. И каждое движение давалось ему неимоверным напряжением сил.
Еще шаг! Тело покрылось испариной, лицо перекосилось от боли, но он заставлял себя двигаться. Еще шаг! Еще один!
Теперь можно сесть и отдышаться.
Вошла медсестра.
- Мистер Такер, Ваше лекарство.
С момента, когда к нему вернулось сознание, прошло почти две недели. Ему уже все рассказали. Он, Коннэл Такер, преуспевающий юрист, совладелец бюро «Клейн, Картер и Такер», чудом выкарабкался из жуткой автомобильной аварии, в которой на шоссе столкнулось пятнадцать машин.
Машина, из которой его сумели вытащить, загорелась, и он здорово пострадал. Огонь пощадил лицо, но грудь была сильно обожжена. Пострадала от огня кисть правой руки. Серьезная травма головного мозга стала причиной амнезии. Почти месяц он пролежал в коме. Коннэл ничего не помнил – ни кто он, ни как его зовут. Он не помнил ни того, что случилось с ним недавно, ни того, что было в его жизни раньше. Вспоминать было трудно, потому что, как оказалось, у него не было ни близких друзей, ни родственников.
Два представительных джентльмена, назвавшиеся его компаньонами-юристами, приходили к нему выразить свое сочувствие. Молодая женщина, представившаяся его секретаршей, миссис Гантер, навестила Коннэла недавно. Вот и все его посетители.
Когда сознание окончательно вернулось к нему, ему осторожно сообщили печальную весть: его жена, Фиби Такер, погибла в этой аварии. Сначала для него это была просто информация о том, что в машине он был не один, что был женат и что жену зовут Фиби. Вернее – звали. Представители страховой компании сообщили ему, что его жену похоронили на мемориальном кладбище Сан-Франциско. Ее дальний родственник, мистер Уайет, которого он тоже совершенно не помнил, заходил узнать о состоянии Коннэла. Он рассказал, где находится могила Фиби, и какой памятник там установлен. Мистер Уайет немного посидел у кровати Коннэла. Он все смотрел на него добрыми лучистыми глазами и изредка вздыхал.
По мере того, как он выкарабкивался из полузабытья-полусуществования и стал осознавать себя, оказалось, что ужаснее известия о гибели жены не было ничего. Потеря памяти после аварии была настолько глубокой, что он не помнил лица Фиби Такер. Но свою любовь он помнил. Вернее, не столько помнил, сколько ощущал. Она жила в нем, несмотря ни на что. И это было самое сильное, пожалуй, единственное его ощущение, касающееся прошлого, неведомого ему теперь. Когда он мысленно произносил ее имя – Фиби – горько-сладкое чувство наполняло его душу. Гибель жены оказалась невосполнимой потерей. И как бы Коннэл ни заставлял себя не думать о ней, это имя звучало внутри него и сердце его сжималось от мысли, что теперь он не увидит ее. Вообще никогда не увидит. Просто потому, что ее больше нет. Принять это было невозможно. Нет! Он еще не был готов смириться с гибелью Фиби.
И что-то еще беспокоило его. Какое-то неясное ощущение вины. Как будто он что-то сделал не так и это теперь уже невозможно исправить. Вероятно, это «что-то» имело отношение к его жене. Потому что, когда он говорил себе: «Фиби умерла», он ощущал не только боль недавней потери. Что-то в душе саднило, как старая рана.
Когда он понял, что остался совсем один, боль утраты стала невыносимой. И с этим надо было учиться как-то жить дальше.


Фиби все еще стояла перед лифтом. Сумбур в голове, какой-то звон в ушах и одна только мысль: «Не может быть! Этого не может быть!» Коул! Его голос, глаза, улыбка! На нее разом обрушился шквал эмоций, сердце замерло, потом бешено забилось.
Люди, нагруженные покупками, с озабоченными, но довольными лицами, торопливо проходили мимо нее к своим машинам. Людской поток обтекал ее. Мужчины с удовольствием заглядывали ей в лицо. А Фиби стояла с пустым взглядом, еле шевеля губами: «Не может быть!» Пару раз ее толкали спешащие покупатели, извинялись или нет – она даже не слышала.
Наконец, Фиби тряхнула головой, отгоняя эту единственную мысль, – «не может быть!» - резко повернулась и направилась к машине. Забравшись на сиденье, она еще какое-то время сидела, уставившись глазами в пустоту.
«Так. Надо сосредоточиться. Это Коул или нет? Если это все же Коул, то кто он теперь? Опять демон – иначе, как бы он воскрес? Или – не дай бог!- опять Хозяин? Господи, да что это я? – вдруг опомнилась она.- Может, это вовсе не Коул, а просто кто-то, очень похожий на него? А я вообразила какую-то ерунду с воскрешением и прочими чудесами?»
Фиби осторожно перевела дух. Действительно, почему это обязательно должен быть Коул? Его уже нет, и не будет никогда. Все давно кончилось.
И вдруг ей стало грустно. Прошло уже три года с того момента, когда Пейдж смогла проникнуть в параллельный мир и руками «параллельной» Фиби уничтожить Коула. «Реальная» Фиби тогда без особого сожаления простилась с ним, любовью всей своей жизни, как она говорила когда-то. А сейчас память о прошлом вдруг настигла ее. «Я с таким трудом преодолела боль потери, так долго старалась забыть его, - подумала Фиби,- что сейчас даже просто похожий на Коула мужчина вызвал эту бурю эмоций в моей душе.»
Фиби вздохнула. Мысли ее вернулись к настоящему. Джейсон Дин ей очень нравился. Их отношения строились непросто, но с ним было интересно и весело. И все же…То, что она пережила с Коулом, никогда и ни с кем не повторится.
Она опять вздохнула. «А, впрочем, - оптимистично подумала, - она нужно ли повторение? Слава богу - жизнь продолжается!»
Фиби еще раз решительно тряхнула головой. Хватит! Никакой это не Коул, - убедила она себя. И невольно ухмыльнулась: Пейдж ни за что бы не поверила, что ее план мог не сработать, и Коул остался жив!
**********************************************************
Коннэл уходил из медицинского центра со смешанным чувством. С одной стороны, он уже хорошо себя чувствовал, легко двигался, подолгу гулял в парке. Две пластические операции убрали жуткие ожоговые рубцы с груди. Отличный массажист и тренировочный зал вернули силу его мускулам, и выглядел Коннэл великолепно. С другой стороны – замкнутый больничный мир за полгода, которые он провел в медицинском центре, стал привычным, знакомым. Он стал его единственным миром. Потому что память так и не вернулась к нему. Он знал о себе только то, что ему рассказали.
Намного легче шло восстановление профессиональных навыков. Юриспруденция давалась ему легко. Он много читал, опять научился работать за компьютером. Просматривая прессу, следил за всеми громкими процессами. Юристом он был действительно первоклассным и партнеры из фирмы «Картер, Клейн и Такер» постепенно начинали обращаться к нему за консультациями.
Пора было начинать новую жизнь.
Квартира, которую снимала фирма, все еще оставалась за ним. Туда он теперь и направился.
Расплатившись с таксистом, Коннэл поднялся на лифте на 10 этаж. Квартира номер 126. Это ему тоже сказали. Своим ключом он открыл дверь, помедлил, глубоко вздохнул, как перед прыжком в воду, и вошел в квартиру.


**************************************************

Чем ближе Фиби подъезжала к дому, тем больше в ее душе разгоралось любопытство. Конечно, люди, похожие друг на друга, встречаются. Но чтобы так! Например, улыбаться так, как Коул, не мог никто. Даже в самые суровые моменты, стоило ему улыбнуться, как все начинало казаться простым и ясным. Или, по крайней мере, не таким опасным. Он не улыбался только, когда стал Хозяином. Фиби поежилась. Как она все это пережила?
И все же, все же…Конечно, это не мог быть Коул. Тогда - кто? Фиби фыркнула: брат-близнец! Жаль, что она не сообразила посмотреть на номер машины. Можно было бы попросить Дэррила узнать все о ее владельце. Вообще-то, это идея! Фиби притормозила и свернула к обочине.
«Давай, вспоминай! Темно-синяя «Тойота»..Цифры..Кажется, 4..нет, 1..28..Какие-то еще буквы!»
Нет, Фиби не могла вспомнить. Ей мешало то оцепенение, которое охватило ее, когда она услышала его голос..Голос! В ее ушах опять прозвучало: «Нет, Фиби, ты не сможешь! Мы столько пережили вместе!..» Она закрыла глаза, и прошлое на мгновение опять встало перед ней. Последняя отчаянная попытка Коула вернуть ее... Наполненные болью глаза.. Ее решимость покончить со всем…Тогда у нее не было ни сожаления, ни жалости. Почему же сейчас, когда она вспоминает об этом, у нее сжимается сердце? Неужели должна была произойти случайная встреча с человеком, похожим на Коула, чтобы она вспомнила о любви, а не о возмездии? Фиби сжала виски руками. «Мы столько пережили вместе!..» Казалось, это было так давно, а его голос звучит так внятно!.
Фиби замерла. Нет, именно этот голос она слышала только что! Неужели это все же Коул? Но почему он не узнал ее? Или сделал вид, что не узнал? Нет, это была не демоническая уловка! Человек, столкнувшийся с ней у лифта, действительно не узнал ее. Так притвориться было нельзя. В его глазах не было того узнавания, которое выдает себя, даже если человек делает вид, что не знает вас.
Она опять почувствовала смятение. Что все-таки происходит? Фиби постаралась сосредоточиться. «Давай еще раз: решаем, что это – не Коул. Этот просто человек, высокий, как Коул. Голос, как у Коула. Улыбка, как у Коула..Глаза…Господи! А вдруг это все-таки Коул? Он ведь уже возвращался из небытия! Неужели это повторится еще раз?!»
Такое она больше не сможет пережить! Фиби решительно выпрямилась. Стиснула зубы и нажала на газ. Машина рванула с места.


Коннэл сидел на диване и пробовал вспоминать. Что-то иногда всплывало в его памяти. Но это были не столько образы, сколько какие-то смутные ощущения. Казалось, по дому бродят призраки тех чувств, которые когда-то жили в душах обитателей этой квартиры. Нежность и боль, страх и желание, жалость и жестокость.
Входя в квартиру, он надеялся, что сама обстановка напомнит ему о той жизни, которой он жил здесь. Он шел из комнаты в комнату, рассматривал мебель и…ничего не помнил. И только зайдя в спальню и увидев фотографию на туалетном столике, он почувствовал, как на мгновение замерло сердце: Фиби! Чуть раскосые озорные глаза смотрели весело и открыто, нежные губы лукаво улыбались. Он, ничего не помнивший после аварии, узнал ее сразу. Казалось, сама любовь шепнула ему: это она - Фиби!. Сердце его опять сжалось от боли. Там, на этом снимке, они смотрели друг на друга и были такими счастливыми!
Он сел на кровать и взял фотографию в руки. Долго вглядывался в милое лицо. Неужели он больше никогда не увидит ее?
Коннэл внезапно вспомнил ощущение счастья, которое охватывало его, когда он обнимал ее. Вспомнил жаркое желание поцелуев и сладостное чувство обладания ее прекрасным телом. Ее нежность и веселое озорство. Ее любовь… Неужели все это кончилось и никогда не вернется?
И опять это чувство вины! Неужели он обидел ее? А теперь она ушла навсегда, и он никогда не сможет услышать слова прощения? Коннэл почувствовал ком в горле. Он осторожно поставил фотографию на столик, лег на кровать и закрыл глаза.
Проснувшись, Коннэл долго разглядывал полог кровати, картину на противоположной стене. Потом поднялся и пошел в гостиную. Сел на диван и уставился взглядом в пол. «Сосредоточился на половых досках» - вдруг всплыло откуда-то. Откуда? Коннэл помотал головой. Хватит! Что ушло – то ушло. Надо начинать все сначала. Он снял телефонную трубку.
- Соедините меня с мистером Картером. Мистер Картер? Завтра я приступаю к работе. Пусть предупредят миссис Гантер, чтобы она была готова.
Оставалось сделать еще одно дело. Самое важное. Проститься с Фиби.


Поставив машину, Фиби тихонько вошла в дом. Сейчас ей меньше всего хотелось встреть кого-нибудь из сестер. Она все еще не решила: показалось ли ей, что она встретила Коула или это действительно был он. И прежде, чем с кем-нибудь об этом говорить, она хотела все решить для себя. Жизнь многому научила ее. Давно прошло то время, когда она влетала в дом, выпаливала все, что думала, а потом только соображала, что можно было и промолчать.
К счастью, внизу никого не было. Пайпер, очевидно, укладывала малыша спать, а Пейдж ушла на свидание с очередным бой-френдом. Фиби прошла к себе в комнату, села на кровать и попробовала все обдумать. Но вместо мыслей пришли воспоминания, которые раздирали ей душу. Вот здесь, в этой комнате, она разговаривала с Коулом, когда он попросил ее приготовить зелье, лишающее силы. Здесь он надел ей на палец обручальное кольцо Гремс, а потом, перед решающей битвой с Хозяином – купленное им для нее. Сюда они приехали после венчанья и были так счастливы! Отсюда она шагнула к порогу преисподней и сюда вернулась после того, как они с сестрами уничтожили Хозяина, живущего в Коуле. Фиби вспомнила, как горько и обидно ей было понять, что Хозяин в Коуле был настолько силен, что воспользовался ее телом, чтобы создать порождение зла! Эта жуткая беременность, закончившаяся так ужасно! Она не могла простить Коулу его слабости. Как он позволил Хозяину овладеть собой и разрушить их счастье!
Но в глубине ее души тихо и упрямо, звучали другие слова, которые она старалась не слышать: «Брось, Фиби! Чтобы ни происходило, Коул всегда любил тебя! И ты это знаешь. Он не позволил Хозяину расправиться с тобой и сестрами. Он не победил демона в себе, но делал все, что мог. А ты, вместо того, чтобы бороться вместе с ним, толкала его к пропасти. Он даже решился на то, чего никогда не делают демоны – уничтожить себя. Помнишь его прощальное письмо?»
«Все, хватит! Заткнись! - разозлилась Фиби. – Это кончилось, и - слава богу! У меня другая жизнь, я счастлива с Джейсоном, и мне никто больше не нужен! Коул это или нет – не желаю больше об этом думать!»
Фиби прошла в ванную, открыла кран с горячей водой, бросила горстку ароматической соли. Но сегодня даже эта ванная напоминала ей о Коуле. Сколько любовных шалостей вытворяли они здесь! Как загоралось ее желание при виде его прекрасного мускулистого тела, какими страстными поцелуями покрывал он ее лицо, шею, грудь!
Щеки Фиби запылали. Господи, зачем она вспоминает все это? Ну что за мука!
- Держи себя в руках! – грозно сказала она себе, чувствуя, что слезы подкатывают к глазам. – Ты просто давно не виделась с Джейсоном. Это – обычный гормональный сдвиг.
Стараясь заглушить в себе эмоции, Фиби попробовала переключить внимание на то, что всегда ее занимало – свое лицо. Она подошла к зеркалу, стала разглядывать прическу, которую так и не удалось привести в порядок, губы, с которых стерлась помада. Невольно она посмотрела себе в глаза и ужаснулась: какое горькое выражение! Глаза ее стали наполняться слезами, и Фиби отвернулась от зеркала.

Вызвав такси, Коннэл спустился вниз. Надо было купить цветы. Он не помнил, какие именно любила Фиби и выбрал наугад – алые розы.
Приехав на кладбище, он довольно быстро нашел могилу жены. Надпись на сером мраморе гласила: «Фиби Такер, 1974 – 2003». Коннэл положил цветы и долго стоял у скромного памятника. Он никак не мог заставить себя почувствовать, что этот кусок камня – единственное, что напоминает теперь о существовании любимой женщины, о счастье, оказавшемся таким недолговечным. Он просто смотрел на памятник, не ощущая ни печали, ни скорбного волнения, которое, казалось бы, должно было навевать это место.
Это показалось ему странным. Последнее прибежище Фиби не вызывало таких глубоких переживаний, какие появлялись у него при взгляде на ее фотографию. Может, дело было в том, что там, на снимке, она была живым воплощением его ушедшего счастья, а этот камень стал его формальным завершением?
Он сел на траву рядом с памятником. Закрыл глаза и попробовал представить себе Фиби живой. Как она говорит, ходит, поворачивает голову. Но ничего не получалось. То, что Коннэл чувствовал, глядя на фотографию жены, не имело ни зрительных образов, ни словесного воплощения. Это было только чувство. Но сила его была так велика, что наполняла его теперешнюю жизнь больше простых воспоминаний о словах и жестах.




Решение переехать пришло внезапно.
Вернувшись на работу, Коннэл довольно быстро вошел в курс дел, которые вело адвокатское бюро. Престарелый мистер Клейн постепенно передавал своих клиентов молодым партнерам. На плечи Картера и Такера легли все деловые заботы.
Возвращаясь домой, Коннэл всегда находил квартиру чисто убранной. Аккуратная миссис Кросcби дважды в неделю наводила порядок, а особо нарушать его было некому.
Хотя он приходил домой довольно поздно, даже эти короткие вечера были для него мучительными. Все, что заставляло его быть собранным и деловитым во время работы, оставалось за порогом. А здесь была пустота. Он подолгу стоял у окна, глядя на яркие огни города, и ощущал такую тоску, что, казалось, сердце не выдержит и разорвется от боли. Потом включал телевизор и бесцельно нажимал кнопки.
В воскресные дни Коннэл ехал на кладбище, приносил свежие цветы на могилу Фиби и отправлялся в парк Голден Гейт. Он бродил по дорожкам, потом выходил на лужайку, ложился на траву и смотрел в небо. Бездумно, бесцельно – просто смотрел. И приходил покой.
«Надо уехать из этой квартиры, - подумал он как-то, лежа на лужайке. – Найду дом за городом. Пусть прошлое остается здесь».
Все получилось довольно быстро. Срок аренды его квартиры заканчивался через два месяца. Агент по недвижимости предложил Коннэлу несколько вариантов загородного жилья. Такеру не хотелось полного уединения. И он выбрал недорогой коттедж в довольно оживленном поселке неподалеку от окружного шоссе. Вернее, половину коттеджа с отдельным входом. Часть дома сдавала вдова с маленьким ребенком.
Договор был заключен, и в следующее воскресенье Коннэл должен был переехать в свою половину.




Исправлено автором 05 Окт 2004, 23:02
 

#2
Эрин
Эрин
  • Автор темы
  • Активный участник
  • PipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 9 Мар 2003, 14:58
  • Сообщений: 1050
  • Откуда: Москва, Южное Бутово
  • Пол:

2.
Фиби плохо спала эту ночь. Прошлое мешало ей. В ее полусне-полудреме жил Коул. Он был то смеющимся, то серьезным. Она видела его улыбку, которая заставляла лучиться уголки его глаз. Вспоминала, как любила касаться пальцами его губ, которые были то нежными, то настойчивыми, когда он целовал ее!
Когда она все же проваливалась в сон, тоска теснила ей грудь и мешала дышать. Кажется, она плакала во сне. Во всяком случае, на подушке остались мокрые пятна.
Чувствуя себя совершенно разбитой, она спустилась вниз, проглотила кофе, постаралась увильнуть от внимательного взгляда Пайпер, и помчалась на работу. Войдя в редакцию и увидев грозный взгляд Элизы, Фиби похолодела: письмо! Она совсем забыла про письмо в юридическую контору! Его надо было отдать секретарше еще вчера утром! Одна их читательница просила дать ей совет, по которому надо было посоветоваться с юристом. Мистер Этли, редакционный юрист, был в отпуске, и Элиза договорилась о консультации с мистером Картером из адвокатского бюро «Картер, Клейн и Такер». Фиби выскочила из редакции, несмотря на окрик Элизы, помчалась назад, в вестибюль, и стала судорожно нажимать кнопки мобильника.
- Соедините меня, пожалуйста, с мистером Картером, - почти заверещала она секретарше. - Мистер Картер, это Фиби Холливэл, ведущая колонки в «Бей Мирор», - тараторила она. – Мы отправили Вам письмо, - не запнувшись, соврала Фиби, - с просьбой о консультации, но дело не терпит отлагательства. Вы не могли бы принять меня сегодня в любое удобное Вам время?
Она замерла, ожидая ответа, и с облегчением услышала:
- Хорошо, мисс Холливэл. В 15 часов Вас устроит?
- Конечно!
«Фу! Слава богу!»
Фиби с деловым видом вновь направилась в редакцию. Теперь она знала, что сказать Элизе. А письмо отправит с курьером.

Переезд был скромным. Своих вещей у Коннэла было немного, а вещи его жены были убраны из квартиры еще до его возвращения из больницы мистером Уайетом. Он посоветовал Коннэлу так распорядиться, чтобы лишний раз не напоминать себе об утрате.
Миссис Дрейк, хозяйка коттеджа, оказалась привлекательной молодой женщиной с печальными добрыми глазами. Ее прямые светлые волосы мягко струились по плечам. Она была высокого роста и под просторным блузоном, который она носила с джинсами, угадывалась стройная фигура. Чувствовалось, что молодая вдова еще не совсем оправилась после смерти мужа. Все ее внимание и забота были направлены на дочь. Крохотная девчушка смешно ковыляла по лужайке, пробовала забраться на качели, что-то копала в песочнице, пока миссис Дрейк разговаривала со свои квартирантом.
Дом был большим. Широкая веранда опоясывала весь первый этаж. Чтобы как-то разделить ее на две половины, на веранде поставили большие кадки с растениями, которые свободно вились по обе ее стороны. В углу веранды на стороне Коннэла уютно примостились маленький столик и два кресла. Этот уголок скоро стал любимым местом вечернего отдыха для Коннэла. «Мой наблюдательный пункт» - с усмешкой говорил он себе.
Теперь Коннэл с удовольствием возвращался с работы. Полчаса хорошей езды и он входил в дом, брал холодный коктейль и садился в кресло на веранде. Подъезжая к повороту, Коннэл видел огни в окнах на половине хозяйки и от этих огней дом казался ему уютным убежищем. Иногда, по вечерам, не включая свет, он стоял у окна, наблюдая за тщетными попытками миссис Дрейк уговорить дочурку идти спать. Малышка придумывала разные отговорки, пыталась затевать между деревьями игру в прятки. Но потом можно было видеть, как полусонная, она лежит на руках матери, а та несет ее к дому и что-то нежно шепчет на ушко. Коннэл не был сентиментален, но эта картина трогала его. От нее на сердце становилось непривычно тепло.
Воспоминания о погибшей любви тревожили его все реже и становились не такими резкими. Они как бы покрывались тонкой пеленой печали. Время действительно лечило его рану.
И только один раз эта боль вернулась.
Однажды вечером, когда он занял свой наблюдательный пункт, расшалившаяся девчушка побежала в сторону его половины.
- Фиби, детка, иди сюда, - громко крикнула миссис Дрейк девочке.
Фиби! Ее звали Фиби! Коннэл до этого случая не интересовался, как зовут дочь хозяйки. Он никогда не слышал, как мать звала ее по имени. Честно говоря, его не интересовало, как зовут и саму миссис Дрейк. Но меньше всего он ожидал услышать именно это имя: Фиби!
Он резко встал и ушел в дом.

Идя на встречу с мистером Картером, Фиби вспоминала события вчерашнего вечера. Вся эта лирика, сопли-вопли – ерунда! Гораздо важнее другое: действительно ли Коул вернулся и чем это ей грозит? Рассказывать об этом сестрам или решать что-то самой?
Погруженная в эти мысли, Фиби пересекла вестибюль, поднялась на пятый этаж и направилась к солидной двери, рядом с которой находилась внушительная вывеска «Картер, Клейн и Такер. Юридическое бюро». Было без десяти три, когда она вошла в приемную Картера. Миловидная секретарша вопросительно подняла на нее глаза.
- Мисс?
- Мисс Холливел. Я к мистеру Картеру. Мне назначено на три часа.
- Он освободится через пять минут.
Фиби села в кресло и постаралась сосредоточиться на вопросе читательницы. Чего, в конце концов, хочет эта баба? Чтобы ей бесплатно давали советы, как законно обустроить свою личную жизнь? Конечно, обращение к юристу было перестраховкой, но после памятной истории с демоническими кознями Коула, когда читательница подала на нее в суд, Фиби старалась на всякий случай обезопасить редакцию от претензий к своим советам.
Послышался шум шагов, дверь кабинета отворилась и в приемную вышли сразу трое. Выходя, они еще продолжали разговор. Фиби поднялась из кресла и сделала шаг навстречу. Одного из этих мужчин она знала – это был мистер Картер. Второй, совсем молодой человек, был ей незнаком. А вот третий… Фиби попятилась, ноги ее подкосились и она буквально плюхнулась в кресло. Третий был …Коул!
Мистер Картер повернулся на шум и увидел Фиби.
- Мисс Холливел! Одну минуту, - извинительно произнес он. И, обернувшись к Коулу, продолжил:
- Такер, Ваше предложение остается в силе. Завтра мы обговорим детали.
Повернувшись к Фиби, Картер приветливо улыбнулся. Она машинально поднялась, не отрывая глаз от…Коула? Или - как его назвал Картер - Такера?
Тот внимательно посмотрел на нее, удивленно поднял брови. И, как при первой встрече, то ли боль, то ли тоска промелькнула в его взгляде.
Картер заметил, что она уставилась на его партнеров, и представил:
- Мисс Холливел – мистер Такер, мистер Фултер. Мистер Такер решит Ваш вопрос, мисс Холливел.
- Прошу Вас, мисс Холливел.
Такер показал Фиби в сторону своего кабинета. Она двигалась как в замедленной съемке: ватные ноги медленно шагали, глаза тупо констатировали - дверь, стол, кресло у стола.
Мистер Такер дождался, когда она сядет ( чего там «сядет» – рухнет!) в кресло и сел за стол напротив нее. Некоторое время он сидел молча. Фиби чувствовала, что он внимательно смотрит на нее. Наконец, Коннэл заговорил:
- Мистер Картер ввел меня в курс Вашей проблемы. Не думаю, что будут какие-то затруднения.
Он продолжал что-то говорить, а Фиби уставилась на ковер на полу. Опять его голос! Он звучал так знакомо! Она не могла поднять на него глаза, потому что ей казалось, что тогда произойдет что-то ужасное: она заорет в истерике, запустит в него настольной лампой или сделает еще что-нибудь кошмарное.
- Вы согласны, мисс Холливел? – услышала она.
Не глядя на него, Фиби кивнула.
- Тогда мы подготовим соответствующий документ. - Такер нажал кнопку. - Миссис Гантер, письмо для мисс Холливел.
Он повернулся к Фиби.
- Это займет две минуты.
Продолжая глядеть в пол, она опять кивнула.
Мистер Такер помолчал немного. Она чувствовала, что он разглядывает ее, стараясь делать это незаметно.
- Мисс Холливел, Вы в порядке? – осторожно спросил он.
И опять Фиби молча кивнула.
В кабинет вошла миссис Гантер, подала Такеру бумагу. Он подписал ее и протянул Фиби.
- Ваш документ.
Все еще не поднимая на него глаз, Фиби протянула руку за листом, взяла бумагу и положила ее в сумку.
«Надо заставить себя встать, - подумала она. – Это уже становится смешным». Девушка глубоко вздохнула и взглянула, наконец, на него. Лицо Коула.., то есть Такера, было в тени, но Фиби узнавала его! Нет… Это лицо было совсем другим, не тем, которое помнила Фиби. Это был не тот красивый парень с выразительными голубыми глазами и чувственными губами, которого она знала. Это был зрелый мужчина, многое переживший, привлекающий той красотой, которую дает внутренняя сила. Вокруг губ обозначились чуть заметные горькие складки. Умные глаза, казавшиеся то серыми, то черными, смотрели внимательно и серьезно.
«Это не Коул!- с облегчением вдруг решила Фиби.- Это – не он!»
У нее отлегло от сердца. Она откашлялась, улыбнулась какой-то неестественной улыбкой и чуть хриплым голосом сказала:
- Благодарю Вас, мистер…Такер.
Тот вежливо поднялся, проводил ее до двери. Он уже взялся за дверную ручку, но вдруг остановился и спросил:
- Простите, мисс Холливел, мы никогда не встречались раньше? Ваше лицо почему-то кажется мне знакомым.
Сердце Фиби екнуло. Неужели… все-таки?…
- Ннн-ет, - выдавила она. – Думаю, нет.
- Извините. Очевидно, мне показалось, - пробормотал мистер Такер.- Всего хорошего.
Фиби буквально выскочила за дверь. Как будто боялась, что он ее остановит.


Коннэл понял, что у хозяйки дома что-то не так, когда третий вечер подряд она не вышла гулять с малышкой Фиби. Вместо нее с девочкой возилась пожилая дама, очевидно, мать миссис Дрейк. Спрашивать было неудобно, но Коннэл все же решился.
Помог случай. Девочка бросила мячик и он перелетел через декоративный кустарник, разделяющий лужайку перед домом на две части. Коннэл поднял мяч и подошел к живой изгороди.
- Добрый вечер! Лови, малышка!
Он бросил девчушке мяч и обратился к даме:
- У вас все в порядке?
- Добрый вечер, - охотно откликнулась та. Было видно, что она не прочь поговорить. - Вы – мистер Такер, квартирант миссис Дрейк?
Тот кивнул.
- Я – миссис Дан, ее мать.
- С ней что-то случилось?
- Воспаление легких. Ее положили в больницу, и она попросила меня побыть с внучкой пару недель.
Малышка Фиби опять бросила мяч на сторону Такера. Она явно хотела поиграть и побегать. Бабушка же предпочитала сидеть под деревом и время от времени взывать к девочке:
- Осторожнее, дорогая, не бегай так быстро!
Девчушка подбежала к живой изгороди, вопросительно и поощряюще посмотрела на Коннэла, как бы приглашая его к игре. Такер поднял мячик, улыбнулся маленькой Фиби, и осторожно перебросил мяч к ее ногам.
С этого дня в течение двух недель, которые миссис Дрейк провела в больнице, все вечера у Коннэла проходили в возне с малышкой и в разговорах с ее бабушкой. Впрочем, разговорами назвать это было трудно. Говорила, в основном, миссис Дан, а Коннэл отделывался поддакиванием и короткими междометиями. И даже их не всегда удавалось вставлять в плавно льющуюся речь пожилой дамы.
Миссис Дан была довольна. Теперь она могла спокойно сидеть в кресле, благосклонно взирая на то, как Коннэл и Фиби играли в прятки или в мяч.
Заходящее солнце мягко гладило верхушки деревьев, звонкий смех ребенка разносился на лужайке. Все было полно покоя и умиротворения.


«Это Коул! Не знаю, как и почему, но это он!»
Фиби влетела в дом, как будто за ней гнался демон.
Пейдж, развлекавшая маленького племянника в гостиной, удивленно окликнула сестру:
- Фиби?
- Подожди, Пейдж, - крикнула та на бегу.
Не сбавляя скорости, Фиби помчалась на чердак.
Она знает, что делать! Заклинание на вызов Белтазора! Она разберется с этим чертовым демоном! Чтобы больше он не смел портить ей жизнь!
Примерно такие мысли мелькали у Фиби, пока она через две ступеньки мчалась вверх по лестнице.
Судорожно пролистав страницы Книги Таинств, она нашла нужную, на минуту закрыла глаза, глубоко вздохнула и начала читать:

Силы магии, белой и черной,
К вам я взываю!
Через свет и пространство
Доставьте мне сюда Белтазора,
Будь он далеко или близко!

По чердаку медленно проплыла тонкая дымка, пахнуло холодом…И все замерло.
Фиби огляделась вокруг. Но все было спокойно: ни крутящегося вихря, ни пламени. Вообще ничего.
Не получилось? Фиби перевела дух. Она только теперь сообразила, что, явись демон, все было бы не так просто, как ей показалось сгоряча: ни зелья, ни заклинания против него у нее не было. И кто знает, чем бы закончилась такая встреча.
Фиби села на старый стул и задумалась. Надо все рассказать сестрам. Пусть даже она ошибается, и Такер – не Коул, надо чтобы они знали об этой встрече. Тем более, что сама она так и не решила, что делать. Это – первое. Второе: через три дня прилетает Джейсон, а она - в растрепанных чувствах. И это ему никак нельзя будет объяснить. По крайней мере, так, чтобы он понял. Не скажешь же ему, что встретила бывшего мужа-демона, которого сама уничтожила три года назад. Фиби подумала, что с Коулом в этом смысле было намного проще. Он мог понять и принять все, даже самое невероятное. Будучи сам частью их мира, он жил этой жизнью. От него не надо было скрывать странности их бытия, он все понимал. И это понимание делало их отношения еще более близкими.
Фиби вздохнула. Как все перепуталось! Похоже, появление Коула отодвинуло бы ее чувства к Джейсону намного дальше, чем ей думалось. Она еще раз вздохнула и отправилась вниз, в гостиную.

Миссис Дрейк вернулась из больницы похудевшая, но с живым румянцем на щеках. По крайней мере так показалось Коннэлу, когда, поставив машину в гараж, он подошел к женщинам, оживленно болтавшим за столиком, накрытым на лужайке. Малышка Фиби, завидев его, бросилась за мячиком, а миссис Дан приветливо помахала рукой.
- Добрый вечер!
- Добрый вечер! - поздоровался он. – Рад видеть Вас, миссис Дрейк. Надеюсь, с Вами все в порядке.
Молодая женщина подошла к нему.
- Да, благодарю Вас, мистер Такер.
- Коннэл. Меня зовут Коннэл.
- Очень приятно. Дайана, - она протянула ему руку. Рука была тонкая с длинными и, казалось, слабыми пальцами, но пожатие было сильным, энергичным. – Я хотела сказать Вам спасибо за Фиби. Вы очень помогли маме.
- Проходите к нам, выпьем чаю, - предложила подошедшая к ним миссис Дан.
- С удовольствием! - Коннэл вместе с женщинами направился к столику. Но у малышки Фиби были на него свои виды. Держа мячик в руках, она подбежала к Коннэлу что-то лопоча.
В этот вечер все было прекрасным. Веселая возня с девочкой, неторопливая речь миссис Дан, рассказывающей о чудесных розах, растущих в ее саду, милая улыбка Дайаны, замечательно вкусный чай с домашним печеньем, аромат цветущих лилий, усиливавшийся по мере того, как сгущались сумерки…Никогда еще Коннэл не чувствовал такого покоя, которым был полон этот тихий летний вечер!
Маленькая Фиби задремала на руках у матери, и Коннэл начал прощаться. Девочка потянулась к нему, он взял ее на руки и понес в дом. Она крепко обхватила его шею, и он почувствовал неизъяснимую радость от объятия этих детских ручонок, от маленького тельца, доверчиво прижавшегося к нему.
Вслед за миссис Дрейк он вошел в детскую и положил девочку на кровать.
- Спасибо, - прошептала Дайана. – Спокойной ночи.
От волнения он не мог ничего сказать и только кивнул головой.

Фиби еле дотерпела до вечера.
Когда Пайпер уложила Уайета и спустилась вниз, Пейдж уже сидела на диване в гостиной, уставившись на сестру широко раскрытыми глазами.
- Не может быть!
- Это ты о чем? – поинтересовалась Пайпер.
- Да так, пустяки, - Фиби пробовала изобразить беспечность. – Похоже, Коул опять вернулся.
- Что?!
Пайпер опустилась на диван.
- Ты с ума сошла?
- Хорошо бы, - мрачно сказала Фиби. – Тогда все было бы намного проще.
- Фиби, ты в этом уверена? Это действительно он?
- Я видела его дважды: один раз у входа в супермаркет, второй – в офисе юридической фирмы. Сначала я сомневалась. Он немного изменился, выглядит старше. Но голос его я не забыла.
«И улыбку тоже», - сказала Фиби про себя.
- И что? Он говорил с тобой, понял, что ты узнала его?
- Нет. Вообще, все более, чем странно. Теперь его зовут Коннэл Такер. Он работает в адвокатской конторе. И он, похоже, не помнит меня, нас, в общем…Такое впечатление, что он все забыл. И кто он теперь – демон, Хозяин или еще кто-нибудь, я не знаю.
- А может, он только сделал вид, что не узнал тебя? Может, это очередная уловка?
Фиби покачала головой.
- Не думаю. Так нельзя притвориться. Понимаешь, он даже не удивился. Мы ведь столкнулись с ним внезапно, и он меня даже не сразу увидел.
Пайпер задумалась. А Пейдж решительно поднялась с дивана.
- Куда ты?
- На чердак. Надо найти совет в Книге.
- Совет о чем ?- Фиби уставилась на сестру.
- Ну, о том, как нам расправиться с…
- С кем?
- Ну-у..
Пейдж пожала плечами и вернулась на диван.
Фиби внимательно посмотрела на притихшую старшую сестру.
- Пайпер?
Пайпер вздохнула.
- Надо вызвать Лео, - сказала она.
- Нам самим не справиться? – Фиби с подозрением посмотрела на сестру. – Или он знает что-то, чего не знаем мы?
- Надо вызвать Лео, - твердо сказала Пайпер.
Став Старейшиной Лео уже не мог откликаться на каждый зов Зачарованных. Только в особых случаях они могли потревожить его. И, похоже, этот случай настал.


Они стояли втроем, взявшись за руки, и повторяли третий раз:

Силой трех мы взываем к тебе,
Наш Светлый хранитель,
Явись!

В середине комнаты замелькали огоньки. Они закружились в легком вихре, и появился Лео.
- Пайпер? Что-то с Уайетом? – были его первые слова.
- С Уайетом все в порядке. А вот с Фиби – нет.
- С Фиби? – изумился Лео.
- Да. Кажется, Коул опять вернулся.
- Коул?!
Лео замолчал, как будто споткнулся. Фиби внимательно посмотрела на него.
- Лео? В чем дело? Ты что-то знаешь?
- Так,- сказал он, слегка нахмурившись. - Ты его видела, разговаривала с ним? – спросил он Фиби.
- Да, Лео. Я его видела, разговаривала с ним, - терпеливо повторила за ним Фиби. – У него другое имя, он работает в юридической конторе, и он меня не узнал. Ты что-нибудь знаешь об этом? Можешь объяснить, что происходит?
- Ты уверена, что видела именно Коула?
- Я видела его два раза. Сначала я думала, что ошиблась. Но это – Коул, Лео. Я чувствую это!
Лео глубоко вздохнул и сел в кресло.
- Так, - повторил он. - Фиби, нам надо поговорить.
- Наедине?
Хранитель-старейшина обвел глазами сестер, пожал плечами.
- Да нет.
Он откашлялся, и Фиби поняла, что это будет не простой разговор.
- Мне трудно говорить об этом, Фиби. Вернее, я боюсь, что ты не так поймешь то, что я тебе скажу.
Фиби очень не понравилось такое вступление.
- Дело в том, - медленно продолжал Лео, - что Коул не погиб. Вернее, - заторопился он, услышав сдавленный возглас Пейдж и Фиби (Пайпер молчала и только внимательно смотрела на него), - его демоническая оболочка погибла, но душу Коула Тернера мы не могли отдать Аду. Это было решено Старейшинами, после того, как с помощью Коула вы остановили Бездну и спасли мир магии. Тем, что он сделал, он заслужил жизнь. Жизнь, которую, как человек, он еще не прожил. И даже после того, как зло победило в нем, старейшины не отменили своего решения. А то, что вы уничтожили его в параллельном мире, только облегчило нам задачу.
- Не хочешь ли ты сказать, - дрожащим голосом произнесла побледневшая Фиби, - не хочешь ли ты сказать…
Она не смогла продолжать и закусила губу. Пейдж смотрела на Лео круглыми, как блюдца, глазами. А Пайпер продолжала сидеть молча, все так же пристально глядя на бывшего мужа.
- Да, Фиби. Мы спасли его после того, как ты бросила уничтожающее зелье. Нам тогда пришлось здорово поработать. Я едва успел спасти его физическую оболочку, пока горела демоническая сущность Коула. Мы перенесли его на место автокатастрофы, которая произошла в это время, поместили в один из загоревшихся автомобилей, чтобы как-то объяснить ожоги. Затем нам пришлось сделать самое трудное – уничтожить память обо всем, чем он жил до сих пор. Мы переправили кучу документов, чтобы все было правдоподобным. Но с памятью было труднее всего. Он должен был забыть о том, что родился получеловеком-полудемоном, забыть все, что приключилось с ним за эти сто с лишним лет. Забыть события последнего времени.
- Забыть меня, - тихо прошептала Фиби.
- Нет, Фиби, - вздохнул Лео. – Думаю, только любовь к тебе удерживала душу Коула от окончательного демонического перерождения. Честно говоря, мы просто не знали, как поведет себя Коул-человек, если лишить его самого важного для него чувства – любви к тебе. Ты сама помнишь, что когда ты оттолкнула его, он не сумел удержаться и натворил немало бед. Нет, он не забыл свою любовь и продолжал любить жену, которая…- Лео пристально посмотрел на Фиби, - погибла в автомобильной аварии.
Она изумленно подняла брови.
- Только звали ее не Фиби Холливел, - продолжил Лео, - а Фиби Такер. Мы решили оставить в его памяти это имя, потому что знали, насколько прочно оно закрепилось в подсознании Коула.
- Значит, Коннэл Такер, - начала Пейдж..
- …Коул Тернер, - закончил Лео.- Мы дали ему новое имя, но инициалы оставили прежними, чтобы не возиться со случайными мелочами типа монограмм, меток и всего прочего. Нам пришлось поработать и над памятью людей, которые имели дело с Коулом Тернером, когда он был помощником окружного прокурора и работал в юридическом бюро. Это была очень сложная работа.
- Подожди, Лео! Давай еще раз, - проговорила Пейдж. - Ты хочешь сказать, что все эти три года в Сан-Франциско спокойно жил Коул?
- Нет. Спокойно – конечно, относительно спокойно, жил и живет Коннэл Такер. Коул Тернер не существует.
Пайпер посмотрела на Фиби. После слов Лео о том, что Коул жив, та замерла и сидела, не двигаясь. Пайпер глядела на сестру с нежным участием. Потом она осторожно взяла ее за руку.
- Фиби, милая… - прошептала она.
Фиби высвободила руку.
- Он теперь просто человек, – ровным голосом, без всякого выражения произнесла она.
- Да, Фиби, он – просто смертный. Самый обычный человек.
Лео вздохнул.
- Я понимаю, дорогая, для тебя это слишком большое потрясение. Я не мог рассказать тебе этого раньше, потому что…
Фиби подняла на него сухие глаза:
- Значит, меня он не помнит?
- Твоя фотография стоит у него на ночном столике, Фиби. Но помнит он не Фиби Холливел, а Фиби Такер. И даже не ее. Он помнит только чувства: любовь, печаль, радость. Коул не мог узнать тебя. Ведь изменился не только он. Ты тоже изменилась. Эти три года не прошли для тебя бесследно. Ты уже не та Фиби, которую он знал. Даже внешне ты изменилась. У тебя другая прическа, другое выражение глаз. Встретив тебя, он мог решить, что ты очень похожа на женщину, которую он любил – и только. Ты ведь сомневалась, Коул это или нет. А с твоей памятью все в порядке.
- И как он жил эти годы?
- После «аварии» он полгода провел в медицинском центре. За это время мы убедились, что память его очищена от воспоминаний о прошлом. Я навестил его там. Он с трудом привыкал к потере. И теперь он каждое воскресенье навещает могилу жены.
- Мою могилу? – у Фиби хватило сил усмехнуться.
- Фиби, там, разумеется, никого нет. Но так надо было сделать, чтобы все было..
- Взаправду?
- Да.
- А теперь?
- Он переехал в пригород. Снимает половину дома. Коул теперь кажется умиротворенным. Он, наконец, обрел покой, Фиби, и тебя это должно радовать.
Воцарилось молчание.
- Наверное, ты прав, Лео, - медленно произнесла, наконец, Фиби. - Это должно меня радовать.
«Только отчего-то совсем не радует», - подумала она.
- А почему вы оставили его в Сан-Франциско? – поинтересовалась Пейдж. – Ведь существовала же вероятность того, что кто-нибудь из нас его увидит.
- Конечно, риск был. Но уж очень невероятные события должны были произойти, чтобы вы встретились.
- Например, необходимость купить подарки близким, - опять усмехнулась Фиби.
Лео пожал плечами. Но вид у него был озабоченный.
- И что теперь? – Пейдж готова была действовать. – Мы оставим все, как есть, или разоблачим его?
- Что значит – «разоблачим»? – Лео недоуменно посмотрел на младшую Зачарованную.
- Ну, будем следить, чтобы он не сотворил чего-нибудь демонического, чего-нибудь нехорошего..
- Пейдж, ради бога! Он - не демон и не может сотворить ничего демонического. Он просто человек. У него нет магических сил. Если так случилось, что Фиби встретилась с ним, надо просто забыть об этом – и все!
- Ничего себе «забыть»! После всего, что он натворил – просто забыть!
Лео призвал на помощь все свое ангельское терпение.
- Пейдж, повторяю еще раз: Коула Тернера, демона, Хозяина – нет! Он уничтожен. Есть Коннэл Такер, обыкновенный юрист, работающий, как обычный человек в обычной жизни. Теперь я вижу, что это была ошибка - оставить его в Сан-Франциско, - пробормотал он. – Я не понимаю, о чем можно спорить. Никому из нас не нужен Коул Тернер. А Коннэла Такера видела только Фиби. И больше она с ним не встретится никогда. Я позабочусь об этом.
Он повернулся к Фиби и увидел, что та сидит, закрыв глаза и сжав губы. То, о чем говорил Лео, было настолько невероятным, что Фиби никак не могла привести в порядок свои мысли. Значит, Коул жив! И она этого не забудет, чтобы ни говорил Лео. Как его теперь зовут – Коул или Коннэл, особого значения не имеет. Все чувства Фиби переплелись в такой клубок, что она сама не могла разобраться, что чувствует. Страх или затаенную радость? Холодную злость или тайную надежду? Любовь или ненависть? Похоже, все разом и все вместе.
Лео присел рядом с ней и обнял за плечи: - Не волнуйся, Фиби. Он не причинит тебе вреда.
- Не сомневаюсь, - сухо ответила Фиби.


 

#3
Эрин
Эрин
  • Автор темы
  • Активный участник
  • PipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 9 Мар 2003, 14:58
  • Сообщений: 1050
  • Откуда: Москва, Южное Бутово
  • Пол:

3.
Она терпеливо дожидалась, пока Коул (будем звать его так) выйдет из конторы. Фиби уже все решила. Она должна увидеть Коула, узнать, где и как он живет. «Это нужно для того, чтобы я окончательно успокоилась, - убеждала она себя. – Я только посмотрю, действительно ли он обрел покой и не опасен ли он для меня. Тогда и мне будет спокойно».
Когда вчера вечером Лео сказал, что Коул жив, Фиби на какое-то время оцепенела. То, что не укладывалось у нее в голове и казалось невозможным, пока были сомнения, оказалось реальностью. И теперь, сидя в машине, она пробовала все это как-то осознать.
Итак, Коул жив и стал, наконец, человеком. Тот Коул, который так отчаянно любил ее, живет обычной жизнью обычного человека. Фиби вдруг почувствовала, как скверно стало на душе. Она вспомнила, как они мечтали об этой простой жизни, без демонов, без магии. Что ж, теперь у него – такая жизнь. Но без нее! За то время, пока они были вместе, Фиби привыкла к тому, что именно она решала судьбу Коула. Вплоть до решения уничтожить его. А теперь Коул существует вопреки ее воле! Он работает, встречается с людьми, разговаривает с ними, улыбается им. Может быть, он полюбил другую женщину, у него будет семья, дети…. Она почувствовала что-то вроде ревности. У него – новая жизнь и в этой его жизни для нее места нет. Так не должно быть!
«Стоп, стоп, стоп! – остановила она себя. – А чего ты, собственного, хочешь? Чтобы он вернулся к тебе? Вспомни, что ты пережила после его первого возвращения: обольщение Сирены, когда он чуть не убил тебя, эта чертова Изида, вселившаяся в твое тело с его согласия… А его козни с домом, который он пытался сделать прибежищем зла? А убийство этих идиотов-грабителей? Вспомни, как поняла, что он тебе безразличен, что ты готова даже ненавидеть его. Вспомни как после всего, что случилось, не хотела никого видеть и никому не верила? Хочешь пережить это еще раз? Скажи спасибо, что все давно прошло!»
Фиби задумалась. Голос разума, казалось, был готов остановить ее. Но заговорил другой голос – голос сердца.
«Да-да, вспомни! Вспомни, как он любил тебя, сколько раз спасал, рискуя своей жизнью! Когда тебе грозила опасность, твои сестры знали, что он пожертвует всем, чтобы найти тебя, защитить от любой беды. Вспомни, наконец, - шептало сердце, - как вы были счастливы! Будь честной с собой! Сколько раз ты спрашивала себя: а что было бы, если бы ты еще раз поверила ему? Может, ты смогла бы вернуть его добру? А ты не простила ему ничего, отвергла его, была ему не другом, а судьей! И не твоя ли нетерпимость толкала его к черте, за которой оставалось только зло?»
Она закрыла глаза и сжала голову руками.
«Господи, да что же это! Так не может, не должно быть, - думала Фиби. – Я хотела покоя для нас обоих. А сейчас, когда все получилось… Я должна встретиться с ним! –вдруг решила она. - Я не могу..!»
Ей внезапно вспомнилась «старая» Фиби, которую она вызвала из будущего перед свадьбой. Та не остановила ее, не предупредила о том, что в Коула вселился Хозяин. И только сейчас ей стало понятно – почему. В том мире, где жила эта Фиби, не вышедшая замуж за любимого человека, она была одинока и несчастна. Вечное сожаление о несостоявшемся счастье стало проклятьем ее жизни. И «настоящая» Фиби поняла, как это вечное сожаление о том, что не с ней Коул проживет свою человеческую жизнь, будет теперь преследовать ее, отравляя само существование горечью несбывшихся надежд.
Когда Коул вышел из подъезда и сел в машину, она поехала за ним. «Тойота» Коула двигалась по шоссе, потом повернула на боковую дорогу и через некоторое время затормозила у большого и красивого дома. На лужайке перед ним играли в мяч высокая светловолосая женщина и маленькая девочка лет пяти. Увидев Коула, женщина приветливо помахала ему рукой, а малышка бросилась бежать навстречу, что-то радостно выкрикивая.
Фиби замерла в машине. Душу ее раздирали противоречивые чувства: жгучая ревность к этой женщине, к которой направлялся Коул, к девчушке, которую он взял на руки и глубокая печаль, вызвавшая тихие слезы. Фиби кусала губы, старалась глубоко вздохнуть, но слезы текли и текли…
Господи! Неужели она все еще любит его?! Забылись злость, осуждение, боль. Осталось только это всепоглощающее чувство – любовь! Ей казалось, что она готова отдать все, чтобы быть на месте этой женщины, идти вот так рядом с ним к дому!…Фиби зарыдала.
«Я больше не выдержу этого!»
Она почти ничего не видела, потому что слезы заливали ей лицо, но нажала на газ. И машина рванула с места.
Горечь сменилась яростью. Ну, нет! Просто так она не сдастся. Она знает, что делать!
«Старейшины! Хранители! Что вы понимаете в нашей жизни! Что вы знаете о любви! Мы спасаем невинных, у нас предназначение! – кривила она губы в невысказанной иронии. - А как быть с этим?! Я ведь не ангел, не просто Зачарованная! Я – женщина!»
Машина неслась по шоссе, встречные автомобили шарахались в сторону, водители орали вслед что-то обидное. Фиби ничего не видела и не слышала.
Резко взвизгнули тормоза. Оставив машину у дороги, она решительным шагом направилась в дом.

Коннэл второй день не находил себе места.
Случайная встреча с этой женщиной, мисс Холливел, вызвала какое-то смутное чувство. Еще когда он столкнулся с ней у выхода из супермаркета, где покупал рождественские подарки маленькой Фиби, что-то знакомое увиделось ему в этих темных глазах, в овале лица. Мимолетное, необъяснимое волнение тенью прошло тогда в его душе.
Когда они встретились второй раз, в офисе, он сразу узнал ее. И вглядываясь в ее лицо, он понял причину своего смятения: она была похожа на Фиби! На ту Фиби, с фотографии у его кровати. Это было невероятным!
Проводив тогда эту странно молчаливую посетительницу, Коннэл долго сидел, ничего не видя. Он вспоминал глаза мисс Холливел, с каким-то испугом глядевшие на него в приемной Картера, полураскрытые от удивления губы…Она явно была изумлена, причем настолько, что не смогла даже скрыть это.
Коннэл не был обойден женским вниманием. Он знал, что красив, что привлекает слабую половину внешним видом, статной фигурой. Даже «адвокатессы», с которыми ему приходилось общаться по работе, бросали на него многозначительные взгляды. Время от времени у него бывали связи, о которых он быстро забывал. Разумеется, Коннэл понимал, что красивый и состоятельный, он был желанной добычей для многих женщин, и знал, что не только привлекает их взгляды, но и возбуждает определенные надежды. Но здесь было совсем другое. Коннэл не льстил себе предположением, что произвел столь сильное впечатление на мисс Холливел, что та растерялась. Хотя было видно, что она смутилась именно от встречи с ним, причина этого вряд ли была в его неотразимости.
Какая все же необычная, ни на что не похожая, встреча! Она внесла непонятную тревогу в его жизнь именно теперь, когда Коннэлу казалось, что в его судьбе наступил, наконец, период, который можно было назвать счастьем. Вечерами они с Дайаной и маленькой Фиби гуляли по поселку, вызывая пристальные взгляды соседок. Эти взгляды намекали, что дружба молодых мужчины и женщины, не переходящая в нечто более прочное, достойна осуждения. И хотя Дайана внешне относилась к нему ровно, не давая поводов для соседских пересудов, он чувствовал, что, будь он настойчивей, все получилось бы само собой. Но после гибели жены даже сама мысль о том, что отношения с женщиной могут перейти определенную официальную грань, казалась ему немыслимой.
А вот малышку Фиби он полюбил всей душой. Именно ее общество доставляло ему наслаждение. Он рассматривал с ней картинки, учил произносить новые для нее слова. Ему нравилось наблюдать, как она растет и становится умнее. Девочка брала его за палец и вела к заинтересовавшему ее насекомому или растению, а потом выжидательно смотрела на него. Он присаживался на корточки, и они вместе наблюдали за полетом божьей коровки или рассматривали узор на листьях, по очереди нюхали цветы. Когда он брал ее на руки, она обнимала его за шею, гладила по щекам, поворачивала голову, разглядывая то уши, то глаза. В этом общении с ребенком Коннэл получал то, чего ему не хватало в общении с окружающими: искренность, интерес к малейшим проявлениям жизни, к природе. Маленькая Фиби умела замечать то, что было важным для Коннэла, но совершенно незначимым для других.
Часто ему казалось, что с этой девочкой он заново живет ту часть жизни, которая называется детством, и о которой он ничего не помнил. И он радовался этой жизни вместе с маленькой Фиби.
А теперь эта случайная встреча с мисс Холливел, лишала его душевного покоя, грозила разрушить устоявшийся маленький мирок, в котором все было понятно и просто.


***********************************

Взяв Книгу Таинств, Фиби направилась в спальню, чтобы ей никто не мог помешать.
Она яростно листала страницы и бормотала:
- Никакой личной выгоды! Никакой! Господи, да где же оно? Вот! «Заклинание о поиске пропавшей любви».
Она постояла минуту, закрыв глаза. Потом решительно произнесла:

- Где бы ты ни был,
моя любовь, приди ко мне,
найди меня!
Я зову тебя вновь!

Фиби повторила заклинание еще два раза и замерла в ожидании.
Белый вихрь закружился в спальне. И растерянно озираясь вокруг, в центре вихря появился Коул.
- Что это? Где я?
Фиби, не мешкая, читала заранее подготовленное ею заклинание:

- Пусть память вернется к тому, кем ты был.
Ты вспомнишь все, что не сам забыл!

Коул пошатнулся, схватился за голову, застонал и замер. Лицо его напряглось, на лбу вздулись вены, глаза то закрывались, то, распахивались так широко, что готовы были выскочить из орбит. Фиби показалось, что это длилось целую вечность. Коул закрыл лицо руками, помотал головой.. Наконец, опустил руки, обвел глазами комнату…
- Кто здесь? Фиби?! Где мы?
Он шагнул к ней.
- У меня получилось? Мы – в прошлом? Ты так изменилась!
Фиби молча глядела на него, не отрывая глаз. Вот он - перед ней! Почти такой, каким она видела его три года назад в старом особняке Холливелов. Она попробовала заговорить, но спазм перехватил ей горло. Она откашлялась.
- Нет, Коул, мы не в прошлом. Мы - в будущем, - хриплым голосом проговорила она наконец.
Коул никак не мог сосредоточиться. В голове все кружилось. Существа Воплощения, новая сила, поворот к прошлому…Но Фиби говорит – будущее! Неужели что-то пошло не так? Вихрь невысказанных мыслей пронесся в его голове. Он не мог ничего понять.
- Что со мной? У меня голова раскалывается от боли! – опять схватившись за голову, чуть ли не простонал он. - Как я попал сюда, в твою комнату?
- Это я позвала тебя, Коул. - Фиби старалась справиться с волнением. – Я хочу спросить..Хочу узнать…- она вдруг растерялась, не зная, что собственно хотела сказать.
- После всего, что было, я хочу знать, любишь ли ты меня по-прежнему? – вырвалось у нее.
Коул не поверил своим ушам. Она сама позвала его! После того, как ушла от него, уничтожила, отказалась, отреклась, отступилась - позвала! И теперь она спрашивает, любит ли он ее по-прежнему?!
- Ты позвала меня сюда, чтобы спросить…- он не в силах был продолжать. Стиснув зубы, Коул, не отрываясь, смотрел на нее.
- - Разве ты сама не знаешь, насколько велика сила моей любви? - почти спокойно проговорил он. - Даже Хозяин не смог ее одолеть! И теперь ты спрашиваешь?...
Он замолчал, потому что чувствовал: еще немного и сердце его разорвется от боли.
Фиби казалось, что она задохнется от эмоций.
- Но ведь ты считаешь, что я не достоин твоей любви! - с горечью продолжил Коул.
Он опять замолчал.
- - Фиби… - через некоторое время продолжил он .- Я не понимаю, что здесь происходит. Все так странно…У меня в голове все перемешалось…Но одно я знаю точно: я хочу вернуть тебя и готов сделать все, что ты скажешь! - он посмотрел на нее взглядом, в котором читалось отчаяние. - В последний раз прошу тебя - помоги мне! Только с тобой я могу еще раз начать жить! Не оставляй меня! Фиби, я не могу и не хочу жить без тебя. Такая жизнь не нужна мне!
Фиби увидела, как лицо его исказилось гримасой боли. В ней все затрепетало. Боже мой! Неужели она, действительно, по-прежнему любит его? Ну почему, почему все так нелепо! Сумасшедшая мысль вдруг мелькнула в ее сознании: «Я должна вернуть его! Я хочу этого!» Своими руками разрушив счастье, она теперь готова была отдать все, чтобы оно вернулось. Ей захотелось коснуться Коула, почувствовать на своих плечах его крепкие руки, а на губах его нежные и сильные губы! Почему она должна отказаться от всего этого? Почему нельзя просто его любить? Так не должно быть!
Фиби провела рукой по его щеке. Он замер и закрыл глаза. Казалось, он готов стоять так вечность.
«Я – сумасшедшая» - подумала Фиби. И, как в пропасть, шагнула к Коулу.
- Коул, - судорожно вздохнула она, - вернись! Я люблю тебя!
Он, еще ничего не понимая, не веря, что это она, -она!- прильнула к нему, крепко прижал ее к себе.
- Фиби! – только и мог прошептать он.
Коул стал целовать ее сначала нежно, едва касаясь губами, а потом неистово, как после долгой разлуки. Да она и была, эта разлука! А теперь Фиби - рядом, ее руки обвивают его шею, он обнимает и целует ее! Тяжелая мужская страсть захлестнула его жаркой волной. В мгновение ока они сбросили с себя одежду и кинулись в объятия друг друга. И не было ни пропасти, еще недавно разделявшей их, ни проклятых вопросов – как быть дальше и что будет потом. Было две души и два тела, слившихся в упоительном единении.
Когда первый любовный голод был утолен, они так и заснули, не разомкнув объятий.
Ночью Фиби проснулась. Коул с открытыми глазами лежал рядом с ней. Она провела пальцем по его щеке, губам. Он осторожно прижал ее к себе.
- Фиби, - нежно поцеловав ее, прошептал он. – Какой прекрасный сон!
Она улыбнулась ему. Это было так счастливо – вновь смотреть в его глаза, в которых было странное выражение тревожной радости, чувствовать его губы, его руки, которые то крепко обнимали ее, то нежно гладили.
-Я люблю тебя, Коул – еле слышно опять прошептала она.
-Я не верю, что все это наяву, - бормотал Коул, целуя ее. – Сколько раз мне снилось, что ты рядом со мной, что я обнимаю тебя!..А потом я просыпался и видел, что рядом никого нет, что все это мне только приснилось.
Она прильнула к нему всем телом, чувствуя, как уходит сон и нарастает желание.


 

#4
Эрин
Эрин
  • Автор темы
  • Активный участник
  • PipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 9 Мар 2003, 14:58
  • Сообщений: 1050
  • Откуда: Москва, Южное Бутово
  • Пол:

4.
Они заснули почти перед рассветом. Сквозь сон Фиби вдруг скорее почувствовала, чем услышала, какой-то голос. Он как будто звал ее, не называя по имени. Она проснулась. Тихонько, чтобы не разбудить Коула, встала, надела халат и пошла к чердаку. Невнятный зов доносился оттуда.
Открыв дверь, Фиби с удивлением увидела Лео. Но не живого, «настоящего», а какой-то туманный образ. Он был полупрозрачным, как мать или Гремс, когда они появлялись в ответ на заклинание.
- Лео? Это ты звал меня?
- Да, Фиби.
Он помолчал немного, а потом укоризненно спросил:
- Ты понимаешь, что делаешь?
- Ты хочешь сказать, что я не должна была возвращать Коула?
- Да!
- И это то, ради чего ты позвал меня? Тогда можешь не продолжать. Я сделала то, что давно могла сделать, если бы ты не скрыл от меня всю правду. - Фиби повернулась, чтобы уйти.
- Постой, Фиби! Давай все же поговорим, - Лео материализовался. - Ты хорошо знаешь, что в магии, как и в жизни, ничего не бывает просто так. То, что произошло с Коулом, было неизбежным. Если Коул ушел, значит, так было нужно. У него своя дорога, свое предназначение. И не тебе это менять.
- Почему ты так уверен, что его предназначение не в том, чтобы быть со мной?
- Наверное, потому, что я – Старейшина.
Фиби старалась слушать его спокойно, но раздражение и какая-то тревога поднималась в ней.
- Послушай, Фиби! – Лео старался говорить медленно и рассудительно. - Я буду с тобой очень откровенен. Очень! По крайней мере, в тех пределах, в которых это вообще возможно для меня. Пойми, получив возможность заново прожить жизнь, Коул получил и новое предназначение. Он сейчас должен находиться рядом с ребенком – маленькой Фиби. Ее имя не зря такое же, как у тебя. В будущем ей суждено стать Верховной Светлой Жрицей. Именно Коул должен стать ее наставником.
- Ты шутишь? – Фиби нервно засмеялась.- Коул, бывший Хозяин, бывший демон – наставник Светлой Жрицы? Коул - просто человек! Не ты ли так убедительно рассказывал об этом еще вчера! Да и каким наставником ей он может быть? Демоническим?
- Человеческим. Не забывай, он много пережил даже в теперешнем своем состоянии. Он приобрел то, что называют мудростью. Со временем часть его магических знаний вернется к нему, но в другом виде. Как житейский опыт. Он должен будет передать эти знания маленькой Фиби.
- Очень хорошо. Пусть передает. Я буду напоминать ему о том, что это – его предназначение. А теперь – спокойной ночи, Лео. Я хочу вернуться к Коулу, пока он не проснулся.
Фиби повернулась и направилась к двери.
- Остановись, Фиби! – голос Лео звучал требовательно и холодно. – Ты не найдешь Коула в своей комнате.
- Что?!
- Коула там нет, - Лео сказал это жестко и спокойно.
Фиби бросилась к выходу, помчалась через ступеньки вниз, рванула дверь своей комнаты…В постели никого не было. Она бросилась к ванной – никого..
В комнате замерцали огоньки и появился Лео.
Фиби села на кровать и закрыла лицо руками. Так, молча, она просидела несколько минут. - Зачем ты сделал это, Лео, - горько сказала она, опустив руки на колени, - зачем? Разве ты разрушитель, а не хранитель? Ты разрушил жизнь Пайпер, а теперь разрушаешь мою?
- Фиби!
- Что? Чем помешала вам любовь Коула и моя? Чем она помешала бы его предназначению? Да и что это за предназначение, построенное на чьем-то горе?
- Фиби, прошу тебя, успокойся! Ты несправедлива. В тебе говорят сиюминутные эмоции, а не разум. – Лео говорил спокойно и отчужденно. - Начнем с того, что ты сама отказалась от Коула. Ты разлюбила его. Ты ведь сказала ему это, когда отстояла ваш дом от демонов. Разве не так?
Фиби закусила губу.
- И разве не ты уничтожила его, Фиби? Если бы ты продолжала любить его, то старалась бы всеми силами спасти, а не убивать. Это не ты спасла его жизнь, его душу. Это сделали Старейшины. И не тебе решать, какой должна быть его судьба. – Лео в волнении заходил по комнате. - Как ты могла, Фиби, как могла ты быть такой легкомысленной! Я подозревал, что ты не смиришься, но не мог предугадать, что ты будешь так рисковать! А вдруг его сознание не выдержит такого напряжения и демоническая память вернется? Дремлющие в нем силы прорвут нашу защиту, и он окончательно станет могущественным демоном! Неужели ты хочешь этого, Фиби?
Лео помолчал, успокаиваясь.
- Теперь все придется начинать с начала – работать с памятью Коула. Встреча с тобой не пройдет для него бесследно. И для тебя – тоже. Неужели ты об этом не подумала, прежде, чем решилась вернуть его?
Фиби заплакала. И плакала она так отчаянно, что суровый взгляд Лео смягчился. Он вздохнул, присел рядом с Фиби, взял ее за руку.
- Фиби, дорогая! Я понимаю, это было для тебя слишком большим искушением. Тебе показалось, что любовь вернулась. Ты поверила в это и заставила поверить Коула. Вспомни, что ты пережила…
- Не надо, Лео! – Фиби вытерла слезы. – Ты не знаешь, не сможешь понять! Сколько раз я спрашивала себя: правильно ли поступила? Коула уничтожила не я, а другая Фиби, жившая в совсем другом мире, в другом измерении. Там все было не так! Ты же знаешь, я просто отступилась, я хотела, чтобы все шло своим чередом. Если бы Пейдж не пробилась тогда в параллельный мир, Коул остался бы жив.
- Но кто знает, кем бы он стал, Фиби! Ты же знаешь, что Существа Воплощения хотели сделать его своим. Он был так силен, что без его помощи они не смогли бы изменить мир, как хотели. Они не отпустили бы его просто так. А он решил вернуть прошлое и изменить его. Что получилось бы из этого для него, для тебя, для всех нас? И каким бы он стал, если бы ему это удалось? Мы можем только догадываться.
- Да, это была та цена, которую он готов был заплатить, чтобы вернуть меня. А я…- Фиби опять заплакала. – Лео, пойми! Именно потому, что я виновата в его гибели, я должна вернуть его! И как бы разумно ты не рассуждал сейчас, что бы ни говорил, это ничего не изменит. Я люблю его, и буду любить всегда! Мы можем быть счастливы!
Лео покачал головой:
- Не обманывай себя, Фиби! У вас с Коулом – разные дороги. И ты ничего не сможешь сделать. Иначе..,мне не легко говорить тебе это…Иначе ты лишишься своего дара и разрушишь силу трех. Подумай сама, какой дорогой ценой достанется тебе личное счастье. Сколько невинных людей погибнет из-за того, что вы не сможете помочь им.
В дверь комнаты Фиби тихонько постучали.
- Можно?- спросила Пайпер, входя.
Увидев ее, Лео поднялся.
- Я должен уйти. Побудь с ней, Пайпер.
Медленно закружились огоньки, и Хранитель-старейшина исчез.
Пайпер присела на кровать рядом с Фиби.
- Дорогая..- прошептала она и обняла сестру.
Фиби плакала, не переставая.
- Пайпер! Пайпер…- всхлипывала она.
- Тихо, милая, успокойся, - нежно уговаривала ее Пайпер. Слезы катились и по ее щекам. Она гладила Фиби по голове, как маленькую девочку.
- Я люблю его, Пайпер!
- Я знаю, родная, знаю! Но что делать? Наверное, женщинам семьи Холливел не дано испытать женское счастье. У нас – свой крест, Фиби, свой долг. Это надо принять.
- Так не должно быть! Он тоже не будет счастливым без меня!
- Как знать, Фиби! Коул столько страдал в своей прошлой жизни, что, наверное, заслужил покой. И если он сумеет достойно прожить свою человеческую жизнь, ты можешь только радоваться, Фиби.
Пайпер говорила тихо и мягко, но слезы продолжали капать на руку сестры. И Фиби почувствовала, что и сама Пайпер страдает не меньше ее. Преданность Лео долгу отняла у нее мужа, которого она так любила!
Обнявшись, они еще долго сидели вместе, оплакивая свое несостоявшееся счастье.


Коннэл разом проснулся и сел на кровати. Что это было? Какой необычный сон! Сон? Или явь? У него кружилась голова, какой-то туманный вихрь крутился в подсознании. Он ошарашено смотрел на стены своей комнаты, оглядывался вокруг.
Фиби, их поцелуи, объятия – это приснилось ему? Как странно - все было так, как бывает только наяву! Но наяву ничего этого быть не могло. Фиби нет. Ее нет уже три года, и не будет больше никогда.
Коннэл посидел немного в каком-то оцепенении. Потом встал с постели, прошел в ванную и встал под холодный душ. Под тугой струей ледяной воды мысли его стали проясняться. Но, понимая разумом, что все это ему приснилось, он никак не мог принять произошедшее, как сон. На его теле, коже, губах еще жили прикосновения Фиби, ее поцелуи. Он ощущал руками изгибы ее тела, атласную кожу, шелковистые волосы. Его губы чувствовали нежность ее губ…Разве так бывает во сне?!
«Остановись, парень! Ты, кажется, сходишь с ума. Ничего ведь не было. Тебе все приснилось. Это как фантомные боли в ампутированной руке.»
Коннэл помотал головой, прогоняя сладостные ощущения, вышел из-под душа, вытерся жестким полотенцем, растирая кожу до красноты. Одевшись, он вышел из комнаты, сел в свое любимое кресло на веранде и сидел так, наблюдая за тем, как понимается солнце.
Он попробовал вспомнить, что еще необычного было в этом сне. Но память не подчинялась Коннэлу. Как будто кто-то медленно, но неуклонно стирал все воспоминания мягкой губкой. Внезапно он вспомнил: Фиби сказала: «Вернись!» Значит, он уходил? Они поссорились? Вот откуда это ощущение вины перед ней! И все же она простила его. Ведь если они были вместе в машине, значит, они помирились. Горькое чувство вдруг заполнило его душу: лучше бы примирения не было! Тогда Фиби не попала бы в аварию вместе с ним и осталась бы жива. Почему, почему так несправедлива судьба, отнявшая у него эту любовь?
Коннэл долго сидел, отрешенно глядя на яркую синеву утреннего неба, на перистые облака, уплывающие в бездонную высоту. Солнце поднималось все выше, воздух был напоен тем утренним ароматом, когда кажется, что каждая травинка, каждый цветок источает свой неповторимый запах. Птицы в саду тихонько выводили свои нежные трели. Но ни привычное чувство покоя, которое охватывало его, когда он наблюдал за просыпающейся природой, ни умиротворение, которое, казалось, поселилось в этом уютном уголке, так и не пришло к Коннэлу. Горькое чувство потери опять заполнило его душу. Фиби! Никто и никогда не заменит ее. Чем заполнить пустоту в сердце, готовом любить самоотверженно, на всю жизнь?
И как бы отвечая ему, детский смех, как колокольчик, зазвенел в саду, проснувшемся для нового дня.

************************

Она вызвала такси и спустилась в вестибюль редакции. Несмотря на полную разбитость, колонку подготовила, макет распечатала и сдала Элизе. При этом выглядела Фиби так, что даже эта мегера участливо спросила:
-Ты в порядке?
Она ехала в аэропорт встречать Джейсона Дина. События трех последних дней все перевернули в жизни Фиби. До неожиданной встречи с Коулом она не особо задумывалась, как дальше сложится ее судьба, в том числе - какими будут отношения с Джейсоном. А теперь, пережив радость возвращения самой большой любви в своей жизни и повторную потерю ее, Фиби чувствовала себя растерянной. Сейчас ее не волновала ни предстоящая встреча с Джейсоном, ни отношение сестер к тому, что она сделала. Она просто безвольно плелась по этой жизненной ситуации, как по дороге, ведущей неведомо куда.
В то раннее утро, когда они с Пайпер проплакали в ее комнате, сестры так и заснули вместе. Требовательный крик Уайета разбудил Пайпер и она ушла к малышу. А Фиби передвигаясь, как робот, встала с постели, умылась, едва взглянув на себя в зеркало, и отправилась в редакцию. Она надеялась, что гора писем с чужими проблемами поможет ей на некоторое время забыть о собственных.
Когда Джейсон Дин, энергичный, красивый, собранный и деловитый, как всегда, увидел Фиби в аэропорту, он поразился произошедшей в ней перемене. Бледная, с темными кругами под глазами, потухшим взглядом, она была совершенно не похожа на ту озорную, улыбчивую девушку, которую он знал.
- Фиби, что-то случилось? – с тревогой спросил он, обнимая и целуя ее.
- Ничего серьезного. По крайней мере, для человечества, - ответила она с какой-то усталой улыбкой.
- А для тебя? – Джейсон вопросительно посмотрел на возлюбленную.
- Джейсон, это долгий разговор.
- Жаль, что долгий. Завтра мне придется улететь в Сидней на неделю. Но, я надеюсь, вечера нам хватит?
Фиби кивнула, еще не понимая, что собственно она может сказать Джейсону. Что она любит Коула, которого нет, которого она уничтожила? Что она поняла, как невозможно будет объяснить своему парню роковую перемену в ее жизни, в их отношениях, которую внесла она сама, вернув погасшее было чувство? Да и вообще, как долго сможет она балансировать между весьма реальным миром Дина и своим полу-мифическим положением Зачарованной? Фиби помнила, сколько проблем было у Прю с Энди, а у Пайпер - с Дэном. Как только они понимали разницу между своей земной жизнью, обычной жизнью обычных людей и каким-то таинственным миром своих возлюбленных, они уходили. Они просто не готовы были это принять. Сумеет ли принять Джейсон? В глубине души, зная деловое отношение Дина ко всему, что составляло его жизнь, она боялась, что и с ним будет также.
- Фиби, улыбнись немедленно! – шутливо скомандовал Джейсон, опять целуя девушку. – Не думаю, что есть вопросы, на которые мы не сможем ответить.
Он обнял ее за плечи и повел к автомобилю, который ждал их на стоянке аэропорта. В машине он пробовал шутить, целовал ее. Фиби понимала, что он пробует отвлечь ее от мыслей, которые так давили на нее. Но вместо благодарности, в ней поднималось раздражение. Неужели он не может понять, что ей не до шуток? Она опять вспомнила Коула, его молчаливое понимание, умение с одного взгляда увидеть ее состояние. Она уже не слушала Джейсона, вспоминая события прошлой ночи. Глаза ее закрылись, щеки загорелись румянцем, губы полураскрылись, как бы в ожидании поцелуя.
От Дина не ускользнула эта перемена.
- Фиби, что с тобой? – Он внимательно посмотрел на девушку. – Такое впечатление, что ты в каком-то своем мире, а не со мной. Или ты предвкушаешь наше свидание?
Фиби открыла глаза. Она попробовала улыбнуться, но улыбка вышла такой кривой и неестественной, что Джейсону стало не по себе. С Фиби явно что-то происходило. Он еще раз внимательно посмотрел на нее, отвернулся и уставился в окно. Похоже, этот вечер не сулил ему ничего приятного.
Выходя из автомобиля, остановившегося у его шикарного особняка, Джейсон, догадываясь, каким будет ответ, все же спросил Фиби, :
- Ты зайдешь?
Фиби покачала головой.
- Я обещала Пайпер… - начала она.
Но Дин кивнул и перебил ее:
- Я позвоню вечером. Куда пойдем?
Фиби пожала плечами.
- Все равно.

Вернувшись с работы Коннэл не сразу вышел на свой «наблюдательный пункт». После душа он немного постоял у зеркала, рассматривая себя. Он заметил, что складки у рта стали глубже, а лоб перерезала чуть заметная морщина.
«Как странно!- подумал он. – Одна ночь этих воспоминаний состарила меня больше, чем полгода на больничной койке».
После странного сна, так похожего на явь, Коннэл понял, что любовь к Фиби не ушла даже после трех лет со дня ее гибели. И то, что ее нет в живых, ничего не меняло. Даже сейчас, стоило ему вспомнить ту ночь, у него пересыхало во рту. Он прошел в спальню, взял фотографию Фиби. Коннэл вглядывался в ее лицо, в смеющиеся глаза. И перед его внутренним взглядом внезапно появилась мисс Холливел. Женщины были так похожи! Он помнил, как его сердце дрогнуло там, у лифта супермаркета.
Cходство было, действительно, так велико, что у Коннэла невольно мелькнула мысль: «А может быть, это какая-нибудь родственница Фиби?» Но мистер Уайет, навещавший его в больнице, сообщил ему, что он - единственный родственник его жены. Но, может, он имел в виду прямых родственников? Коннэл понимал, что в нем говорит надежда на реальное воплощение своего недавнего сна. Даже мысль о том, что можно увидеть, говорить с мисс Холливел, так безумно похожей на его жену, его Фиби, теплой волной накрывала его сердце.
Коннэл усмехнулся – похоже, он уже насытился покоем последних лет, и ему захотелось чего-то нового, более интересного, чем прогулки с маленькой девочкой. Вероятно, в своем прошлом, он был натурой увлекающейся и романтической, а не просто скучным законником.
Мысль о том, что где-то в Сан-Франциско живет женщина, так похожая на ушедшую любовь, теперь не оставляла его. Иногда у Коннэла появлялось желание позвонить в редакцию, найти предлог, чтобы говорить с ней, видеть ее. Он и хотел этого, и боялся. Боялся того, что при всем внешнем сходстве, мисс Холливел будет так разительно отличаться от Фиби Такер, что разочарование развеет все мечты.
Да, мечты. Теперь Коннэл часто мечтал о том, как они встретятся, как он возьмет ее за руку, посмотрит в глаза.. Эти мечты вносили приятное разнообразие в его устоявшуюся жизнь. Он по-прежнему, проводил вечера с малышкой Фиби, но перед сном часто глядел на фотографию жены, думая о мисс Холливел. И ему вдруг стало казаться, что его Фиби может воскреснуть в новой любви. Как будто новая судьба, перекликаясь со старой, стучалась в его жизнь.




Фиби собиралась на встречу с Джейсоном. Она привела в порядок волосы, выбрала вечернее платье. Но делала все это механически, скорее, по привычке хорошо выглядеть, чем желая понравиться возлюбленному.
Время от времени она обнаруживала, что сидит на постели с салфеткой или с флакончиком духов в руках, уставившись в одну точку. Нельзя сказать, чтобы она о чем-то упорно думала. Скорее, наоборот, она была в какой-то прострации: просто надо было одеться, наложить макияж, накрасить губы.
«Да. Похоже, Лео в очередной раз оказался прав, - подумала она. – Не знаю, как Коул, а я - так точно испытываю последствия от нашей встречи».
В дверь постучали.
- Входи, Пайпер!- Фиби не сомневалась, что это старшая сестра. После вчерашней ночи она смотрела на Фиби с печальной нежностью и старалась как-нибудь отвлечь ее.
Это, действительно, была Пайпер. Она присела на кровать и какое-то время молча наблюдала за тем, как Фиби ходит по комнате, бросая в сумочку то платок, то дезодорант.
- Ты сегодня встречаешься с Джейсоном? – спросила она, наконец.
Фиби кивнула.
- И ты ему что-нибудь скажешь?
- Не знаю. Наверное.
Она присела рядом с сестрой..
- Лео был прав, Пайпер. Я действительно, не представляла себе все последствия возвращения Коула. И в первую очередь, для себя.
Она помолчала.
- Понимаешь, Джейсон – хороший и я, наверное, все-таки люблю его. Но Коул…- она помолчала, подбирая слова, - Коул – единственный! И он жив. Теперь я не смогу этого забыть. Понимаешь, Пайпер, я – вся – не смогу забыть. И не хочу. Я не знаю, как быть дальше, но…
Она закусила губу. Предательская слеза все же покатилась по щеке. Фиби вытерла ее.
- Я не смогу быть с Джейсоном прежней, и он это почувствует. Объяснить ему, что произошло, я тоже не смогу. И дело не только в Коуле. Даже если я решу забыть его, остаться с Джейсоном, как долго я смогу держать в тайне самое главное: что мы - Зачарованные? Ты помнишь, как было у тебя с Дэном? Он был отличным парнем, но не смог принять это. Не думаю, что Джейсон сможет.
Пайпер слушала сестру и мысли ее текли вслед за речью Фиби. Дэн…Как все было тогда! Как боролся Лео за нее, за их право быть вместе! Ради нее он тогда не пожалел крылья. А теперь…Ее личная жизнь теперь, когда Лео стал Старейшиной и ушел, скрашивалась только присутствием Уайета. Пайпер вздохнула. Фиби мучается от того, что вернулась старая любовь. А у нее, очевидно, никогда не будет новой.
- И что же ты решила? – спросила она сестру.
- Не знаю.- Фиби помолчала. – Завтра он улетает в Сидней. И может быть, я просто ничего не скажу. Пока не скажу.
- А ночь? Ведь он, наверняка, захочет провести эту ночь с тобой, Фиби.
- Предлог можно найти. Да и потом, - пожала плечами Фиби, - мне всегда была приятна его близость И это не изменилось от того, что вернулся Коул.
- Фиби!
- Что – Фиби?! – она в раздражении вскочила с постели. - Не спрашивай меня об этом, Пайпер. Я ничего еще не решила. Да и что я, в принципе, могу решить! Уйти в монастырь, замаливать грехи Коула и свои?
- Дорогая,… - было видно, что Пайпер растерялась.
- Кстати, Пайпер, - Фиби круто сменила тему разговора. – Я хотела спросить тебя. Тогда, в гостиной, когда Лео рассказывал нам о спасении Коула, ты все время молчала. У тебя был такой понимающий вид. Похоже, тебя не удивило то, что говорил Лео. Ты знала обо всем?
Пайпер покачала головой.
- Нет, я не знала. Я просто вспомнила, как Лео сказал, что человеческая сущность Коула была всегда подавлена и он не виновен в тех преступлениях, которые творил Белтазор. И я представила себе, как это несправедливо – расплатиться своей жизнью за чужие грехи. Почему-то я решила, что Старейшины тоже это поймут. И когда ты сказала, что Коул вернулся, я подумала, что Лео не остался в стороне. На этот раз решение Старейшин было справедливым. И, думаю, не без влияния Лео.
Она замолчала. Теперь Фиби присела рядом с ней, обняла сестру.
- Ты все еще любишь его, Пайпер?
Пайпер слабо улыбнулась:
- Это, наверное, еще одна особенность женщин семьи Холливел. Мелинда, которую предал возлюбленный, прокляла его, но не перестала любить. А Гремс? А мама? Да что говорить! Ты спасла Коула, когда он был демоном! И теперь, несмотря на все, что пережила, любишь его. А разве Лео стал хуже от того, что он теперь - Старейшина?
Она вздохнула.
- Я же говорю: похоже, женское счастье – не наш удел, Фиби.

***********************************************************

Фиби издалека увидела Джейсона. К ее удивлению, за столом он был не один. Его собеседницей была довольно развязная особа, которая чему-то громко смеялась. Дама выглядела особенно вульгарной рядом с подтянутым и элегантным Джейсоном.
Нельзя сказать, что Фиби равнодушно восприняла еще одну гостью этого вечера. Правда, не будь всех событий предыдущих двух дней, ее реакция была бы намного эмоциональней. А сейчас ей просто стало как-то не по себе. Стараясь выглядеть спокойной она подошла к столику. Джейсон коснулся губами щеки Фиби, а его собеседница уставилась на девушку.
- Что тебе заказать, дорогая? – невозмутимо произнес Джейсон.
- Сухой мартини, - так же невозмутимо ответила Фиби.
- Знакомьтесь: мисс Фиби Холливел - мисс Саманта Смит.
- Очень приятно, - все так же спокойно кивнула головой Фиби.
- Как видите, у меня очень редкая фамилия, - захохотала ее визави.
Фиби пожала плечами.
Идя на встречу с Джейсоном, она готовилась к долгому и трудному разговору. То, что он пригласил к ужину еще кого-то, перечеркивало все ее планы. Эта ситуация, с одной стороны, могла помочь Фиби избежать объяснений. Или, по крайней, мере, отложить их. С другой – все-таки неприятно задевала ее. Ей захотелось встать и уйти. И она задавала себе вопрос: это – что, ревность? Значит, она все же любит Джейсона? А как же Коул? Его она тоже любит? Или она вообще может любить двоих?
«Надеюсь, хороший глоток мартини поможет разрешить это противоречие» - подумала она.
Заиграла музыка и Джейсон, извинившись перед мисс Смит, пригласил Фиби на танец.
- Фиби, это получилось случайно, - начал он сразу, как только обняв за талию, повел ее в танце. – Мисс Смит - деловой партнер. Она пришла с друзьями – они сидят за крайним столиком. Мы только что обговорили решение одной серьезной проблемы. И в весьма выгодном для меня варианте.
- Джейсон, мне ничего не надо объяснять.
- Я просто стараюсь тебя развлечь, - улыбнулся он. - Фиби, ты сегодня сама на себя не похожа. Что происходит?
- Нам надо поговорить. Но…Наверное, сейчас не самое подходящее время для разговора. Если у тебя еще дела, я могу уйти.
- Фиби! Она скоро уйдет. Я слишком редко вижу тебя, чтобы вот так отпустить.
Музыка закончилась и они подошли к столику. Мисс Смит с аппетитом обгладывала ножку цыпленка.
- Вы прекрасно танцуете, деточка, - обратилась она к Фиби. - Джейсон, у тебя хороший вкус. Твоя подружка очень привлекательна.
Чувствовалось, что мисс Смит не только хорошо закусывала, но и хорошо выпила. По крайней мере, язык у нее хоть и был явно без костей, но работал с трудом.
- Саманта, ради бога!
В общем-то, вечер был уже испорчен, несмотря на то, что через какое-то время один из друзей мисс Смит увел основательно нагрузившуюся даму.
- Теперь мы сможем спокойно поговорить. Я хочу, чтобы ты улыбнулась, Фиби.
Фиби улыбнулась. Но это была печальная улыбка. Этот незначительный эпизод как-то вдруг показал ей, насколько жизнь Джейсона далека от нее, от того, чем живет она. Медиа-бизнес и спасение невинных, деловые связи и бескорыстная помощь. Что может быть несовместимее?
Она вдруг вспомнила, как мучался Коул, не находя применения своим силам. Спасение женщины из горящего автомобиля было для него поступком, ради которого стоило жить. А Джейсон…Нет, он был добрым, этот веселый парень с жестким взглядом. Но Фиби понимала, что в бизнесе нельзя быть ни добрым, ни злым. Надо уметь четко ставить цели и также четко их добиваться. И Джейсон Дин умел это делать.
Фиби вздохнула.
- Джейсон, давай не будем ни о чем говорить. Просто посидим. Мы давно не виделись. Как твои дела?
Джейсон внимательно посмотрел на нее.
- Я, конечно, могу сделать вид, что все в порядке. И мы поговорим о том, как идут дела в Гонконге. Но я же вижу: с тобой что-то происходит. И хочу знать – что. Ты встретила кого-то и решила меня бросить?
«Да, - подумала Фиби, - деловой подход. Сразу все точки над «i»!»
- Джейсон, в моей жизни кое-что, действительно, произошло. Но это не совсем то, что ты думаешь..То есть…Это трудно объяснить…
Честно говоря, Фиби так и не придумала, какими словами она объяснит ему ситуацию. Да и как можно найти такие слова?
– Я думаю, когда ты вернешься из Сиднея, мы сможем решить все наши проблемы, - бодро закончила она.
- А у нас есть проблемы? – Джейсон, похоже, решил прояснить все до конца.
- Не дави на меня! Нельзя вот так на бегу разрешить ситуацию, которая возникла. - Фиби разозлилась, так и не поняв на кого именно - на него или на себя. – Ладно, если хочешь! Я встретила человека, которого очень любила когда-то. Безумно любила. Это ничего не меняет в наших с ним отношениях, но я пока не могу придти в себя, - выпалила она. – Для меня это было слишком большим потрясением. И если сейчас ты не будешь задавать вопросов, то к твоему возвращению из Сиднея все успокоится.
Джейсон внимательно смотрел на Фиби.
- Должно быть, это какая-то особенная встреча, если ты так реагируешь.
- Да, особенная! – с вызовом сказала Фиби.
Они помолчали. Он взял ее руки в свои ладони.
- Фиби, ты знаешь, как я к тебе отношусь. И я не хочу тебя потерять.
- Тогда давай не будем торопиться с выводами.
Джейсон улыбнулся. Оркестр заиграл блюз.
- Хорошо. Тогда давай просто потанцуем.
Рука Джейсона обнимала ее за талию. В его другой руке лежала ее ладонь. А пронзительная мелодия блюза уводила Фиби далеко отсюда. Она думала о Коуле.


В конце концов, он решился.
Черт побери, он не мальчик, чтобы ждать! Он должен ее увидеть.
«Может же юрист поинтересоваться, как дела у его клиента, - убеждал себя Коннэл. – Что такого, если я позвоню и спрошу мисс Холливел о том, как отреагировала читательница на ее совет?»
Долгие размышления были не в его духе. Он снял трубку и набрал номер. Услышав ее голос, он произнес официальным тоном:
- Мисс Холливел? Это Такер. Как дела с Вашим материалом? У читательницы претензий нет?
В ответ не раздалось ни звука.
- Мисс Холливел?
Наверное, что-то было со связью, потому что послышалось то ли шипенье, то ли хрипенье. Затем мисс Холливел несколько напряженно ответила :
- Благодарю Вас, мистер…Такер. Все прошло нормально.
- По этому вопросу у меня есть дополнительная информация. - Коннэл считал, что действовать нужно решительно.- Если Вы не возражаете, мы можем обсудить это за обедом.
- Э-э-э.., а-а-а…, э-э-э, - похоже, от такого напора девушка слегка растерялась.
- Если Вы согласны, я буду ждать Вас завтра в «Марина кафе» в пять часов.
Мисс Холливел, немного помолчав, почти прошептала:
- Хорошо. Я приду.
Коннэл осторожно положил трубку и перевел дух. Завтра он ее увидит. Осталось только решить, какая дополнительная информация по ее вопросу у него есть.



 

#5
Эрин
Эрин
  • Автор темы
  • Активный участник
  • PipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 9 Мар 2003, 14:58
  • Сообщений: 1050
  • Откуда: Москва, Южное Бутово
  • Пол:

5.
Фиби сидела за своим столом, застыв, как статуя. Если, конечно, так можно было назвать взлохмаченную особу, склонившуюся с ручкой над горой писем.
«Вот так. Такие дела. Это ведь не Коул Тернер захотел встретиться с Фиби, а мистер Такер с мисс Холливел. Господи! Что же мне делать? – Мысли Фиби метались по черепной коробке, вызывая головную боль.- Что мне делать?!»
Фиби была в панике. Она встала и заходила по своей клетушке:
«Встретиться с ним в новой жизни? Начать все заново? Но каким он стал? Я совершенно не знаю Коннэла Такера, не знаю, каким он стал за эти годы. Я знаю только Коула Тернера! Господи, что же делать?!»
Она села за стол и закрыла лицо руками.
«Понятно, что пригласил он меня не для разговоров о вопросах читателей. – Фиби неожиданно для самой себя улыбнулась. – Он просто захотел меня увидеть».
У нее стало тепло на сердце. Она опять видела Коула, его нежный взгляд, ощущала его губы…«А ведь я радуюсь! – поймала она себя на знакомом чувстве. – Радуюсь, что увижу его, буду с ним говорить! Господи, ну что со мной происходит?»
Она опять вскочила со стула, вышла из своего кабинетика и спустилась вниз. Фиби шагала по улице, не видя, куда идет. Ей просто необходимо было двигаться.
«Вот так-то, Лео, - с какой-то ехидной гордостью думала она, походив по улице полчаса, и возвращаясь в редакцию. – Этого ты не мог предвидеть? Это не я, нарушая все придуманные вами законы, захотела вернуть Коула. Это он через все ваши заслоны ищет меня. Такого вы не ожидали, ребята?»
Первое, что она увидела, войдя в редакцию – глаза «маленького босса». Они метали молнии.
- Какого черта, Фиби! – Элиза, похоже, раскалилась от злости. - Ты уже сдала материал? У тебя гора нераспечатанных писем, а ты позволяешь себе прогулки!
Фиби молча прошла на рабочее место.
«Хорошо, что надо переключиться, - подумала она. – Я немного остыну, да и Элиза - тоже.»
Она заставила себя вчитываться в письма, делала наброски ответов и постепенно втянулась в работу. И только время от времени сердце ее замирало от ожидания. Чего?…
******************************************************************

Вечером, гуляя с маленькой Фиби и миссис Дрейк, Коннэл был рассеян, отвечал на вопросы девочки невпопад. Его мысли все время вертелись вокруг предстоящей встречи с мисс Холливел.
- Вы в порядке, Коннэл? – Дайана внимательно посмотрела на него.
- Да, все в порядке. Много работы.
- Понимаю. Давайте вернемся и просто посидим в саду.
Они недолго посидели в креслах на веранде хозяйской половины. Коннэлу не хотелось ни о чем говорить. Дайана немного помолчав, заговорила с дочкой. Но малышка, к облегчению Коннэла, потащила его к дубу, росшему на границе двух участков. Ей нужны были желуди. Они собирали их под деревом. И он был рад, что можно отвлечься от своих мыслей, показывая маленькой Фиби, как снимается желудевая шапочка. Набрав желудей, Коннэл с девочкой вернулись к столу и принялись мастерить человечков. Этого увлекательного занятия им хватило до вечера.
Когда миссис Дрейк увела девочку спать, Коннэл прошел к себе на веранду, сел в любимое кресло. Мысли его опять вернулись к мисс Холливел. Он не знал, как ее зовут, и теперь придумывал ей имена. Элис? Сандра? Или совсем просто – Мэри?
«Фиби, - вдруг подумал он. – Фиби Холливел.»
Какое-то непонятное ощущение, промелькнувшее в подсознании, заставило его насторожиться. Фиби Холливел! Он где-то слышал такое сочетание имени и фамилии. Но где? Когда? Фиби Холливел, Фиби Холливел…Эти слова звучали где-то внутри, как знакомая мелодия. Фиби Холливел…Может быть, они были знакомы до того, как он потерял память? А теперь он начинает вспоминать? Может, она хорошо знала его и поэтому так смотрела на него там, в офисе? Или была знакома с его женой? Черт возьми! Он узнает это завтра.
Уже совсем стемнело, когда Коннэл вошел в дом. Не включая свет, он разделся и лег в постель.

*******************************************

С работы Фиби вернулась поздно. Честно говоря, задерживаться не было необходимости, но ей хотелось избежать расспросов Пейдж и пристального взгляда Пайпер. Если Пейдж могла и не обратить внимание на состояние Фиби, то от чуткой Пайпер не ускользнуло бы ничего.
Сдав материал Элизе, она еще долго сидела за столом в своем закутке, уставившись на монитор выключенного компьютера. Окунувшись в море проблем, высказанных ей незнакомыми людьми, она на какое-то время отвлеклась от мыслей о Коуле, о предстоящей встрече с ним. Но обдумать все заранее было необходимо. Фиби помнила предупреждение Лео о том, что будет, если она нарушит волю Старейшин.
Она понимала, что именно будет самым трудным при встрече с Коулом («Нет, с Коннэлом Такером, - поправила она себя. – Надо привыкать к его новому имени»): удержаться в рамках той легенды, которую дали ему Старейшины. Не проговориться, не напомнить, не выдать себя. И как это можно сделать? Говорить о погоде? Но ведь Коул («Запомни, наконец, – Коннэл! Коннэл!!Коннэл!!!») не для этого пригласил ее. Тогда о чем? О дуре-читательнице, которая, наконец, успокоилась, получив ссылку на юридическую обоснованность совета Фиби?
«Господи, как же я устала! – Фиби обхватила голову руками и закрыла глаза. – Почему у меня все так….не по-человечески?»
Она усмехнулась: «Ведьма! Вот и весь ответ: потому, что ведьма. Разве еще у кого-нибудь может быть такая ситуация, когда уничтоженный было муж возвращается в новом обличии? Хотя…Наверное, в обычной жизни тоже бывает всякое…»
Она посидела так примерно час. Потом поняла, что ничего путного сейчас не придумает, и решила положиться на интуицию: как получится, так и получится!
В эту ночь Фиби плохо спала. Она часто просыпалась от какого-то внутреннего сигнала. Как будто кто-то шептал ей: не спи!
Небо уже начинало светлеть, когда она, наконец, заснула. Но это был полусон-полувидение. Она видела Коула таким, каким встретила его когда-то – молодым, улыбчивым, но настороженным. Он шел по берегу какого-то лесного ручья, совсем небольшого - его можно было перепрыгнуть одним прыжком. Фиби бежала по противоположному берегу этого ручья, смеялась и махала Коулу рукой. Потом он вдруг остановился, повернулся к ней и стал расти, увеличиваться в размерах так, что скоро закрыл от ее нее лес, потом – небо. Его лицо стало сумрачным и грозным. С нахмуренными бровями, огнем в глазах и сжатыми губами оно нависло над ней. Фиби перестала смеяться, ей становилось страшно. Она подняла руки, как бы защищаясь от этого лица. Но оно все увеличивалось, пока осталось единственное, что она могла видеть – его глаза. В них мелькали молнии, крутились вихри, они затягивали ее, как воронка. «Нет, Коул! Нет!» - крикнула Фиби. Раскинув руки она оттолкнула это лицо, эти глаза. Раздался жуткий грохот.
Фиби резко села в постели. Грохот не прекратился. Совершенно невероятная для этого времени года гроза бушевала за окном. Окно распахнулось и портьера, закручиваясь от ветра, хлопала по подоконнику. Дождь громыхал по стеклу, и вода стекала на пол.
Фиби перевела дух. Какой сон! Он – как грозное напоминание о прошлом. Но она никогда не видела лицо Коула таким ужасным. Даже когда он был Хозяином, даже когда она сказала ему, что он ей безразличен. Тогда, в подвале их старого особняка, Фиби видела на его лице боль, растерянность, злость, наконец. Но никогда оно не было угрожающим. По крайней мере, для нее.
И все-таки на сердце было тревожно. Некоторое время лежала без сна, бесцельно глядя в потолок. Потом встала, закрыла окно и опять легла. Надо было все-таки попытаться заснуть. Несмотря на начинающийся рассвет, в комнате было темно. Гроза утихала, в воздухе пахло свежестью, и Фиби незаметно опять заснула.
В новом сне не было ничего из предыдущего – ни Коула, ни ручья. Она лежала одна на песке в ночной пустыне. Бездонное небо с невероятно яркими звездами раскинулось над ней. Фиби встала. Надо было идти. Она медленно побрела куда-то, устало передвигая ноги.. Наконец, силы оставили ее и она мягко осела на песок. Неподвижная, она лежала, ощущая себя опустошенной и разбитой.
Огромная луна заливала все вокруг серебристым светом. Звезды, соревнуясь с ней в яркости, мерцали на черном бархате неба. Прозрачный, хрустальный звон раздался вдруг в этом светящемся безмолвии. Тонкий лучик света протянулся от самой яркой звезды к Фиби, коснулся ее лица, пробежал по телу. Холодный, но мягкий свет вливался в нее, наполняя спокойной силой, несущей покой.
Она медленно поднялась, с наслаждением ощущая эту внутреннюю силу, спокойствие и уверенность. Луч звезды начал расширяться, образуя вокруг Фиби островок неяркого света. На этом островке появился туманный силуэт мужской фигуры. Он сделал шаг вперед и протянул к ней руки. И она узнала его.

*************************************

Коннэл долго не мог заснуть в эту ночь.
Когда под утро он задремал, неожиданно разразилась гроза. Лежа на кровати, он наблюдал за разбушевавшейся стихией. Потом встал и подошел к окну. Грохотал гром, молнии сверкали по темному небу. Ветер бросил струи дождя на оконное стекло, хлопнул ставнями на хозяйской половине.
Коннэл любил грозу. Ему нравилось смотреть на яркие вспышки молний. Он как будто ощущал их мощную энергию. Молнии ветвились, вспарывали ночное небо над городом, с яростью били в землю. Он любовался этой необузданной силой, предугадывая, где ударит следующая стрела небесного гнева.
Потом все стихло. Дождь, неожиданно мирный после этого яростного всплеска огненной стихии, полился с ровным убаюкивающим шумом.
Он опять лег. Уже почти рассвело, когда он все же заснул. Странный сон приснился Коннэлу в это раннее утро. Как будто он идет вместе с мисс Холливел по какой-то непонятной дороге. Это и не тропинка и не шоссе. Ровная, почти как автострада, полоса сменяется узкой дорожкой, с колдобинами и рытвинами. Девушка все время оступается, и он старается поддержать ее, не давая упасть. Наконец, он берет ее за руку, и они продолжают идти вперед, взявшись за руки, как дети. Конца у дороги не видно. Вокруг то густой лес, то туманное болото, то безжизненная пустыня, то цветущий луг, то скалы. Мисс Холливел время от времени поворачивает к нему смеющееся лицо и что-то весело говорит. Он не понимает ее слов, но от того, как она это делает, ему становится тоже весело и радостно. Они идут все дальше. Потом Коннэл оглядывается назад и замирает от недоумения и страха: жуткий кроваво-красный туман стоит у него за спиной. Не видно ни дороги, ни скал, мимо которых они только что прошли. Все еще глядя назад, он останавливается и только теперь ощущает пустоту в своей руке. Повернувшись, он видит, что мисс Холливел исчезла! Он стоит один на этой непонятной дороге, которую начинает затягивать все тот же багровый туман. Бросившись вперед, он невольно кричит:
- Фиби! Фиби, где ты?!
Холодная лапа отчаяния сжимает ему сердце. Он бежит вперед, отталкивая руками ветви деревьев, нависающих над дорогой, ставшей вдруг узкой тропой. Ветки хлещут его по лицу, по глазам. Ему ничего не видно, ноги проваливаются во что-то липкое и противное. Он понимает, что это – болото! С каждым шагом он оседает все глубже и глубже. Идти уже невозможно. Вязкая жижа засасывает его, дышать все труднее, и с последним вздохом из груди его вырывается тот же крик:
- Фиби!
Яркий свет заливает ему лицо, женский голос нежно шепчет:
- Коул….
И…Коннэл проснулся. Солнце светило ему в глаза. Любуясь грозой на рассвете, он оставил распахнутыми шторы, и лучи солнца падали прямо ему на лицо.


Фиби волновалась, как никогда. Пожалуй, только первое свидание с Коулом, тогда еще помощником окружного прокурора, вызывало в ней такое же волнение, как сегодня.
Она ничего не сказала сестрам, но Пайпер, не спускавшая с нее последнее время глаз, все же заметила некоторую нервозность, с которой Фиби выскочила утром из ванной.
- Ты сегодня так долго приводила себя в порядок, - заметила она.
Фиби молча пожала плечами. Она боялась заговорить со старшей сестрой, чтобы не проговориться. Проницательная Пайпер что-нибудь выудила бы у нее. А говорить о том, что Коул («Господи - Коннэл!!!») назначил ей свидание и она на него пойдет, ей не хотелось никому. Слава богу, что Педж занята сейчас своими сердечными делами и почти не бывает дома. Младшая сестричка, не задумываясь ни на минуту, вытрясла бы из Фиби все ее тайны.
В своей комнате Фиби долго сидела перед зеркалом.
«Как странно! - подумала она. – Всегда лишь вчера я шла на встречу с Джейсоном и мне было все равно, как я выгляжу. А сейчас, собираясь на эту безумное свидание, я хочу быть красивой, хочу покорить какого-то Коннэла Такера, как когда-то покорила Коула. Смешно! Одного и того же мужчину – одна и та же женщина!»
Она даже развеселилась, представляя, как будет чувствовать себя, помня все об их прежних отношениях, тогда как он не будет помнить ничего. Мысль об этом щекотала ей нервы. Это будет забавно!
Осмотрев себя с ног до головы, Фиби осталась довольна: огромные черные глаза блестят, алые губы готовы улыбнуться, темные волосы в неописуемом (но – моднейшем!) беспорядке, изящная фигурка в экстравагантном костюмчике соблазнительно изгибается в зеркальном стекле.
«Ну, милый, посмотрим, вспомнишь ли ты хоть что-нибудь! – озорно подумала Фиби. – Хотя, нет, - остудила она себя, - у меня были длинные волосы, и я красила их в цвет ореха. Узнавай меня заново, Коул! Господи, опять! Коннэл, Коннэл, Коннэл – запомни!».
В таком виде Фиби помчалась на работу. И – навстречу новому приключению.



 

#6
Эрин
Эрин
  • Автор темы
  • Активный участник
  • PipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 9 Мар 2003, 14:58
  • Сообщений: 1050
  • Откуда: Москва, Южное Бутово
  • Пол:

6.
«Коул? Почему – Коул? – Этот вопрос не давал Коннэлу нормально работать. Даже волнение по поводу предстоящего свидания с мисс Холливел отступало перед этим вопросом. Сам по себе сон довольно странный, а тут еще эта загадка. Даже если он ошибается, и мисс Холливел зовут не Фиби, можно еще объяснить, почему у него вырвалось это имя. Она откликнулась на его зов, но почему эта милая девушка назвала его Коулом?
Так и не найдя какое-либо разумное объяснение своему сну, Коннэл заставил себя включиться в работу. Как на грех, ее было так много, что закончил он только в четыре часа. Добраться до «Марина кафе» за оставшееся время было вполне реально, но Коннэл все же решил поторопиться.
На улице было душно и неопределенно тревожно. В воздухе ощущалось какое-то напряжение. Природа как будто замерла. Было удивительно, что ночная гроза не принесла облегчения. Ни обычной после дождя свежести, ни прохладного ветерка. И небо было затянуто какой-то дымкой.
Чем дальше двигалась машина Коннэла, тем понятнее становилось, что впереди – пробка. Поток машин продвигался вперед короткими «перебежками». Коннэл уже начал тревожиться, что не успеет к назначенному сроку на встречу с мисс Холливел, когда ощутил, как произошло нечто более серьезное, чем автомобильная пробка.
Казалось, улица дрогнула. Зазвенели стекла, пронзительно заверещали сигнализацией припаркованные машины. Послышались крики прохожих, бросившихся бежать кто куда. Автомобиль Коннэла тряхнуло, и он резко нажал на тормоза. Но стоящий в левом ряду микроавтобус уже занесло и он ударил в бок его «Тойоты». Удар был не слишком сильным, но левую дверцу заклинило. Коннэл попробовал выйти из машины через правую, но с этой стороны почти вплотную к его автомобилю остановился джип. Его владелец, выбравшись через правую дверцу, бросился бежать вперед. Коннэл оказался в ловушке. Впереди, сколько было видно, сгрудились машины. Некоторые из них стояли почти под прямым углом друг к другу, другие заехали на тротуар. Затем еще один, но уже слабый толчок, мягко качнул Коннэла в машине.
Это было одно из тех землетрясений, которые, не вызывая серьезных проблем, на некоторое время прерывали привычную жизнь жителей Сан-Франциско. Особой паники не было. Но Коннэл почувствовал именно панику. Что с Фиби? Где она? Где застали ее подземные толчки? Не пострадала ли она? Эти мысли сводили его с ума. Запертый в машине, он мог только надеяться, что все будет в порядке.

*******************************************

Улизнуть с работы на полчаса раньше было самым трудным делом. Ей просто повезло: «маленький босс» Элиза отправилась на деловой обед с какой-то творческой личностью.
Фиби остановилась перед дверью ресторана, чтобы перевести дыхание. До встречи с Коулом оставалось еще десять минут. Но она подумала, что не помешает еще раз посмотреть на себя в зеркало. Сердце ее колотилось, дыхание перехватывало. «К приходу Коула надо взять себя в руки и успокоиться. Я не должна показывать ему свое волнение» - напомнила себе Фиби.
Она уже взялась за ручку двери, как покачнулась от сильного толчка и, не удержавшись, упала на тротуар перед огромным окном ресторана. К счастью, толстое оконное стекло не разбилось. Но угрожающие трещины разбежались по нему во все стороны. Фиби уже поднялась на ноги, когда земля дрогнула еще раз. На этот раз толчок был несильный, и она устояла. В ушах у нее раздавался звон. То ли от падения, то ли от сработавшей сигнализации автомобилей, припаркованных у ресторана.
«Что это? Землетрясение?! Господи, землетрясение! Пайпер..Пейдж..малыш…Как они там? Хоть бы все было в порядке!»
Фиби лихорадочно нашаривала в сумке мобильный телефон. Но при ее падении сумочка отлетела в сторону. И теперь несчастный мобильник, ударившийся об асфальт, никак не реагировал.
«Господи! Не дозвониться! С ними все в порядке» – убеждала она себя.
Ее толкали выбежавшие в панике посетители ресторана, а она стояла на тротуаре, растерянно озираясь вокруг. «Коул! – вспомнила она, наконец. - Он должен подъехать с минуты на минуту, и я смогу воспользоваться его телефоном».
Но время шло, а Коула не было. «Что делать – оставаться здесь и ждать его или искать какую-нибудь возможность позвонить домой? Что же делать?!»
- Лео! – негромко, но отчаянно, позвала она.
Это было бесполезно. Если бы Лео сейчас был их хранителем, он бы помог. Теперь же, став Старейшиной, он не откликался на любой зов ведьм.
Толчков больше не было, и Фиби понемногу успокаивалась. Среди прохожих паника тоже постепенно стихала. По дороге, лавируя между застывшими машинами, промчались полицейские автомобили, отчаянно завывая сиренами. Фиби стояла рядом с рестораном и крутила головой по сторонам. Ей казалось, что вот-вот появится Коул и все решится само собой.
«Ну, где же он?» Фиби не сразу подумала, что с Коулом-Коннэлом может что-то случиться. Но потом ей пришло в голову, что он мог попасть в какую-нибудь аварию, на него могло что-то упасть…Да мало ли что могло приключиться. Ведь он до сих пор не приехал! Господи! Ну почему все складывается так неудачно в такой серьезный момент ее жизни? Фиби опять начинала волноваться. Она была твердо уверена, что только очень серьезная ситуация может заставить Коула опоздать. И ей даже не хотелось думать, насколько опасной для него может быть такая ситуация. Тревога за любимого все нарастала и она чувствовала, что впадает в панику. Вокруг нее как будто формировалось облако отрицательных эмоций. Она так отчаянно ждала помощи, что не удивилась, увидев Пейдж, материализовавшуюся у выхода из ресторана.


Коннэл все еще сидел в машине. Отчаянье из-за собственной беспомощности, тревога за девушку, крушение надежд на встречу, которая могла так много решить для него – все это превращалось в гремучий коктейль эмоций. Опершись локтями на руль машины, Коннэл обхватил руками голову.
«Неужели с ней может что-то случиться? Я еще не знаю, нашел ли ее и уже могу потерять! - Он закрыл глаза. – Господи! Сделай так, чтобы она была жива, чтобы с ней все было в порядке! Больше я ни о чем не прошу!»
Ему еще никогда в жизни не приходилось взывать к высшей силе. Это непроизвольно вырвавшаяся из глубины сердца мольба сильного мужчины, ощутившего вдруг себя слабым и беспомощным, как ребенок, могла тронуть любого, кто бы услышал ее. И Коннэлу оставалось надеяться только на это.
Сирена полицейской машины завыла громко и пронзительно. Было видно, как впереди начинают двигаться застывшие автомобили. Полицейский с повязкой на руке повелительным жестом жезла как бы разводил их, освобождая центральную часть дороги. Медленно, безумно медленно, как показалось Коннэлу, тронулся, наконец, «Вольво», стоявший перед его «Тойотой». Но двинуться с места он пока не мог. Надо было еще убрать микроавтобус, прижавший его машину к джипу.
Только через час после того, как начали освобождать дорогу, Коннэл подъехал к ресторану. Как он и ожидал, в нем не было посетителей. Официанты подбирали разбитую посуду, а толстый метрдотель наблюдал за уборкой помещения. На вопрос Коннэла, не пострадал ли кто из посетителей, он пожал плечами. Не такой силы было это землетрясение, чтобы кто-то мог серьезно пострадать.
Сев в машину, Коннэл какое-то время не двигался. Он постепенно успокаивался. Скорее всего, все обошлось. С мисс Холливел ничего не случилось. Но они не увиделись сегодня, а он так ждал этой встречи! Чувство горького разочарования охватило его. Что ж! Видимо, не суждено. В конце концов, она поймет, почему он не смог вовремя приехать. Завтра он позвонит ей на работу. Они должны встретиться!
Думая об этом, Коннэл не видел, что почти рядом с его машиной остановился среднего роста крепкий мужчина. Он пристально посмотрел на сидящего в машине Коннэла, осторожно оглянулся вокруг, и направил на него руку. Призрачное дрожание воздуха, похожее на полуденное марево, собралось в луч и на какое-то мгновение протянулось от руки мужчины к Коннэлу. Если бы тот в этот момент оглянулся, он бы очень удивился, узнав в этом крепыше мистера Уайета.
Но он, не оглядываясь, включил зажигание, и машина тронулась с места.




-Пейдж! – взволнованно воскликнула Фиби. – Слава богу! Как Пайпер, Уайет? У вас все в порядке?
- У нас – да. А у тебя? Ты была в такой панике, что я почувствовала это. – Она огляделась вокруг. - А что ты делаешь здесь? Почему не на работе?
Успокоившаяся было Фиби поняла, что придется срочно что-то сочинять.
- Я…У меня деловая встреча с…читателем..
Пейдж удивленно подняла брови.
- С читателем? В ресторане?
Она внимательно посмотрела на сестру:
- Фиби, что происходит? У тебя свидание? А как же Джейсон? – игриво спросила младшая ведьмочка.
Внезапно в ее глазах мелькнуло подозрение:
– О, нет! Только не говори, что здесь ты встречалась с Коулом!
- Нет, Пейдж. Я не встречалась здесь с Коулом, - с облегчением честно ответила Фиби. Это не было враньем - она ведь действительно с ним не встретилась.
- Давай зайдем за угол, чтобы мы могли незаметно переместиться домой, - предложила Пейдж.
- Но…Мой…то есть, наш… читатель еще не пришел. Будет нехорошо, если я уйду, не дождавшись его. Я теперь успокоилась - с вами ничего не случилось, все в порядке. Пожалуй, я подожду еще немного.
Пейдж посмотрела на сестру, как на сумасшедшую:
- Фиби, о чем ты говоришь? Какой полоумный читатель будет торопиться к тебе после этих пробок и беспорядка на улице?
Фиби молчала. Аргументы у Пейдж были железные. Возразить было нечего. А говорить, что это все-таки несостоявшееся свиданье с Коулом, она не стала бы ни за что. Постояв немного, Фиби пожала плечами, и они с Пейдж отправились домой.
Войдя в свою комнату, она села на кровать, положив руки на колени. Красивый костюм, изящные сережки, яркий макияж…Все это оказалось ненужным. Он ничего этого не увидел. Фиби так готовилась к этому свиданию, чувствовала такое радостное ожидание, предвкушение чего-то удивительно приятного, что разочарование лишило ее сил. Она какое-то время сидела опустошенная, эмоционально выжатая. На душе было так пусто и горько, что Фиби не могла даже плакать.
«Мы не встретились…Неужели это был знак свыше?» – подумалось ей. Фиби вспомнила слова Лео: он сказал, что позаботится о том, чтобы они с Коулом больше никогда не встретились. И усмехнулась: все же вызвать землетрясение Лео не под силу. Может, это сама природа протестует против их встречи?
Она набрала в ванну горячей воды, добавила ароматную пену и лежала в ней, помимо воли наслаждаясь приятным запахом. «Говорят, ванна успокаивает. Надо расслабиться, - подумала Фиби, закрыв глаза. - Слишком много всего произошло в моей жизни за последние четыре дня.»
Горячая ароматическая ванна, действительно, помогла. Постепенно Фиби приходила в себя. А что, собственно, произошло? Почему она настроена так трагически? Из-за чего горюем? Ну, не встретились они с Коулом сегодня. Это что – последний день ее жизни? Завтра он, наверняка, позвонит ей, объяснит все. И с ним необязательно должно было что-то случиться. Он мог просто застрять в пробке. А сообщить ей он не мог: номера ее мобильного телефона он не знает. Впрочем, - вспомнила она судьбу несчастного электронного устройства - даже если бы и знал, позвонить все равно не смог бы.
«Какая же я дура! – уже ругала она себя. - Стоит ли так расстраиваться! Мы встретимся завтра – только и всего. Обязательно встретимся! Продлим праздник ожидания, – оптимистично подумала Фиби. – Это лишний повод помечтать о Коуле до завтра».
С таким настроением, переодевшись после ванны, она спустилась вниз.


Фиби напрасно решила, что ей удалось обмануть Пейдж. Ее не проведешь! То, что средняя сестра оказалась в рабочее время так далеко от работы, ее смущение, явно наскоро придуманная, нелепая встреча с читателем в ресторане – все это было очень подозрительно. А так как Дик, с которым Пейдж встречалась в последнее время, отбыл в Европу на семинар c непонятным названием, она решила посвятить свободное время экс-мужу Фиби.
Прежде всего, Пейдж решила проверить, действительно ли тот работает в фирме, о которой говорила сестра. Полистав телефонный справочник, она нашла юридическое бюро «Картер, Клейн и Такер» и позвонила по одному из телефонов. Попросив записать ее на консультацию к мистеру Коннэлу Такеру, она решила не тянуть кота за хвост и назначила встречу на завтра. А пока надо было узнать, где тот живет.
Она поступила так же, как и Фиби – ждала Коннэла Такера в машине, а потом, пристроившись за его автомобилем, отправилась за ним. Ехать пришлось недалеко, но медленно. Погода, похоже, решила удивить жителей Сан-Франциско. Зимняя гроза, землетрясение…А теперь небо затянули тучи и шел мелкий, противный дождь.
Коннэл поставил машину в гараж и зашел в дом. Пейдж, подождав, пока в окнах его половины появился свет, вышла из машины и пошла к дому, делая вид, что сверяется с адресом на бумажке. На краю лужайки, под дубом, мокли пластиковые кресла и стол. На нем лежала кучка желудей и смешные желудевые человечки. Не зная еще – зачем, Пейдж незаметно положила в карман плаща пару человечков. Потом, как бы поняв, что ошиблась адресом, повернулась и пошла к машине. По дороге она оступилась, и грязные брызги из маленькой лужицы шлепнулись на полу плаща.
«О господи! Только этого не хватало! - с досадой подумала Пейдж. – Придется сразу положить в машину. Хорошо, что сейчас очередь Фиби». Сестры давно договорились, что стиркой будут заниматься по очереди.
Вернувшись домой, Пейдж сразу прошла в ванную, засунула испачканный плащ в стиральную машину и поднялась к себе в комнату. Она решила обдумать, как вести себя с Коулом.
«Конечно, можно зайти к нему в кабинет, помахать рукой и сказать: привет, Коул, как поживаешь? И посмотреть, как он среагирует, – рассуждала она. – И что? Он поймается на такую примитивную уловку? – скептически оценила Пейдж идею. - А, может, завести душевный разговор о юридических тонкостях борьбы с демонами? Или зловеще, как в шпионских фильмах сказать: Вы раскрыты, господин полковник! Признавайтесь!»
Пейдж вздохнула. Да, не так-то просто вывести на чистую воду бывшего Хозяина. Но что-то надо делать. Нельзя допустить, чтобы Фиби, уже успокоившаяся и ставшая прежней – озорной и веселой - опять потеряла покой. А она, похоже, не оставила мысли о Коуле.
В глубине души Пейдж ощущала себя настоящей Хранительницей. Она готова была взять под свою защиту и Пайпер, ставшую такой одинокой и грустной после ухода Лео, и Фиби, которая все искала приключений на свою голову. Не говоря уже об Уайете, который хоть и принадлежал к миру магии и мог за себя постоять, но был пухленьким розовощеким племянничком, которого так и хотелось целовать и тискать. И уж тем более – защищать его от всякой нечести.
«Ладно, - решила она. – Завтра что-нибудь придумаю. А там… смотря по обстоятельствам. Надо приготовить заклинание и зелье. Мы еще посмотрим, кто – кого»
С этой мыслью она и отправилась спать.


Коннэл вернулся на работу, мимоходом обратив внимание на отсутствие миссис Гантер. То, что произошло землетрясение, здесь совсем не ощущалось. Крепкое основательное здание, в котором находился офис юридической фирмы, абсолютно не пострадало. Все были на своих местах, кроме миссис Гантер, секретарши Коннела, и Кони, секретарши мистера Клейна. Эмма, референт мистера Картера объяснила, что Кони страшно перепугалась, ей стало плохо после второго толчка, и мистер Клейн отпустил ее домой. Когда Коннэл спросил ее о миссис Гантер, Эмма удивилась:
- Но Вы же сами разрешили ей уйти пораньше. Вы сказали, что у Вас – деловая встреча, и Вы больше не вернетесь в офис.
Коннэла поднял брови. Встреча? С кем? Как он мог забыть такое? Его неприятно удивил этот провал в памяти. Ведь только далекое прошлое было закрыто для него темной завесой. Все, что произошло после аварии, он помнил хорошо, до мелочей. И вдруг такая забывчивость!
«Я давно не показывался врачу, - подумал он встревожено. – Не хотелось бы сейчас иметь проблемы со здоровьем».
Но куда он собирался поехать, с кем встретиться, он так и не вспомнил.
Домой Коннэл вернулся домой уставшим, как никогда. Конечно, землетрясение – событие неординарное. К тому же, наверное, он все-таки ударился головой о дверцу, когда пробовал выбраться из автомобиля. Потому, что это было последнее, что он помнил перед тем, как завел машину и поехал в офис. Значит, хоть мимолетная, но потеря сознания была. И теперь время от времени кружится голова. Скверно! Получить еще одну травму никак не хотелось бы. А если он будет забывать о назначенных встречах, то не сможет нормально работать.
Коннэл пошел в спальню переодеться. Головная боль усиливалась. Сев на кровать и развязывая галстук, он не столько увидел, сколько ощутил, что в комнате чего-то не хватает. Оглядевшись вокруг, он пожал плечами. Кажется, все на своих местах. Поднявшись, Коннэл прошел по комнате, открыл шкаф, осмотрел вещи – все на месте. Посмотрел на столик у кровати: настольная лампа, будильник, книга. Все, как всегда. Но откуда это ощущение, что исчезло что-то очень важное, имеющее для него большое значение?
«А, ерунда! Просто сегодня был сумасшедший день. И эта чертова головная боль!» Он выпил аспирин и лег. Несмотря на усталость, заснул он не сразу. Окно было приоткрыто, и спальню наполнял мягкий убаюкивающий шум дождя, но сон все не шел. Отчего-то Коннэлу было не по себе. Несбывшееся ожидание или неоправдавшаяся надежда тревожили его душу и мешали покою, которого ему так хотелось. Но постепенно усталость взяла свое, и он заснул.


Он так и не позвонил!
Когда в ее кабинете раздался первый звонок, Фиби схватила трубку, готовая согласиться на встречу, где угодно и когда угодно. Она даже приготовила пару фраз, показывающих, что она умеет понимать непредвиденные обстоятельства и готова принять извинения Коула. Но это был не он. Весь день, каждый раз, когда раздавался телефонный звонок, Фиби дергалась и с надеждой хватала трубку. Но ей звонили все, кто угодно: Элиза, требующая ее на планерку, рассыльный с почтой из вестибюля, звонили читательницы. Звонили Пайпер и Пейдж. И только одного, желанного, звонка так и не было.
Весь этот день был каким-то ненормальным. Тревога за Коула, выматывающее душу ожидание, когда надежда сменялась апатией, мелочные придирки Элизы к тексту, который подготовила Фиби – все это было похоже на медленную пытку.
Наконец, рабочий день закончился. Ушли коллеги Фиби, ушла Элиза. За окном постепенно темнело. Уборщик, раздражающе шаркая ногами, неспешно собирал порванные и смятые листы бумаги с редакционных столов, а Фиби, не включая свет, все сидела в своем закутке, поставив телефон рядом с собой.
Когда стало ясно, что Коул не позвонит, Фиби положила руку на телефонную трубку, но не торопилась набирать номер. Она размышляла. Что с ним все в порядке – она знала точно. Газеты, обсуждавшие подробности вчерашнего землетрясения, сообщили обо всех пострадавших. Были автомобильные аварии, когда нервные водители, не справившись с управлением после первого подземного точка, врезались в другие машины. Были травмы и ссадины, порезы и сломанные ноги. Были названы фамилии всех, кто обратился за помощью. Но имя Коннэла Такера среди пострадавших не упоминалась.
А если с ним все в порядке – почему он не позвонил? Он не мог передумать – это исключено! Фиби была твердо уверена, что ни Коул Тернер, ни Коннэл Такер не отказались бы встретиться с ней ни с того, ни с сего. Была какая-то причина. Какая?
Наконец, она решилась: «Позвоню – узнаю!»
С сильно бьющимся сердцем она набрала номер. Длинные гудки телефонного сигнала, казалась, будут звучать вечно.
- Коннэл Такер у телефона. Слушаю Вас, - раздался в трубке знакомый голос.
Затем еле слышно (очевидно, прикрыв трубку рукой) обращаясь к кому-то, он сказал:
- Прошу прощения, одну минуту.
Девушка замерла.
- Алло! Слушаю Вас, - повторил Коннэл.
Фиби откашлялась.
- Мистер Такер, мы должны были встретиться по поводу письма читательницы…
- Простите, с кем имею честь разговаривать? – старомодно обратился к ней юрист.
- А? Да..( «Господи! Он не узнал меня!»)..Я не представилась, извините. Мисс Холливел. Мисс Фиби Холливел, - сказала она медленно и внятно.
В трубке воцарилось молчание. А потом в ней как взорвалось:
- Кто?!Как Вы сказали?!
Через минуту раздался страшный грохот, зазвенело разбитое стекло. Похоже, мистер Такер что-то уронил.
- Кто это? Повторите, пожалуйста, как Вас зовут!– сдавленный хриплый голос Коннэла невозможно было узнать.
- Фиби, - растерянно сказала девушка. – Фиби Холливел…Вы сказали, что у Вас есть дополнительная информация…
Он, как будто не веря в то, что услышал, дважды прошептал:
- Фиби.. Фиби Холливел…
И замолчал. Подождав немного, Фиби осторожно произнесла:
- Алло! – молчание.
- Алло! Мистер Такер! Я просто хотела узнать, все ли у Вас в порядке. Землетрясение было слабым, но…
- Фиби, можешь замолчать. Он тебя не слышит. По-моему, он без сознания.
Фиби не поверила своим ушам:
- Пейдж?! Это ты?! Что там делаешь?
- Да, сестренка, это я. Подожди минутку, я развяжу ему галстук.
Фиби никак не могла прийти в себя. Пейдж у Коула? Что она там делает? И что с ним, почему он потерял сознание? У нее голова пошла кругом. Она подождала минуту, две..Телефонная трубка молчала.
- Пейдж! Пейдж, отзовись! Что там происходит?
Она слышала какие-то звуки, чьи-то шаги, бульканье воды.
- Пейдж! Господи, не молчи! Скажи, что с ним?
- Не кричи так. Я дала ему воды. Подожди немного, я все тебе скажу.
Через минуту Пейдж заговорила:
- У него что-то вроде шока. Сейчас он сидит в кресле, уставившись в одну точку, и ни на что не реагирует. Я вызову врача и отправлю его домой.
- Но как ты…
- Не спрашивай ни о чем, - перебила Пейдж. – Я приеду домой и все расскажу.
Подожди, Пейдж!
Фиби лихорадочно соображала. Господи, что там случилось? Неужели то, о чем предупреждал Лео? Коул все вспомнил? Может, ее имя послужило толчком к возвращению к нему демонической памяти и сознание Коннэла Такера не выдержало?!
«Боже мой! Что я натворила!»
- Пейдж? Ты слышишь меня?
- Да, только решай скорее. Я, конечно, не люблю Коула, но не хочу, чтобы с этим…Коннэлом что-нибудь случилось у меня на глазах.
- Пейдж, его надо привезти к нам домой!
- Что?! Ты с ума сошла! Зачем тащить Коула к нам?
- А ты представляешь, что будет, если окажется, что к нему вернулась память? Уж лучше это будет у нас дома, а не на улице или в офисе. И потом – нам нужен Лео.
Пейдж помолчала. Потом коротко ответила:
- Хорошо.



 

#7
Эрин
Эрин
  • Автор темы
  • Активный участник
  • PipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 9 Мар 2003, 14:58
  • Сообщений: 1050
  • Откуда: Москва, Южное Бутово
  • Пол:

7.
День начался для Коннэла не лучшим образом. Головная боль не проходила. Он никак не мог сосредоточиться. Миссис Гантер смотрела на него сочувственно, и это его раздражало. Провалы в памяти, головная боль.. Он читал, что такими бывают последствия травм головного мозга.
Как назло, посетителей было очень много. Коннэл беседовал с ними, разбирался в бумагах, листал справочники, надиктовывал миссис Гантер документы. Эта бюрократическая круговерть вымотала его так, что он не заметил, как рабочий день подошел к концу. Оставалась только одна посетительница.
Симпатичная стройная девушка вошла в кабинет с несколько загадочным выражением лица и грациозно опустилась в кресло напротив его стола. Коннэл заглянул в список посетителей, который готовила для него миссис Гантер. «17.00.- мисс Пейдж Метьюз. Раздел имущества» - было записано аккуратным почерком секретарши.
- Слушаю Вас, мисс Метьюз, - вежливо обратился Коннэл к посетительнице.
На лице Пейдж Метьюз заиграла несколько ироничная улыбка. Она посмотрела ему прямо в глаза и сказала:
- Мистер..э-э-э Такер, Вы меня не помните?
Тот внимательно вгляделся в нее и пожал плечами.
- Мы знакомы?
- Ну-у, мне так показалось. Простите.
Девушка немного поерзала в кресле, устраиваясь поудобнее.
- В чем Ваша проблема, мисс Метьюз? - Коннэл выразительно и демонстративно посмотрел на часы.
- Э-э..Дело в том, что я живу не одна. Нас – три сестры. – Она многозначительно посмотрела на своего собеседника.
- Так. Хотелось бы все же знать, в чем проблема?
Посетительница вздохнула. На лице ее появилось выражение, которое можно было бы назвать осторожной решимостью.
- Ладно. Мы все вместе живем в доме, который достался моим сестрам по наследству от старшей сестры ..Прю, - девушка продолжала внимательно смотреть на Коннэла. - Она трагически погибла четыре года назад. – Эти слова странная посетительница произнесла чуть ли не по слогам.
И так же пояснила:
- Дом - старый викторианский особняк на Прескотт-стрит.
При этом мисс Метьюз продолжала буравить Коннэла взглядом. Тот вздохнул и терпеливо произнес:
- Продолжайте, я Вас слушаю.
- Хм…Хорошо. Я им не родная сестра, а сводная. Но мы очень любим друг друга. Мы начали жить вместе совсем недавно. В этом же доме раньше жил еще Лео, муж моей сестры Пайпер…- она опять многозначительно посмотрела на юриста и замолчала.
Коннэл начал терять терпение.
- Мисс Метьюз будет проще, если Вы изложите суть дела, не вдаваясь в мелкие детали. О них мы можем поговорить попозже, когда выяснится, в чем Ваш вопрос.
- Это – очень существенные детали, мистер…э-э.. Такер, - Когда моя средняя сестра Фиби – Коннэл насторожился и более внимательно посмотрел на посетительницу, – когда моя сестра Фиби, - повторила она, явно наблюдая за ним, - вышла замуж, некоторое время вместе с нами жил… – девушка набрала в грудь воздуха и выпалила, - Коул Тернер, ее муж!
Теперь мисс Метьюз уже просто впилась взглядом в Коннэла. Она явно ожидала какого-то эффекта от произнесенной фразы. Но эффект был не совсем тот, который она ожидала.
- Вашу сестру зовут Фиби? - Немного помолчав, осторожно спросил Такер. -Простите, а Вы не назовете мне ее фамилию?
- Что? – было похоже, что девушка несколько растерялась.
- Вы не назовете мне фамилию Вашей сестры, мисс Метьюз?
- Фамилию? – Она пожала плечами. - Хо…
Резко зазвонил телефон. Это было так неожиданно, что они оба чуть не подпрыгнули. Звонок повторился. Очевидно, секретарша куда-то отлучилась, и мистеру Такеру пришлось ответить самому.
- Коннэл Такер у телефона. Слушаю Вас, - представился юрист.
Затем, повернувшись к мисс Метьюз и прикрывая трубку ладонью, сказал:
- Прошу прощения, одну минуту.
- Алло! Слушаю Вас, - повторил Коннэл.
Пейдж Метьюз услышала, что в трубке прозвучал женский голос.
- Простите, с кем имею честь разговаривать? – перебил телефонную собеседницу Коннэл.
Что та ответила, Пейдж не услышала. Но реакция мистера Такера на ее слова была ошеломляющей. На минуту он замер, закрыв глаза. Потом вскочил со своего кресла, с силой оттолкнув его. Кресло упало, зацепив по пути провод настольной лампы. Та тоже полетела на пол. Зазвенело разбитое стекло.
- Кто это?! Как Вы сказали?!
Пейдж, открыв рот, смотрела на него во все глаза и ничего не понимала. Что это за таинственная собеседница Коула, чьи слова так на него подействовали?
Коннэл побелел как мел. Казалось, кровь разом покинула его лицо.
- Кто это? Повторите, пожалуйста, как Вас зовут!
Женский голос в телефонной трубке что-то коротко ответил.
Уставившись пустым взглядом в пространство, он прохрипел внезапно осипшим голосом:
- Фиби.. Фиби Холливел…
Еле удерживая телефонную трубку, он пошатнулся, чуть не упал, но, опершись о стол, удержался. Пейдж замерла в своем кресле.
- Фиби…Фиби Холливел…- теперь уже прошептал он, будто пытаясь что-то понять.
Лицо его перекосилось, как от боли, трубка выпала из рук. И Коннэл Такер рухнул на пол.
И тут до Пейдж дошло: он разговаривал с Фиби! Она вскочила и схватила трубку, болтавшуюся на проводе.
Переговорив с сестрой и оставив трубку на столе, Пейдж подошла к лежащему на полу Коулу. Тот зашевелился, пытаясь встать. Она помогла ему дойти до кресла, в которое он буквально рухнул. Глаза его были закрыты, по лицу время от времени пробегала судорога.
Телефонная трубка что-то верещала.
Убедившись, что Коул не упадет, Пейдж подошла к телефону. Сообщив Фиби, что Коул приходит в себя, она принесла ему стакан воды, развязала галстук. Он механически принимал ее услуги, явно ничего не понимая. Остекленевшими глазами он смотрел сквозь нее. Но что-то в его лице не понравилось Пейдж.
Подойдя к телефону в очередной раз, и разговаривая с Фиби, Пейдж краем глаза уловила какое-то движение. Положив трубку, повернулась и увидела, что в кабинет неслышно вошла секретарша Такера. Миссис Гантер ахнула и бросилась к своему шефу:
- Мистер Такер! Что с Вами? - Окинув взглядом кабинет, она заметила опрокинутое кресло и валявшуюся на полу лампу. – Я уходила на пять минут…Боже мой, что тут произошло?
- Ему внезапно стало плохо, - ответила Пейдж, опуская подробности.
- Он с утра чувствовал себя неважно. Господи! Надо вызвать его врача.
Секретарша направилась к телефону, но ее остановил голос мистера Такера. Он звучал негромко и непривычно глухо.
- Не надо, миссис Гантер. Я уже в порядке.
Он все еще был бледен, но сидел в кресле, выпрямившись. Рукой Коннэл прикрыл глаза, как будто ни на кого не хотел смотреть.
- Прошу Вас, оставьте меня.
- Но мистер Такер…
- Прошу Вас, - он произнес это окрепшим голосом и тоном, не терпящим возражений.
Миссис Гантер вопросительно посмотрела на Пейдж, пожала плечами и направилась к двери. Она хорошо знала своего шефа.
-И Вы – тоже, мисс…Метьюз, - таким же тоном продолжал Коннэл.
- Вы уверены, что Вам не нужна помощь? – Пейдж не хотелось уходить. После всего, что произошло, похоже, события будут развиваться и ей хотелось знать – как.
- Я сказал – уходите! – голос мистера Такера звучал уже жестко и угрожающе.
- Хорошо.
Пейдж вздернула голову и гордо прошагала к двери. Миссис Гантер проводила ее недоуменным взглядом и вышла вместе с ней.


Пайпер и Фиби сидели на диване, а Пейдж, как заведенная, ходила по комнате кругами
- Пейдж, остановись, пожалуйста, - попросила Пайпер. - У меня уже голова кружится от твоего хождения.
- - Пайпер, ну как ты можешь быть такой спокойной?! – Пейдж возмущенно уставилась на сестру.
- А ты думаешь, если мы будем бегать по комнате, сразу все прояснится?
- Но надо же что-то делать!
- Пейдж, мы даже сейчас, после твоего рассказа не знаем точно, что произошло. Как мы можем что-то делать?
- Да все же понятно! Когда Фиби назвала свое имя, Коул все вспомнил и опять стал демоном – очень просто! – назидательно, как непонимающим девочкам, говорила Пейдж. - Я ждала в машине почти час, но он так и не вышел из здания. Его секретарша уехала через полчаса, огней в кабинете не было. А он так и не появился. И его машина стоит там же, где и стояла. Куда же он делся? Ясно – переместился! А это он может делать только в демонической форме.
Обе сестры разом посмотрели на Фиби, которая, забравшись с ногами на диван, сидела молча, не поднимая глаз. Это молчание и неподвижность пугали Пайпер больше, чем кружение Пейдж.
- Фиби, скажи что-нибудь, - попросила она. – Ну что ты молчишь?
Фиби горько усмехнулась.
- А что я могу сказать, Пайпер? Ты же понимаешь: мы не знаем, что произошло с Коулом на самом деле. Пейдж рассказала только то, что видела.
- Фиби, - Пейдж плюхнулась на диван рядом с Фиби, - я просто уверена: он опять стал демоном.
- И что? Что дальше?
- Как что?! – Пейдж чуть не задохнулась от возмущения. - Мы должны найти его и уничтожить! Раз и навсегда!
- Вот это как раз и не получается, - пробормотала Пайпер.
- Нет! – твердо сказала Фиби. – Больше мы не будем его уничтожать. По крайней мере, я в этом участвовать не буду. Потому что…- она замолчала, закусив губу.
Потом тряхнула головой и повторила:
- Больше мы его уничтожать не будем.
Пейдж поджала губы, но промолчала. Она была уверена, что сумеет поступить по-своему. Не первый раз.
Фиби повернулась к старшей сестре:
- Пайпер, по-моему, надо вызвать Лео. Мы должны с ним посоветоваться.
Пайпер вздохнула:
- Его не нужно вызывать. Сегодня он занимается с Уайетом. Как только он уложит его спать, спустится к нам.
Ждать пришлось недолго. Минут через десять, в течение которых сестры сидели молча, думая каждая о своем, Лео спустился в гостиную.
Он стоял перед Зачарованными и смотрел на Фиби. Та мельком взглянула на него и опять опустила глаза вниз.
- Я знаю, что ты хочешь сказать, Лео, - тусклым голосом произнесла она.
Лео вздохнул.
- Не совсем так. Во всем, что произошло, есть не только твоя вина, но и моя.
Сестры удивленно уставились на него. Даже Фиби подняла глаза и вопросительно посмотрела на зятя.
- Я, кажется, переборщил с воздействием на сознание Коула.
- Как это? – с недоверием спросила Пейдж.
- После той ночи, когда Фиби вызвала Коула…
- Что?! Ты сама вызвала Коула?! – Пейдж разом повернулась к Фиби, вытаращив глаза. – А почему я об этом не знала? Что происходит, в конце концов?
Фиби коротко взглянула на сестру и отвела глаза.
- После той ночи, когда Фиби вызвала Коула, - терпеливо продолжил Лео, - и он решил встретиться с ней, как Коннэл Такер, дело начало принимать неожиданный оборот. Ситуация выходила из-под контроля. Надо было что-то делать. Я убрал твою фотографию из его спальни и провел дополнительный сеанс уничтожения его последних воспоминаний о Фиби Холливел. Воспользовавшись паникой после землетрясения, я сделал это прямо на улице. Конечно, это было довольно рискованно, - Лео рассуждал, не торопясь, как во время урока, - но тогда все обошлось.
- Обошлось?!
Фиби вскочила с дивана и смотрела на Лео с таким возмущением, что с него сразу сдуло учительский тон, которым он объяснял, что сделал.
- Ты называешь это - «обошлось»?!
- Ну, я имел в виду, - несколько растерянно произнес Хранитель-старейшина, - что никто этого не заметил.
- Это заметила я, Лео, - с трудом выговорила Фиби. – Так вот почему он не позвонил! Ты стер память не Коула, а Коннэла! Если бы ты не вмешался, ничего бы не произошло: я встретилась бы с Коннэлом Такером, а к Коулу Тернеру не вернулась бы память.
Лео внимательно смотрел на Фиби.
- Я же сказал: в том, что произошло, есть и моя вина. Вероятно, его сознание не выдержало дополнительной нагрузки. Но вспомни, с чего все началось. Не тебе упрекать меня, Фиби.
Она закрыла лицо руками.
- Лео! – Пайпер укоризненно посмотрела на бывшего мужа. – Довольно! Я думаю, что если вы с Фиби начнете считать, кто больше виноват, мы ни к чему не придем.
- Тем более, что, если говорить честно, я тоже внесла свою лепту, - с раскаянием произнесла Пейдж. – Я решила провести свое расследование, поэтому и оказалась у Коула.
Лео не сказал ничего, но посмотрел на Пейдж так выразительно, что все было понятно без слов.
- Ладно. - Фиби отняла руки от лица. Глаза у нее были сухие, но в них было столько боли, что у Пайпер сжалось сердце. - Давайте все же решим, что делать дальше.
Все молчали.
- Лео, что может означать восстановление памяти у Коула?
Хранитель пожал плечами:
- И все, и ничего. Все зависит от того, что решит он. Я не могу предвидеть, в какую сторону он повернет: в сторону добра или в сторону зла.
- Коул не причинит нам вреда, - уверенно произнесла Фиби.
Сестры посмотрели на нее, но промолчали.
- Но нам надо хотя бы узнать, где он.- Лео проигнорировал слова Фиби и продолжал. – Если мы будем знать, где он сейчас, можно будет найти его и…- он посмотрел на свояченицу…- нейтрализовать.
Фиби закрыла глаза и прикусила губу.
- Попробуем узнать, куда он делся, обычным путем, - предложила Пейдж. - Я могу завтра пойти в его офис, так как моя «консультация» не закончена, и узнать, где находится мистер Такер. Если его там не окажется, я поеду к нему домой…
- Откуда ты знаешь, где он живет? - Пайпер подозрительно посмотрела на Пейдж.
- Ну-у..Я же сказала, что начала свое собственное расследование.
Лео укоризненно покачал головой и вздохнул.
- Похоже, без Хранителя мои бывшие подопечные совсем отбились от рук.
- Ничего подобного, - улыбнулась Пейдж. – Мы и при тебе действовали не по правилам. И все получалось удачно.
- Про этот случай так не скажешь. - Лео нахмурился. - Мне пора. Пейдж права – надо узнать, где Коул, а уж потом что-то решать. И не вызывайте меня пока. Я приду сам, когда будет нужно.
Он медленно растаял в воздухе, а Пейдж повернулась к Фиби:
- Не хочешь завтра пойти со мной? – предложила она.
Фиби покачала головой:
- Нет.
Она медленно поднялась с дивана и побрела наверх. Пайпер с тревогой посмотрела ей вслед.
- Боже мой, - пробормотала она. –Бедная Фиби!
- Вот поэтому-то я и хочу навсегда уничтожить Коула. Не появись он опять, Фиби сейчас танцевала бы с Джейсоном в каком-нибудь сиднейском ресторане. А теперь…И еще неизвестно, чем все закончится, в том числе и для всех нас.- Педж выразительно посмотрела на Пайпер.
Та ничего не ответила, и, вздохнув, тоже пошла наверх.


Тот, о ком шел разговор в уютной гостиной старого особняка, лежал в пещере с высоким сводом на каменном ложе, накрытом медвежьей шкурой. Яркий свет луны освещал часть пещеры через маленькое отверстие вверху.
Коул пробовал ни о чем не думать. Но ничего не получалось Мысли, цепляясь одна за другую, длинной цепью приковывали его к событиям последних дней. Ему казалось, что прошла целая вечность с тех пор, как он переместился сюда, в свое тайное убежище.
Эту пещеру он нашел и оборудовал еще в те времена, когда готовился к посвящению в демоны. Тогда он только учился магии, но система защиты, которую он с нахальством полузнайки создал здесь, безукоризненно работала до сих пор. Это было единственное место на земле, где он мог быть один и не опасаться нападения.
Эта пещера давала ему возможность хотя бы ненадолго быть самим собой. В демонической среде это не поощрялось. Чем больше масок было у демона, чем лучше он умел скрывать свое истинное лицо, тем точнее мог выполнить задание. Но двойственность сущности Коула время от времени требовала уединения. Слабая, по мнению Рейнера, наставника и главы Братства Темных Сил, человеческая половина Коула подавлялась решительно и безжалостно. Сила и власть - больше ничего! Рейнер старался ни в чем не давать ему передышки. Он учил Коула подчинять себе более сильных учеников, подавляя малейшие всплески сопротивления, презирать боль и лишения, добиваться поставленной цели любым путем, не стесняя себя в выборе средств. Каждое новое задание было все более жестоким. Коула тренировали, как профессионального убийцу и он постепенно становился им.
Но время от времени его душа бунтовала. Когда в обряде посвящения начинающий демон Белтазор совершил первое убийство, он переместился сюда. Что-то внутри человеческой половины Коула тогда не давало ему покоя. Как будто в глубине его сущности одна за другой рвались тонкие ниточки, соединявшие его с миром людей, и каждый такой разрыв отзывался болью в сердце. И защитная кольчуга из странной смеси гордыни, мужества и презрения к человеческой сущности только скрывала эту боль, но не смогла оградить от нее душу Коула.
В эту пещеру он пришел, когда узнал, что его мать уничтожена силами Добра. Он почти не помнил ее, потому что не видел с тех пор, как она отдала его Рейнеру. Он не любил свою мать. С далеких времен человеческого детства он помнил только ее злые глаза, необузданную ярость, которую она обрушивала на него за малейший проступок. Тот страшный миг, когда мать, схватив его, отшвырнула отца и метнула в него энергетический шар, долго стоял у него перед глазами. С этого момента для него начинался путь демонического перерождения, отказа от человеческой половины своего существа. Этот путь выбрала для него мать. Она все решила за него. Мать никогда не делала никаких попыток увидеть его. В той жизни, которой жила прекрасная демоница, не было места материнской любви, привязанности к сыну. И после того, как ее не стало, Коулу хотелось наедине с самим собой решить, имеет ли ее гибель для него какое-нибудь значение или нет.
Когда он узнал, что мать отдала Хозяину душу его отца, в этой пещере он размышлял о том, как поступить: найти возможность освободить отца или забыть о нем, оставив его душу в вечном заточении? Отца Коул тоже помнил смутно, но не забывал даже когда прошел посвящение в демоны. Когда он вспоминал об отце, его душа оживала. Он помнил, как отец любил его, и детская память об этой любви была единственным, что не давало умереть человеческой сущности Коула. Когда он касался сферы с душой отца, она согревала его. Этот огонь отцовской души, оживающий в его руках, доходил до самого сердца.
Коул внезапно вспомнил, что так и не сказал Фиби, как ценой жизни ведьмы он освободил душу своего отца. Фиби! С тех пор, как он узнал и полюбил ее, его жизнь перевернулась. Чудо, которое совершила с ним любовь, не имело названия. Сочувствие, умение понимать и прощать – все, что заключено в понятии человечности, внезапно вошло в его жизнь. Те, в ком раньше Белтазор видел только жертвы, защищавшиеся или покорные, для Коула стали людьми, нуждающимися в помощи и сострадании. Эта была новая жизнь, которая несла новые эмоции, новую боль и новую радость. И все это - благодаря Фиби.
Тогда ему даже не приходило в голову, что он вспомнит об этой пещере. Зачем? Он должен быть рядом с любимой. Даже когда он уничтожил Триаду, и ему приходилось скрываться от демонов, или когда Фиби отказалась от него, Коул старался находиться поблизости от нее. Это было так же естественно, как дышать.
Но после того, что произошло за последние дни, он вспомнил об этой пещере и переместился сюда. В этом его единственном убежище можно было все обдумать, не торопясь, вдали от суеты. И человеческой, и демонической, и ангельской. Обдумать и решить, что делать дальше.
Коул усмехнулся. «Ну и кто ты теперь? Все тот же получеловек-полудемон, не признаваемый Добром и преследуемый Злом! Долго ли ты сможешь удержаться между Адом и Небесами?»
Он лежал, глядя на луч луны, медленно перемещающийся по пещере, и пробовал найти хоть какой-нибудь выход. Теперь он помнил прошлое. Когда Фиби назвала себя, в его мозгу, казалось, вспыхнула молния. В одно мгновение перед ним пронеслось все, что он пережил: их любовь, Хозяин, его уничтожение и возвращение, которое Фиби не захотела принять. Его последняя попытка все изменить, повернув время вспять. Отдельные фрагменты мозаики сложились в рисунок. Загадкой оставалось самое главное: как он остался жив? Ведь, там, в измененной реальности, Фиби бросила в него флакон с уничтожающим зельем. Как получилось, что он не только выжил, но и стал новой личностью, обычным человеком, без магических сил? И почему он все забыл так надолго?
Жизнь Коннэла Такера не вызывала у него никаких вопросов. В ней все было просто и ясно. Работа, деловые встречи, прогулки с малышкой Фиби.
Внезапно Коул вскочил со своего ложа. Тот сон! Ночь любви, которую он провел с Фиби, не приснилась ему! Она, действительно, позвала его, уже зная, кто он! Сердце его бешено забилось. Значит, не все потеряно! Она все еще любит его! Коула осенило: а, может быть, это она, Фиби, спасла его? Но почему она ждала три года, прежде чем позвать?
Нет. Не сходится.
Голова раскалывалась от боли. Коул потер виски и закрыл глаза. Он опять лег. Теперь, когда он вспомнил о той ночи, он больше ни о чем не мог думать. Он опять обнимал и целовал ее, ее руки гладили его лицо, касались губ.
Коул сел на каменном ложе. Это все будет наяву, твердо решил он. Надо только решить, как это сделать. Как вернуться.



 

#8
Эрин
Эрин
  • Автор темы
  • Активный участник
  • PipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 9 Мар 2003, 14:58
  • Сообщений: 1050
  • Откуда: Москва, Южное Бутово
  • Пол:

8.
Фиби, еле переставляя ноги, вошла в свою комнату и без сил опустилась на кушетку. Ей казалось, она отупела. Пустыми глазами она уставилась в пол и долго сидела, не двигаясь.
Вот и все. Столько переживаний, суеты, споров…От чего ушли, к тому и пришли. Коул опять демон. Она опять одна. «Время разбрасывать камни и время собирать их..» - вспомнилось ей. Набросали. Общими усилиями. Только вот, кому собирать достанется?
Она скверно чувствовала себя. Болела голова. Хотелось лечь и заснуть. Не навеки, но надолго. Вспомнив, что вчера она была в такой же апатии, Фиби подумала: «Может, опять залезть в ванну?» И усмехнулась: если так пойдет дальше, никакие ванны не помогут.
В дверь постучали. Тихонько вошла Пайпер. Она села рядом с Фиби, обняла ее.
- Хочешь поговорить? – тихонько спросила она.
Фиби помотала головой. Она вообще ничего не хотела. Ни говорить, ни думать. Пайпер посидела еще немного, поцеловала сестру в щеку и пошла к себе.
Фиби прилегла на кушетку. Ей вспомнился тот вечер, когда она вернулась домой после уничтожения Хозяина в Коуле. Ей тогда было так плохо, что не хотелось жить. «Но ведь потом все прошло, - подумала она. – Жизнь не закончилась со смертью Коула. Не закончится она и теперь. Но как я устала от всего этого!».
Где сейчас Коул? Что он чувствует, вспомнив все, и о чем думает? Будет готовить нападение на Зачарованных, как того ожидает Пейдж? Или оставит их в покое? Захочет ли опять встретиться с ней? Ведь если он вспомнил все, значит, вспомнил о той ночи, когда она позвала его? А что теперь делать ей? Искать Коула, бороться за него или забыть о его существовании? Фиби не стала отвечать на эти вопросы. Потому что ответов у нее не было. Слишком все перепуталось.
Что-то заставило ее подняться и открыть ящик комода. «Что я ищу?» – спрашивала она себя. И внезапно она поняла: письмо! Прощальное письмо Коула, которое сестры нашли в его сейфе. Фиби хранила это письмо, хотя постаралась забыть о нем так же, как постаралась забыть Коула.
Она присела на краешек кровати и перечитывала строки, которые когда-то выучила наизусть.
«Фиби! Если ты читаешь это письмо, значит, меня больше нет. Я уверен, что меня уничтожила ты. Только ты имеешь надо мной такую власть. Не плачь.. Я был мертв до встречи с тобой. Твоя любовь дала мне жизнь. Потеряв ее, я был достоин смерти.
Прости меня, Фиби, если сможешь»
«Если сможешь! Я смогла. И что дальше? Что нам с тобой делать, Коул?»
Думать не хотелось. Она выпила таблетку снотворного, дождалась, когда сонная одурь смежит глаза, разделась и легла в постель.

Пейдж появилась на кухне, когда Уайет завтракал. Посюсюкав над ним и перецеловав его перемазанные кашей щечки, она проглотила два пончика с кофе и направилась в прихожую.
- Куда ты? – поинтересовалась Пайпер.
- Выполнять задание, - бодро доложила младшая ведьмочка.
Пайпер подняла брови.
- Ну, мы же решили, что нужно узнать на работе Коула, куда он исчез, - пояснила сестра.
- Пейдж.. – Пайпер помедлила, – Пейдж, я думаю, надо посоветоваться с Фиби. Надо знать, чего хочет она.
- Она спит?
- В комнате ее нет, постель заправлена. Наверное, она ушла на работу пораньше, чтобы ни с кем не встречаться.
- Ну и как мы можем с ней посоветоваться?
Пайпер пожала плечами:
- Совсем не обязательно идти к Коулу сейчас.
- Пайпер! - возмутилась Пейдж. – Оттого, что я узнаю, где Коул, Фиби хуже не станет. А мы сможем хоть что-то предпринять!
- Вот предпринимать-то ничего и не надо, не посоветовавшись с Фиби. Вы уже и так наломали дров.
- И что? Ты предлагаешь сложить руки и ждать, пока Коул нападет на нас?
- А ты думаешь, он нападет?
- Не сомневаюсь. Теперь он постарается выместить на нас все сразу. И с учетом прошлого, и из-за разрушенного настоящего.
Пайпер задумалась.
- И все же я не думаю, что Коул будет нападать. Хотя бы из-за Фиби.
- Глупышка!- Пейдж говорила уверенно, как о решенном вопросе. – Именно из-за Фиби он и нападет на нас. Да, кстати, - вспомнила ведьмочка, - зачем она вызывала его? Уничтожить?
Пайпер усмехнулась.
- Ошибаешься. Она решила его вернуть.
- Что?! – Пейдж остолбенела. Она не поверила своим ушам. – Фиби хотела его вернуть?! Она что - с ума сошла?
Пайпер печально и немного снисходительно посмотрела на младшую сестру. Сразу видно, что в ее жизни еще не было таких ситуаций, как у Фиби. И Пейдж уже забыла, как было у нее с Гленом когда-то. Сердечная рана толкнула ее на жестокий обман. Тогда зло смогло одержать пусть временную, но победу в ее душе. И хорошо, что все обошлось. Глен, кстати, простил ее.
Пайпер вздохнула.
- Пейдж, нам с тобой трудно судить Фиби. Особенно сейчас.
- Пайпер, о чем ты говоришь? – Пейдж по привычке кругами заходила по гостиной. – Я еще понимаю, что Лео, сотворив из него человека, мог о нем забыть. Но Фиби-то знает, что из себя представляет Коул! Она же сама его уничтожила когда-то!
- По твоей инициативе и с твоей помощью. Не забудь об этом.
- Не думаю, что это мой самый плохой поступок. – Пейдж подозрительно посмотрела на Пайпер. – Я что-то не пойму: ты защищаешь Коула?
- Я защищаю Фиби от нашего вмешательства в ее личную жизнь. Тебе самой это тоже не понравилось бы. Ты слышала: Фиби не хочет уничтожения Коула. И, наверное, не только потому, что она по-прежнему любит его. Она хочет во всем разобраться. Возможно, мы не всегда были справедливы по отношению к Коулу. И Фиби это чувствует. Вспомни, после того, как мы победили Барбаса, ты сама считала, что несправедливо возвращать Коула Злу. Коул тогда пожертвовал собой. Он согласился принять свою силу, хотя знал, что теряет Фиби. – Пайпер вздохнула. – Так что будь осторожней с оценками. Жизнь не бывает черно-белой. И люди – тоже.
Раздался звон разбитой посуды. Уайет со своего высокого стульчика удовлетворенно посмотрел вниз. Эксперимент с проверкой чашки на прочность закончился успехом. Чаша разбилась. Пайпер укоризненно посмотрела на сына и пошла собирать его на прогулку.
- А Коул и не человек. Он – демон, - упрямо пробурчала Пейдж, выходя из дома.


* * *
С независимым видом Пейдж шла напрямик к кабинету мистера Коннэла Такера, когда ее остановила миссис Гантер:
- Простите, мисс..
- Метьюз, Пейдж Метьюз, - улыбнувшись по-свойски, как старой знакомой, сообщила Пейдж. – Я к мистеру Такеру. Помните, мы не закончили с ним вчера наш разговор?
- Да, конечно… Но мистера Такера нет. Его дела с сегодняшнего дня ведет мистер Клейн. Я могу записать Вас к нему.
- Как это – нет? Он что - заболел?
- Мистер Такер взял отпуск на неделю.
- А он не сказал, где будет отдыхать? - изобразила наивную дурочку Пейдж.
Миссис Гантер посмотрела на нее взглядом, в котором читалось: «Ну и нахалка же ты, милочка!»
- Так записать Вас к мистеру Клейну? – официальным тоном спросила секретарша.
- Нет, спасибо. Я дождусь возвращения мистера Такера.
«Так, - подумала Пейдж, - здесь облом».
Но теперь она, по крайней мере, знала, что Коул не исчез, а выбрал вполне человеческий вариант. И оставил себе возможность возвращения.
«Выясним, что известно дома».
Подъехав к дому, где жил Коул, Пейдж увидела, что на лужайке, перегороженной живой изгородью из остролиста на две половины, в кресле у стола сидит светловолосая женщина. Рядом с ней возилась с куклами девочка лет пяти.
Пейдж уверенно направилась к половине дома, которую занимал Коул. Краем глаза она видела, что женщина повернулась в ее сторону. Пейдж позвонила, и некоторое время ждала, не послышатся ли за дверью шаги. Тишина. Подождав минут пять, она опять нажала кнопку звонка, уже понимая, что никого нет.
Спустившись с крыльца, Пейдж увидела, что женщина, сидевшая до этого в кресле, направляется к ней.
- Простите, мисс…
- Метьюз, Пейдж Метьюз, - представилась она.
- Дайана Дрейк, - протянула руку женщина. Это была симпатичная высокая блондинка с карими глазами. – Вам нужен мой квартирант, мистер Такер?
- Да. Мы договорились встретиться, - соврала Пейдж, - но в офисе мне сказали, что он приболел.
- Он уехал.
Пейдж изобразила недоумение.
- Ему вчера было плохо. Как он мог решиться на путешествие в таком состоянии?
- Да, он неважно выглядел. Но он сказал, что проведет неделю в каком-то специализированном санатории.
- А где это? Не в Канаде? – Сымпровизировала Пейдж.
- Этого я не знаю.
- Он скоро приедет и привезет мне солнечный камень.
Услышав детский голосок, Пейдж обнаружила, что дочь миссис Дрейк стоит рядом с ними и слушает беседу незнакомой тетеньки с матерью.
- Ты разговаривала с ним? - изумилась Дайана.
- Да. Когда ты уходила за пледом, он сказал мне, что уезжает ненадолго. Он дал мне вот что, - похвасталась малышка, вытаскивая из кармашка своего платья маленький матовый шарик. – И сказал, чтобы я его сохранила, пока он будет в отъезде.
- Можно посмотреть? – почти одновременно сказали Пейдж и миссис Дрейк.
Девочка протянула шарик матери, и Пейдж стала рассматривать его одновременно с Дайаной. Шарик был маленький. Он мог уместиться в детской ладошке.
- Посмотрите! – воскликнула Дайана.
Шарик, лежавший на ее ладони, стал медленно увеличиваться в размерах.
- Боже мой! – прошептала женщина. – Он как живой.
Пейдж взяла у нее шарик. Он был чуть теплый. Или просто нагрелся от ладони миссис Дрейк. Теперь он был размером с теннисный мячик. Женщины увидели, что шарик, который казался матовым, не был однородным. В нем как будто переливался перламутровый туман, который то сгущался в центре, то растекался по краям.
- Как красиво! – Дайана забрала шарик у Пейдж и рассматривала его, поворачивая в разные стороны. – Действительно, как живой!
«Если бы Фиби дотронулась до этого шарика, может, у нее возникло бы видение? И мы узнали бы, где Коул?» - подумала Пейдж.
- А ты не можешь дать мне этот шарик на время? Я верну его тебе завтра. – Осторожно попросила она.
Девочка решительно взяла шарик у матери. На детской ладошке он стал потихоньку уменьшаться и скоро стал прежнего размера. Девчушка пристально посмотрела на незнакомую тетеньку и спросила:
- А как тебя зовут?
- Меня? – Пейдж удивилась. – Пейдж Метьюз. А что?
- Я не могу дать тебе шарик. Коннэл сказал, что его можно будет отдать только женщине с моим именем.
- Твоим именем? И как же тебя зовут?
- Фиби.
Пейдж обалдела. Получается, что Коул руками этой малышки передает Фиби какой-то необыкновенный шарик! Ну и дела! Значит, он знал, что они будут его разыскивать? И что это за шарик? И почему его должна получить именно Фиби Холливел?
Она осторожно глянула на миссис Дрейк, но та во все глаза смотрела на свою дочь.
- Фиби, детка, почему ты мне ничего не сказала об этом шарике?
- А ты ничего не спрашивала, - логично ответила девочка.
Женщины переглянулись. И та и другая были озадаченны неожиданным поворотом событий.
- А если женщина с твоим именем не придет, что ты будешь делать с шариком? – поинтересовалась Пейдж, прикидывая, как уговорить сестру приехать сюда.
Девочка по-взрослому пожала хрупкими плечиками:
- Ничего. Буду ждать Коннэла.
- А..если он не вернется?
Девчушка упрямо сдвинула брови:
- Он вернется. Он так сказал, значит, вернется. И привезет мне солнечный камень.
- Солнечный камень? И он сказал тебе, что это такое?
- Да. Только не вчера, а давно. Это камень, который притягивает солнечные лучи.
Пейдж осенило: может, он и отправился за каким-то волшебным камнем!
- А он не рассказывал тебе, где находится этот камень?
- Рассказывал.
Младшая ведьмочка замерла: вот она, удача!
- И где это? – как бы не слишком заинтересованно спросила она.
- В горном краю высоко под облаками.
М-да! Адрес точный.
Миссис Дрейк улыбнулась, взглянув на обескураженную Пейдж. Она понимала все ее хитрости. И то, как девчушка невольно оставила взрослую женщину с носом, позабавило ее. А маленькая Фиби, разом потеряв интерес к дальнейшей беседе со взрослыми, отправилась укладывать куклу в кроватку.
- Вы думаете, она говорит правду? – обратилась к Дайане Пейдж.
- Честно говоря, не знаю. Большой фантазеркой я ее не назову, но ребенок есть ребенок. Они иногда такое насочиняют!. Конечно, они с Кон.., - она запнулась, - с мистером Такером большие друзья. Но я и не знала, что у них есть какие-то секреты. – Она задумалась.- Хотя..Мистера Такера я тоже не считала фантазером.. Но, если Фиби говорит правду..
- Значит, мистер Такер – тоже большой фантазер, - подхватила Пейдж.
Она задумалась. Надо было что-то придумать, чтобы Фиби могла приехать сюда и взять шар.
- Миссис Дрейк, моя старшая сестра изучает паранормальные явления. Вы не будете против, если мы с ней приедем к вам? Думаю, этот шарик – очень интересная штука.
Дайана посмотрела на дочь, игравшую с куклой, и пожала плечами:
- Хорошо. Если вам удастся уговорить Фиби, я не возражаю. Мне, честно говоря, самой интересно.


Фиби рано вернулась домой. Во-первых, компьютер постоянно зависал. То, что она успевала написать, не сохранялось и приходилось все начинать с начала. Это могло вывести из себя святого. Во-вторых, в голову не лезли никакие умные идеи. Советы, которые она предлагала читателям, вызывали раздражение не только у Элизы, но и у нее самой.
Прочитав первый вариант колонки, Элиза с такой яростью рванула хлипкую дверь фибиного кабинетика, что та брякнулась о соседнюю стену.
- Что это такое! – орала Элиза, потрясая листами с отпечатанным материалом. – Как ты могла написать такую чушь? «Если Вам кажется, что Ваш друг охладел к Вам – пошлите его к черту!» Это – совет?! Если ты стала «звездой», это не значит, что ты можешь халтурить! Все переделать!
Хлопнув пачку листов на стол, Элиза с такой же злостью хлопнула дверью, которая тут же открылась, потому что у нее не было замка. Фиби пришлось поднятья, чтобы прикрыть ее.
Она подперла щеку рукой и сидела за столом в такой позе, уставившись невидящими глазами в экран. «Ну и чего так орать? – апатично думала она. - Я и сама знаю, что написала чушь. Ну и что? Эх, девочки, девушки, милые женщины! Мне бы ваши проблемы!»
Она сгребла свои материалы, запихала их в сумку и пошла к выходу.
- Ты куда? – грозно окликнула ее Элиза.
- Буду работать дома, - спокойно ответила Фиби. – Здесь слишком шумно.
- Завтра к утру колонка должна быть готова! – Уже менее грозно приказала «маленький босс».
Придя домой, Фиби поднялась к себе. Пайпер ушла гулять с малышом, Пейдж где-то пропадала. Можно было бы посидеть за ноутбуком, доработать материал, но делать ничего не хотелось.
Вспомнив, что сегодня ее очередь по стирке, Фиби поплелась в ванную. Она уже хотела уложить белье в стиральную в машину, когда увидела в ней свернутый плащ Пейдж. Младшая сестра никогда не складывала свое белье в корзину, а запихивала его сразу в машину. Встряхнув плащ, Фиби услышала, как что-то упало. На полу лежали желуди, скрепленные палочками в виде смешных человечков. Очевидно, они выпали из кармана плаща. Фиби удивилась. «Откуда это у Пейдж?» Она подняла человечков и вдруг перед ее взором предстала странная картина: прижавшись спиной к стене, стоит светловолосая женщина. В глазах у нее – изумление и страх. Женщина прижимает к груди маленький светящийся матово-темный шарик, а на нее в черном вихре листьев, веток и земли наступает…Шекс?!
Видение закончилось так же внезапно, как началось.
«Господи! Что это было?»
Целый месяц было удивительное «демоническое» затишье: на Зачарованных никто не нападал, у Фиби не было никаких видений. Кроме того, все внимание сестер поневоле было занято возвращением Коула. И вдруг – такое! Где все это происходило? Кто эта женщина? И – Шекс! Они уничтожили его после того, как погибла Прю! Первый демон, которого они уничтожили вместе с Пейдж. А теперь он опять появился?! Этого не могло быть!
«Подожди! Может, это был не Шекс? Но тогда кто? И почему он нападал на эту женщину?»
Фиби, забыв про стирку, помчалась на чердак, за Книгой.


Простившись с миссис Дрейк и помахав рукой маленькой Фиби, Пейдж отправилась домой. Нельзя сказать, что ее миссия увенчалась успехом, но кое-что удалось узнать. Первое: Коул никак не обозначил свою демоническую сущность ни на работе, ни дома. Объяснение его исчезновения – вполне нормальное. Ну, приболел человек, уехал лечиться, потом вернется. Что в этом необычного? А вот шарик…Пейдж ломала голову: что это может быть? Почему Коул решил доверить его девочке? Даже если он мог логически предположить, что им заинтересуется Фиби, почему она должна получить этот шарик? Зачем он ей?
Пейдж вздохнула: похоже, в результате ее расследования ответы не появились, а вопросов стало еще больше. Надо уговорить сестру отправиться к миссис Дрейк и посмотреть, что будет, когда Фиби возьмет шарик. О! Пейдж даже притормозила. А вдруг Коул задумал что-то недоброе? Вдруг шарик взорвется в руках у Фиби?
Недолго поразмышляв, Пейдж решила, что этого не может быть. Что бы ни делал Коул, он никогда не причинит Фиби вреда. «Логичнее было бы, если бы шарик взорвался в моих руках, - усмехнулась Пейдж. – Однако, этого не случилось».
Поставив машину, Пейдж вошла в дом. В прихожей Пайпер помогала сыну раздеться. Уайет упрямо отводил материнские руки, повторяя: «Сям!». Увидев сестру, Пайпер оставила сына в покое.
- Ну, что? Что ты узнала?
- Коул не исчез. Он уехал в санаторий. По крайней мере, так он сказал. Остальное – потом. Где Фиби?
- Не знаю. Или на работе или у себя в комнате. Что случилось?
- Потом, Пайпер, потом, - Пейдж направилась наверх. – Ничего плохого, не волнуйся.
Постучав в дверь и не получив ответа, Пейдж вошла в спальню Фиби. Никого. В глаза ей бросился листок бумаги на комоде. Младшая ведьмочка не смогла сдержать любопытства, подошла к комоду и развернула листок. Это было письмо Коула Фиби. Пейдж сложила его так, как оно лежало.
«Фиби опять думала о Коуле, - поняла она. И задумалась. – Может, я, действительно, чего-то не понимаю? Любовь не объяснить разумными построениями и логическими выводами? И если Фиби по-прежнему любит Коула так же, как он ее, то…Ладно, - вздохнула Пейдж, - посмотрим, что будет дальше».
И она отправилась на чердак.


Фиби лихорадочно листала Книгу Таинств.
Так. Шекс, демон высшего уровня. Посланец Хозяина. Убивает энергетическим шаром. Появляется в вихре. Заклинание Силы Трех на уничтожение. Ничего о том, может ли он воскреснуть.
Фиби переворачивала страницы дальше. Вот! Но он совсем не похож на Шекса! Тантус – демон высшего уровня, охотник за неприкаянными душами. Втягивает внутрь себя души, не нашедшие пристанища, и живет за счет их энергии. Живых людей убивает тем, что сжимает их души до размеров маленького шарика и вытягивает из тела. Хранит эти шарики и подпитывается ими, если долго не находит неприкаянные души.
Фиби вспомнила: у женщины из ее видения в руках был маленький светящийся шарик. Неприкаянная душа? Откуда она у нее?
Младшая сестра, ворвавшись на чердак, прервала ее рассуждения.
- Фиби, нам надо поехать к Коулу домой!
- Пейдж! Погоди! У меня было видение: на женщину нападает Тунтус.
- Это что за фигура?
- Демон, забирающий души. Я взяла желуди, которые выпали из кармана твоего плаща, и увидела женщину, на которую нападал Тантус. Где ты взяла эти желуди, с кем разговаривала?
Пейдж остолбенела. Господи! Дом миссис Дрейк, желудевые человечки на столе!
- Фиби, я знаю, где это и кто это! Скорее! По дороге все объясню.
- Подожди! Нужно заклинание!
Фиби, закрыв глаза, сосредоточилась. Потом схватила листок бумаги и быстро написала слова. И сестры помчались вниз.
- Пайпер, мы скоро! – крикнули они на бегу.



 

#9
Эрин
Эрин
  • Автор темы
  • Активный участник
  • PipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 9 Мар 2003, 14:58
  • Сообщений: 1050
  • Откуда: Москва, Южное Бутово
  • Пол:

9.
Уложив дочку спать, миссис Дрейк села рядом с ней и задумалась. С одной стороны, Коннэл Такер был для нее не просто жильцом. Красивый статный мужчина, живущий рядом, не мог не заинтересовать молодую вдову. Увидев его в первый раз, она была приятно удивлена не только его внешностью, но и воспитанностью, доброжелательностью, спокойным тоном. В поведении ее квартиранта не было ничего от тех мужчин, которых знала Дайана. Оставшись без мужа, она не была лишена мужского внимания. Но почти всегда это были самоуверенные и самодовольные особи противоположного пола, под маской сочувствия ищущие легкой победы. Коннэл Такер был не таким. Его дружеское участие к ее дочери, внимание к ней самой было приятным именно потому, что не было назойливым. Кроме того, от него исходила необыкновенная энергетика. Казалось, спокойное и ровное поведение скрывает могучую силу, дремлющую до поры до времени.
Дайана вздохнула. К сожалению, такое ровное и спокойное поведение было и в его отношении к ней. Она знала, что привлекательна, что у нее стройная фигура и красивые волосы. Но, похоже, мистеру Такеру это было безразлично. Даже вечерние прогулки с маленькой Фиби, когда они втроем, не торопясь, прохаживались по дорожке от дома к детской площадке и обратно, не продвинули их отношения в ту сторону, которой Дайана неосознанно желала. Было заметно, что из двух женщин, живущих в доме, Коннэл Такер предпочитал младшую. Они с маленькой Фиби быстро нашли общий язык. Дайана видела, что не только девочка тянется к Коннэлу, но и ему, действительно, с ней интересно. Когда они возились у деревьев, стоящих на краю участка, ловя божьих коровок и выпуская их на волю, и она слышала негромкий баритон мистера Такера и смех своей дочери, то ловила себя на чувстве, похожем на ревность. Ей не хотелось, чтобы Коннэл заметил, как она к нему относится. Дайана знала, что жена мистера Такера погибла в автомобильной аварии. Вспоминая, как долго не могла забыть своего мужа, она понимала, что Коннэлу трудно примириться с потерей близкого человека, но была уверена, что время на ее стороне. Она решила не торопить события.
В то же время ее чувство к нему было мало похоже на ту страсть, которую она испытывала когда-то к мужу. К Коннэлу она чувствовала что-то среднее между любовью женщины и чутким вниманием любящей матери или сестры. Коннэл крайне редко показывал свои чувства, но иногда во время их вечерних прогулок он о чем-то глубоко задумывался, и Дайане хотелось погладить его по голове, сказать утешительные слова, как страдающему ребенку. Эта двойственность ощущений делала Коннэла еще более привлекательным для молодой женщины.
С другой стороны, то, что у него были какие-то тайны с ее маленькой дочерью, неприятно поразило миссис Дрейк. Что это за шарик, который Коннэл дал Фиби? Если это какая-то ценная вещь, значимая для него, то почему он не отдал ее самой Дайане? Зачем надо было доверять ребенку что-то важное? А вдруг малышка потеряет этот шарик? Или как-то испортит?
Дайна решила спрятать шар. Так он будет сохраннее. Она поискала его в игрушках малышки Фиби, в шкафу с бельем, куда сама в детстве тоже прятала самые ценные для нее вещи. Но шарика не было. Посмотрела на спящую дочь и осторожно пошарила под подушкой. Вот он! Дайана улыбнулась, вспоминая свои тайные детские кладовые.
Взяв шарик, она отправилась в гостиную, где за картиной в стене был вмурован небольшой сейф, в котором она хранила деньги и документы. Прежде, чем положить шарик, она стала рассматривать его. Так же, как в прошлый раз он начал потихоньку увеличиваться в размерах. Ладоням стало тепло. Перламутровый туман внутри него начал двигаться все быстрее. Внезапно шарик стал темнеть. Дайана испугалась. Что с ним происходит? Не дай бог, малышка Фиби что-то испортила! Миссис Дрейк решительно открыла дверцу сейфа. Но положить туда шарик она не успела.
Какой-то темный вихрь распахнул входную дверь, разметал створки двери гостиной и направился прямо к ней. Прижавшись к стене и держа в руках пульсирующий шарик, который стал почти черным, Дайана с ужасом смотрела на то, что было внутри вихря: жуткое лицо с пылающими глазами и огромными губами, вытянувшимися в трубку. Бедная женщина потеряла сознание и медленно осела вдоль стены.
Она не видела, как вихрь вытянулся по направлению к ней, как замелькали огоньки и в комнате появились две молодые женщины. Держа в руках бумажку, они хором произносили слова:

В ком нет души, тот сам не нужен душам.
В нем только зло! Мы это зло разрушим!

Взвыв, демон Тантус закрутился в вихре все быстрее и распался на прозрачные клочья, которые тут же испарились.
Пейдж бросилась поднимать Дайану.
- Миссис Дрейк!
- Мама! – послышался детский голосок.
Фиби оглянулась. Дверь в гостиную распахнулась. На пороге стояла маленькая девочка. Увидев, что Пейдж ведет еле живую миссис Дрейк к дивану, девочка бросилась к ней.
- Мамочка!
- Все в порядке, Фиби, - успокоила ее Пейдж. – Маме просто стало плохо. Сейчас все пройдет.
Малышка прижалась к матери, обняла ее. Миссис Дрейк открыла глаза. Она даже не удивилась, увидев Пейдж.
- Господи! Что это было?
- О чем Вы? – изобразила та непонимание.
- Это лицо…Какой ужас!
- Какое лицо, о чем Вы говорите?
Миссис Дрейк закрыла глаза.
- Это лицо стоит у меня перед глазами, - прошептала она.
- Успокойтесь! Все в порядке, - уговаривала ее Пейдж. – Вам просто стало плохо. Наверное, это магнитные бури, - нашлась она. – Сегодня сильные магнитные бури.
Пейдж налила миссис Дрейк воды из кувшина, стоящего на столике:
- Выпейте и успокойтесь.
Дайана взяла стакан и только тут увидела Фиби, стоявшую в гостиной, и внимательно смотревшую на нее.
- А Вы – кто?
- Это – моя сестра. Помните, я говорила? - торопливо сказала Пейдж. – Мисс Холивел. Мы только что подъехали. А тут…Похоже, мы успели вовремя!
Фиби-старшая, открывшая было рот, чтобы назвать себя, с недоумением посмотрела на сестру.
Миссис Дрейк понемногу приходила в себя.
- Я все-таки не могу понять, что это было, - еле слышно прошептала она.
- Фантом, - с умным видом сообщила Пейдж. Ее понесло. - Так бывает при резком понижении давления. Плюс магнитные бури. В мозгу не хватает кислорода и человеку кажется, что он видит разных уродов, чудищ, ну и все такое.
Дайана слушала ее с недоверием, но Пейдж говорила так уверенно и убедительно, что она стала успокаиваться. Все испортила малышка Фиби.
- Мой шарик! – воскликнула она вдруг и бросилась к стене, к которой прижималась миссис Дрейк, когда на нее напал Тантус.
- Не трогай его! – закричала мать, внезапно вспомнив, с чего все началось. Она попробовала вскочить с дивана, но ноги не слушались ее. – Фиби, не надо!
Но девочка уже схватила шарик и прижала его к себе.
- Зачем ты взяла его? – с укором спросила она у матери. – Это шарик Коннэла и я его никому не отдам.
Миссис Дрейк со страхом ждала, что сейчас опять произойдет что-то страшное, вроде того вихря, но все было тихо. И поскольку ничего не происходило, Дайана успокоилась. Увидев возмущенные глаза дочери, она почувствовала себя неловко.
- Фиби, детка, я хотела получше спрятать его, чтобы с ним ничего не случилось. Я просто боялась, что ты можешь его потерять, и мистер Такер будет недоволен.
Фиби-старшая, еще не опомнившаяся от нахального вранья Пейдж, подошла к девочке.
- А что это такое? Можно я посмотрю?
Малышка завела руки с шариком за спину, набычившись, уставилась на свою тезку и не сказала ни слова.
Пейдж решила, что пора вмешаться.
- Фиби, - наклонилась она к девочке. – Помнишь, ты сказала, что мистер Такер разрешил отдать шарик женщине с твоим именем?
Фиби-младшая с недоверием посмотрела на нее и кивнула головой.
- Ну вот, можешь отдать ей. Ее зовут, так же, как и тебя – Фиби. Фиби Холливел.
Девочка внимательно посмотрела на Фиби. Та улыбнулась и подтвердила:
- Да, меня тоже зовут Фиби.
Маленькая Фиби нехотя разжала ладошку и положила шарик в руку Фиби-большой.
Дайна, которая привстав с дивана, с тревогой ждала, что будет дальше, удивилась. Шарик, ставший почти черным перед появлением вихря, засиял ярким светом. В руках Фиби-маленькой он был матовым, перламутрово-прозрачным. А в ладонях Фиби-старшей он стал сияющим, увеличившись в размере до большого апельсина. Полупрозрачные мерцающие слои пульсировали в нем. Казалось, в руках Фиби Холливел билось большое сияющее сердце.
- Боже мой! Он – живой! – так же, как Дайана, удивленно прошептала Фиби. – Пейдж, посмотри!
- Мы с миссис Дрейк уже видели это в прошлый раз, - сказала Пейдж, подходя ближе. – Правда, тогда он не был таким большим. Мы так и не поняли, что это такое. Ко...Мистер Такер просил маленькую Фиби сохранить этот шарик до его возвращения.
Фиби поворачивала шарик то в одну сторону, то в другую. Он сиял все ярче, становился все теплее. Она чувствовала, как это тепло растекается по всему телу, доходит до сердца. И вдруг… Она увидела молодую заплаканную женщину в черном платье старинного покроя. Она стоит у гроба, с лежащим в нем красивым темноволосым мужчиной, поднимает руки вверх. Над телом мужчины медленно формируется большая светящаяся сфера. Женщина, по щекам которой катятся слезы, протягивает руки к этой сфере, и, не касаясь, как бы сжимает ее, уменьшая до размера небольшого шарика. В этот момент за спиной плачущей женщины появляется другая. Она именно появляется, возникая из ничего. Ее глаза горят красным огнем, лицо искажено злобой. Оттолкнув первую, она хватает светящийся шарик и так же внезапно исчезает.
Это видение промелькнуло так быстро, что Фиби осознала то, что она видела, уже после того, как все исчезло. Потрясенная, она замерла. И только через несколько минут увидела устремленные на нее глаза всех трех женщин – и больших, и маленькой.
- Фиби, ты в порядке? – обеспокоено спросила Пейдж.
Не в силах вымолвить ни слова, Фиби кивнула. Потом, помолчав немного, она повернулась к малышке:
- Так ты отдашь мне этот шарик? На время, пока не вернется мистер..Такер?
Девочка с недовольным видом пожала плечами. Потом, взглянув на Фиби, кивнула головой.
- А Вы ему потом отдадите? – тут же спросила она.
- Конечно! Как только он вернется, я сразу отдам ему шарик и обязательно скажу, что ты сделала все, как он просил.
Пейдж внимательно посмотрела на сестру. Потом, повернувшись к Дайане, которая тоже во все глаза смотрела на Фиби, участливо спросила:
- Вы - в порядке, миссис Дрейк?
Та жестом позвала дочь к себе, обняла ее и еще слабым голосом сказала:
- Да, все в порядке. Спасибо за помощь. Вы очень вовремя появились. Хорошо, что мне не стало хуже. Теперь я буду знать, как на меня действуют…магнитные бури.
Что-то в ее тоне не понравилось Пейдж. Но ей хотелось убраться отсюда побыстрее. Во-первых, чтобы узнать, что видела Фиби. Во-вторых, чтобы не изовраться вконец.

Пейдж пришлось переместиться домой вместе с Фиби. Они так торопились, что и к миссис Дрейк отправились перемещением, а не на машине. Пайпер ждала их в гостиной. Два мощных расхода энергии для перемещения и заклинания почти лишили младшую ведьмочку сил, поэтому она сразу помчалась на кухню - перехватить что-нибудь до ужина.
Фиби, осторожно неся в руках матово светящуюся сферу, села на диван.
- Что это такое? – удивилась Пайпер.
- Пока не знаю.
- И откуда это у тебя? – Пайпер села на диван рядом с сестрой, разглядывая шар. – Вы объясните мне, что происходит? Куда вы так помчались?
- Ты не представляешь себе! – возбужденно проговорила появившаяся в гостиной Пейдж, дожевывая пирожок.
Пока она, перескакивая с одного на другое, рассказывала, как ездила на работу к Коулу, как оказалась у Дайаны Дрейк, как ее дочка показала им светящийся шарик, как они победили Тантуса, Фиби разглядывала сферу. Теперь шар не пульсировал, а светился ровным светом. Перламутровые тени внутри него струились плавно и спокойно. Но когда Пейдж рассказывала старшей сестре о нападении Тантуса, Фиби показалось, что тени в шаре сгустились, потемнели. Как будто они откликались на эмоциональный рассказ Пейдж.
Пайпер внимательно слушала младшую ведьмочку, время от времени поглядывая на сферу в руках Фиби. Закончив свой рассказ, Пейдж повернулась к средней сестре.
- Теперь рассказывай, что ты видела.
Пайпер подняла брови:
- У тебя было еще одно видение?
- Да, и очень странное.
Фиби рассказала о плачущей женщине, сформировавшей шар у гроба мужчины. О другой, явно злобной, схватившей этот шар.
- И что это за женщины?
- Понятия не имею. Вероятнее всего, одна из них – демоница. Та, которая выхватила сферу. Ее глаза светились красным, как бывает у демонов.
Сестры помолчали.
- Самое главное, я не знаю, что делать с этим шаром, - пробормотала Фиби.
- Подожди! Ведь это шар, принадлежащий Коулу, не так ли? – медленно проговорила Пейдж.
Фиби пожала плечами:
- Ну и что? Мы не знаем, где он, сколько будет отсутствовать, в каком образе явится. Что я буду делать с этой сферой, пока он не появится?
- Я – не о том! Если это шар Коула, значит и то, что ты видела, тоже как-то связано с ним!
В гостиной воцарилось молчание.
- Вспомнила! – вдруг воскликнула Фиби.
- Что? Что ты вспомнила? – затеребили ее сестры.
- Этот мужчина в гробу! Это – отец Коула! А женщина, схватившая сферу – его мать-демоница! У меня было видение, как она убила его, когда я искала прошлое Коула.
- Фиби! И ты ничего не сказала нам?! – возмутилась старшая сестра.
- Понимаешь, Пайпер, - оправдывалась Фиби, - это было, когда я скрыла от вас, что не уничтожила Коула. Как я могла рассказать вам об этом видении?
- Господи! Тогда понятно, что это за сфера! Это – душа отца Коула! – воскликнула Пейдж.
- Совершенно верно, - раздался голос Лео.
Увлеченные разговором, сестры не сразу обратили внимание на кружение огоньков в гостиной.
- Лео! Ты знаешь, что это такое?
- Знаю. Но, предупреждаю ваши вопросы – узнал сравнительно недавно. Когда мы готовили Коула к новой жизни, нам пришлось проверить всю его предыдущую жизнь. Его отец - Бенджамин Колоридж Тёрнер - действительно был женат на демонице. Он не мог предположить, что прекрасная Элизабет, которую он безумно любил, – женщина из рода демонов. К тому времени, когда он женился на ней, она уже прошла испытание кровью.
- А другая женщина? Которая поместила душу отца Коула в сферу? Она плакала у его гроба.
- Это – его сестра, Фиби. Сьюзен Тернер, начинающая ведьма.
Сестры обомлели:
- Ведьма?!
- Час от часу не легче, - пробормотала Пейдж. – В одной семье и демоница и ведьма.
- В реальной жизни так тоже бывает, - заметила Пайпер.
Фиби сидела, широко раскрыв глаза и пыталась утрясти в сознании последние новости. Тетка Коула – ведьма! Мать – демоница! Отец – человек! Гремучая смесь, а не семья!
- И что было с этой…Сьюзен потом? – спросила Пайпер.
- Насколько мне известно, она погибла через два года после смерти брата. Можно предположить, что это была схватка с матерью Коула. Скорее всего, за душу Тернера-старшего.
Все помолчали, утрясая в головах сногсшибательную информацию.
- Она была одна или у нее была семья? – вдруг спросила Пейдж.
- По документам, Сьюзен Тернер вышла замуж за Гарольда Рейндолса в 1882 году, еще до рождения Коула. У нее было две дочери: Агнес и Мэгги. После ее гибели, Рейндолс вместе с дочерьми переехал куда-то в Южную Америку. Дальше мы просто не смотрели.
- Так, - подвела итог Фиби. – С родословной семьи Коула мы разобрались. Но как сфера попала к Коулу, почему он оставил ее маленькой Фиби, и зачем велел передать мне?
- Полегче, Фиби! Что и как решал Коул, я не могу знать. Как сфера попала к Коулу, тоже не знаю. Может быть, мать передала ему?
- Зачем? – вмешалась в разговор Пейдж.
- Ну, Пейдж! Откуда я могу знать замыслы демоницы ?
- А почему все-таки Коул передал душу отца двум Фиби? – не отставала от Лео Пейдж.
- Я могу только догадываться. Если Коул долго скрывал душу отца вдали от света, она могла начать угасать. Чтобы оставаться живой, сфера должна находиться рядом или с невинной или с любящей душой.
- Невинный ребенок и любимая женщина, - вполголоса произнесла Пайпер.
- И любящая? – Пейдж выразительно посмотрела на Фиби. – Вот почему сфера так засветилась, когда ты взяла ее в руки. Отцовская душа приняла твою любовь к сыну.
Пайпер вздохнула:
- Как все перепуталось!
- И что мне теперь делать с…с этим? – Фиби подняла голову к Лео.
Тот пожал плечами.
- Ждать Коула, наверное. Только он может решить судьбу неприкаянной души своего отца.
- А если его долго не будет? Где я буду хранить ее? Ведь, как я понимаю, Тантус охотился именно за ней?
- Тантус? Вы сражались с пожирателем душ?
- Ты отстал от современной жизни, Лео, - иронично заметила Пайпер. – О прошлом ты знаешь больше, чем о настоящем.
Пейдж торопливо рассказывала Лео о последних событиях, а Фиби и Пайпер сидели рядышком и рассматривали сферу. Фиби поймала себя на том, что теперь, когда она знала, что это – душа отца Коула, она держит ее бережнее, и время от времени легонько проводит рукой по поверхности. И сфера отзывалась на это всполохами света. Фиби вздохнула. С гораздо большей нежностью она коснулась бы сейчас руки Коула, его лица, его губ. Где он? Как он? Что с ним?
Пайпер обняла сестру:
- Дорогая, я уверена, все будет в порядке. И с ним, и с тобой.
Фиби слабо улыбнулась.
- Думаю, что Коул держал сферу у себя, потому что не был уверен в том, что будет с душой Тернера-старшего, - задумчиво произнес Лео.
Пейдж удивилась:
- А что, собственно, с ней могло быть?
Фиби и Пайпер перестали рассматривать сферу и подняли головы.
Лео вздохнул:
- Не все так просто. Люди, так или иначе поддерживающие связь с демонами, если, это, конечно, не Зачарованные, - Лео выразительно посмотрел на Фиби, - после смерти не всегда могут обрести покой.
- Но ведь он погиб от руки демоницы! - возмутилась Пейдж. - Одного этого достаточно, чтобы простить человека. Отец Коула был еще молод и не знал, что она из себя представляет. Это – несправедливо!
- Я попробую узнать, какова может быть судьба души Тернера-старшего. Думаю, что Коул тоже хотел бы это знать. Я скоро вернусь. – И Лео растворился в вихре огоньков.
Фиби вздохнула. Похоже с Бенджамином Тернером ее связывает не только любовь к одному и тому же человеку. Безрассудное чувство принесло им обоим только несчастья. И для отца и для сына любовь оказалась гибельной: отец Коула погиб от руки любимой демоницы, а демон Белтазор – от руки любимой женщины.
Пайпер обратила внимание на необычную неподвижность Пейдж. Та стояла, погрузившись в раздумья.
- Что с тобой, о чем размышляешь?
- Понимаешь, я вспомнила, что шар начал увеличиваться и светиться, когда его взяла в руки Дайана Дрейк.
- А кто это? – удивилась Пайпер.
- Квартирная хозяйка Коула, - пояснила Пейдж.
Фиби подняла глаза от сферы:
- Ну и что?
- А то, что Лео сказал – любящая душа.
Сестры с недоумением смотрели на Пейдж.
- Ну, шар начинает оживать, если рядом с ним - любящая душа, - пояснила та.
- Ты хочешь сказать… - медленно произнесла Пайпер, начиная догадываться.
- Что Дайана Дрейк любит Коула, - закончила фразу Фиби.



 

#10
Эрин
Эрин
  • Автор темы
  • Активный участник
  • PipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 9 Мар 2003, 14:58
  • Сообщений: 1050
  • Откуда: Москва, Южное Бутово
  • Пол:

10.
Продумав все, Коул никак не мог решиться. То, что он задумал, не пытался сделать никто и никогда. Риск был настолько велик, что надо было взвесить все до мелочей, и не один раз. Во-первых, cовсем не обязательно, что все получится. По крайней мере, так, как ему хотелось бы. Во-вторых, он должен быть уверен, что игра стоит свеч. Если Фиби не захочет, чтобы он вернулся, какой смысл рисковать? Поэтому, самое главное – узнать, что решит она. Фиби, если его расчеты верны, уже должна забрать сферу с душой Тернера-старшего. И, скорее всего, Лео объяснит ей, почему он хотел, чтобы в ее руках ожила неприкаянная душа его отца. Как она воспримет все? Сумеет ли понять, что он пережил на своем веку?
И как поступить: переместиться в Сан-Франциско? Или…Шальная мысль мелькнула у него: а не попробовать ли перенести Фиби сюда? Знать бы, как она на это отреагирует! Объясниться с ней в особняке Холливелов, зная, что в доме в любой момент может появиться демон или ангел, а еще хуже – вмешаются сестры, практически невозможно.
Черт! Как же увидеться с ней?
И вдруг его осенило! У него есть возможность встретиться с ней у себя дома! Он может вернуться туда, просто позвонить ей и договориться о встрече! Как он сразу не подумал об этом? Все так просто: никаких пещер, никаких напоминаний о его прежней судьбе, только он и она.
Коул задумался. При всей видимой простоте такого варианта, есть одно обязательное условие – она ничего не должна говорить сестрам. Они могут вмешаться в самый неподходящий момент, и кто знает, чем все закончится. Мудрая Пайпер, возможно, ничего и не будет предпринимать, а вот Пейдж… У него в прошлой жизни было много неприятностей с ней, и вряд ли она сильно изменилась за это время. Ему вспомнилась Пейдж, пришедшая к нему в офис «на разведку». Интересно, это был экспромт или они с сестрами все обговорили?
Коул вздохнул. Не так уж и просто все простое.
Взгляд его упал на небольшой камешек, тускло светившийся в полумраке пещеры. «Солнечный камень»! Он обещал его маленькой Фиби. Поднеся камешек к лунному свету, Коул наблюдал, как тот вспыхивал разными огоньками. Когда камешек лежал в темноте, он казался блеклым и невзрачным. Но стоило солнечному или лунному лучу коснуться его, как он начинал сверкать и переливаться, как драгоценный камень. Но Коул знал еще одно свойство «солнечного камня»: в руках человека, исполненного ненависти, он не будет светиться, даже если его выставить под слепящее солнце. Малышке Фиби такой камень может пригодиться в будущем.
Коул обратил внимание на то, что он думает о будущем, о девочке, которую он многому может научить, так, как будто его судьба уже благополучно решена, ничего плохого не произойдет и у его жизни есть продолжение. Может, это – добрый знак и все действительно будет хорошо?


Когда Дайана увидела Фиби у себя в столовой, ей было не до нее. Но после того, как все успокоилось, и она уложила дочь спать, ей стало казаться, что она где-то видела эту красивую девушку с большими, чуть раскосыми черными глазами. Имя Фиби Холливел ничего не говорило миссис Дрейк, но лицо было знакомым.
Дайана посидела с дочерью, пока та не заснула, поцеловала девочку и пошла к себе. В спальне она зажгла свет, присела на кровать и стала вспоминать странные события сегодняшнего дня. Мысль о Фиби Холливел не выходила у нее из головы. Если Коннэл хотел, чтобы маленькая Фиби передала Фиби-большой этот необыкновенный шарик, значит, он хорошо знал мисс Холливел. И знал так близко, что доверил ей этот важный для него предмет. Кто она – его родственница, просто знакомая или более близкий человек? Дайана почувствовала что-то вроде ревности. Ей Коннэл не доверил этот злосчастный шар, хотя они были знакомы уже три года и он мог убедиться в том, что она хорошо к нему относится, и вообще…А этой мисс Холливел, которую Дайана никогда не видела ни с ним, ни у него, он доверил? Кто эта девушка, что она значит для Коннэла? Эти вопросы неотвязно крутились в голове у миссис Дрейк.
И вдруг она вспомнила, где видела это лицо! На фотографии в спальне Коннэла! Когда Дайана наняла миссис Стивс для помощи в уборке дома, она показала ей комнаты мистера Такера. Точно! Там, на туалетном столике, стояла эта фотография. Но ведь это была фотография… жены Коннэла! Миссис Стивс тогда спросила, кто это. Узнав, что это – погибшая жена мистера Такера, она сочувственно покачала головой: такая красивая и молодая, и такая ужасная судьба!
Господи! Дайана вскочила с постели. Но… Если миссис Такер погибла, как она могла оказаться здесь, сейчас?! Женщина, которая пришла с этой…мисс Метьюз – жена Коннэла? И она - жива?! У Дайаны закружилась голова, и она опять присела на кровать. Что происходит?
Она посидела немного и постаралась успокоиться. Может быть, она все же ошибается. Может, ей просто показалось? Женщины похожи и больше ничего? Дайана решила проверить. Все равно мистера Такера нет, он вернется только в конце недели. Ключи у нее есть. Ничего страшного не будет в том, что она проверит порядок в комнатах квартиранта, уговаривала она себя.
Войдя на половину мистера Такера, Дайана не стала включать свет. Она прямиком прошла в спальню и подошла к туалетному столику. Но там не было фотографии! Миссис Дрейк осмотрелась кругом. Она давно не была в этой комнате, но помнила, где стояла эта небольшая фотография в деревянной рамке на подставке. Ничего похожего в комнате не было. Она уже хотела включить свет, как вдруг услышала звук шагов.
- Дайана? Что Вы тут делаете? – удивленно спросил Коннэл Такер, включив свет в спальне.

Догадка Пейдж не добавила покоя душе Фиби.
Она вспомнила, как наблюдала из машины за встречей миссис Дрейк и Коула, какое жгучее чувство ревности охватило ее тогда. А вдруг?…Вдруг у Коннэла Такера, который с Фиби Холливел познакомился совсем недавно, был роман с квартирной хозяйкой?
- О, нет! – невольно произнесла она вслух.
- Что – нет? Думаешь, этого не может быть? – испытующе посмотрела на сестру Пейдж.
- Я не об этом. – Фиби не хотелось показывать сестрам, что ей неприятна мысль о возможной связи между миссис Дрейк и Коула.
Она сидела на диване, все еще держа сферу в руках. «Вот, мистер Тернер, - мысленно обратилась она к отцу Коула, - какие повороты бывают в нашей судьбе». И как бы в ответ на ее мысли, призрачный туман внутри сферы стал розоветь. Это было очень красиво: розовые перламутровые струи, переливавшиеся внутри сферы. «Похоже, он утешает меня», - усмехнулась Фиби.
- Я что-то совсем растерялась, - пробормотала она.
- Думаю, что чувства квартирной хозяйки нас не должны волновать. Может, Коула любит еще дюжина женщин. – Пайпер выразительно посмотрела на Фиби. – Нам надо решить, что делать дальше. И с Коулом и с этой… с этим.. – Пайпер не решалась назвать сферу душой.
- А что мы можем делать с Коулом, если даже не знаем, где он? - Пейдж произнесла это несколько рассеяно, наблюдая за Фиби. Похоже, у той теперь застряла в голове мысль, что Коул мог ответить на чувства миссис Дрейк.
- Фиби, он никуда от тебя не денется, если вообще объявится в нашем мире, - не выдержала она. – Поэтому - хватит шептаться с его папенькой! Начинай думать о том, как нам найти Коула. Потом с ним разберешься.
Несмотря на серьезность ситуации, Пайпер улыбнулась. Все же Пейдж – молодец! Умеет встряхнуть человека.
Фиби вздохнула. В самом деле, сколько не сиди, ничего путного на диване не высидишь.
- Хорошо. Я положу шар в вазу в моей спальне. Там с ним ничего не случится. А вы пока подумайте, как нам найти Коула. Я сейчас спущусь.
- Нет, лучше поднимись на чердак. Мы с Пайпер пойдем за Книгой, - решительно произнесла Пейдж.
- Зачем нам идти на чердак? Ты же можешь перенести ее сюда, – удивилась Пайпер.
- Ничего, хождение по лестнице полезно для здоровья, - так же решительно Пейдж подтолкнула старшую сестру вслед за Фиби, делая выразительные глаза. Ей хотелось убедиться, что пока Фиби донесет эту сферу до своей комнаты, с ней не случится ничего – в виде нападения демона.
Они все вместе благополучно дошли до ее спальни и вдвоем отправились на чердак.
Войдя в комнату, Фиби сразу положила сферу в вазу на трюмо. Неяркий свет от нее осветил спальню призрачным светом. «Освещение как раз для приведений», - подумалось девушке. Она постояла немного, глядя на шар. Как все же попала душа отца к Коулу? Неужели это мать-демоница сделала сыну такой «подарок»? И что он предполагал делать с ней? Почему не отпустил на волю? Почему он ничего не сказал ей, если сфера была у него давно, еще с того времени, когда он был Белтазором, и они были вместе?
Вопросы, вопросы…
«Какая-то полоса вопросов и загадок в нашей жизни», - подумалось Фиби.


Дайана растерялась. В жизни еще она не попадала в столь неловкое положение!
- Я.. – она никак не могла придумать причину своего присутстввия в спальне Коннэла. – Я…
Случайно она бросила взгляд на туалетный столик квартиранта, и ее осенило:
- Мне показалось, что кто-то вошел в дом, и я решила проверить. Тут никого не было, но, по-моему, пропала фотография…Вашей жены.
Коул, удивленно смотревший на миссис Дрейк, перевел взгляд на столик. Фотографии, действительно, не было. Он внезапно вспомнил: вот чего не хватало ему тогда! Неужели у него, то есть у Коннэла Такера, серьезные проблемы с памятью? И куда, на самом деле, делась фотография Фиби? Даже если предположить, что ее кто-то взял, кому она могла понадобиться?
Миссис Дрейк стояла такая перепуганная и растерянная, что Коулу стало ее жалко.
- Успокойтесь, Дайана, все в порядке. Здесь никого нет. А фотографию…возможно, я сам ее убрал, а потом забыл. У меня что-то неважно с памятью в последнее время. Вероятно, со временем проявляются последствия аварии. Успокойтесь и идите спать.
Молодая женщина, действительно, понемногу начала успокаиваться и в ее голосе уже слышалось любопытство:
- А Вы уже вернулись? Так быстро?
- Да, пришлось прервать отпуск.
- А здесь…, - Дайана чуть не сказала: «а здесь была Ваша жена», но вовремя остановилась. Еще неизвестно, как мистер Такер отнесется к ее предположению. Может быть, сочтет сумасшедшей.
- Что - здесь? – заинтересованно спросил Коул.
- Да нет, ничего. Уже поздно. Если у Вас все в порядке, я пойду к себе. – Дайана решила, что завтра она подумает, что и как рассказать Коннэлу об этом безумном дне.


План действий у неугомонной Пейдж созрел еще до того, как они подошли к Книге. Она кинулась к сундуку с ведовскими принадлежностями, достала свечи и тигель. Пайпер с удивлением наблюдала за ее приготовлениями.
- Что ты хочешь делать?
- Вызвать дух.
- Какой дух?
- Дух Съюзен Тернер.
- Что?! Зачем?
Пейдж продолжала свои приготовления
- Пайпер, это - единственный выход, чтобы найти ответы хотя бы на половину вопросов. Мы сможем вызвать ее, потому что она была ведьмой. Она расскажет нам, что случилось с душой Бенджамена Коула. А вдруг она знает, где может скрываться Коул? Нужно покончить со всей этой ерундой, иначе Фиби свихнется! Да и с душой отца Коула надо тоже что-то делать.
- А почему ты решила, что она захочет нам все рассказать? И вообще - что мы сумеем ее вызвать?
- Пайпер! – младшая ведьмочка снисходительно посмотрела на сестру. – Заклинание на вызов духа ведьмы у нас есть давным-давно, все ингредиенты – тоже. Какие могут быть сложности?
- А ты не хочешь позвать Фиби? Как-никак она имеет ко всему этому прямое отношение.
- Я тоже сначала так думала, - заканчивая устанавливать свечи, пробормотала Пейдж. – А вдруг эта Съюзен скажет о Коуле что-нибудь такое, что не понравится Фиби? Нет уж, давай сначала сами разберемся.
Сев рядом с сестрой, Пайпер зажгла свечи, стоявшие вокруг тигля, бросила в него приготовленные листья мелиссы, цветки полыни, кусочек коры секвойи и щепотку порошка двойного корня. Над тиглем закурился дымок. Он стал разрастаться, подниматься ввысь.
- Дух погибшей ведьмы, вне времени и пространства, мы призываем тебя! – произнесли они в унисон.
В столбе дыма, поднимавшегося к потолку, стали появляться очертания женской фигуры в белом одеянии. Она была полупрозрачной, как все призраки. Но глаза ее, выделявшиеся на бледном лице, были такими красивыми и выразительными, что даже в таком состоянии делали ее привлекательной.
- Кто вызывает меня? – чуть слышно прошелестел мягкий голос.
- Мы, сестры Холливел, Зачарованные, - почти разом ответили обе ведьмы.
- Ты – Сьюзен Тернер? – спросила Пейдж.
- Да. Вы, вероятно, сильные ведьмы, если сумели вызвать меня издалека. Я давно не посещаю этот мир. Что вы хотите от меня? Помните, у меня очень мало времени.
- Два вопроса: Коул и его отец, - выпалила Пейдж.
- Не напоминайте мне о Белтазоре! – лицо женщины приняло жесткое выражение. Глаза под нахмуренными бровями сверкнули. – Я не смогла спасти его от матери, но и сам он не пытался спастись. Мой бедный брат сполна расплатился и за жену и за сына. Я до сих пор не знаю, нашла ли покой его душа!
Пейдж и Пайпер перегляулись.
- Возможно, мы поможем Вам узнать что-нибудь об этом. Но, прежде, ответьте на наши вопросы. Почему Вы пытались спрятать душу своего брата?
Сьюзен вздохнула.
- Я не знала, что решит Высший Совет Старейшин в отношении него. Ведь он любил демоницу и женился на ней. Я всеми силами пробовала расстроить этот брак. Но брат был так влюблен, что ни о чем не хотел слушать. Когда родился…Коул, его счастью не было предела. Он безумно любил его и постоянно возился с мальчиком. Это выводило демоницу из себя. Элизабет хотела полностью завладеть братом, чтобы, в конце концов, сделать его своим покорным рабом. Но любовь к ребенку делала Бенджамена сильным и замедляла действие ее чар. Тогда она убила мужа и забрала Коула. Если бы я знала, кем он станет! - призрачная женщина закрыла лицо руками.
Помолчав немного, она успокоилась и продолжала:
- Элизабет была уверена, что я постараюсь защитить душу брата, спрятать ее. Она видела, как я пошла в часовню и подкараулила меня.
- Мы знаем, что там произошло. У нашей сестры – Фиби – было видение.
- Похоже, Вы не слишком любите Коула? – осторожно отметила Пайпер. – Но ведь он не виноват в том, что с ним случилось. Он был еще ребенком. По-моему, Коул – такая же жертва демоницы, как и его отец.
- Да, он был ребенком тогда. Но потом он вырос, но не попытался изменить свою судьбу. На его совести столько злых дел! – горько произнесла Сьюзен.
- А Вы? Почему Вы не попытались помочь своему племяннику? – неожиданно напористо заговорила Пейдж. – Вы были ведьмой, и вам многое было дано. Вы могли бы отнять ребенка у демоницы, защитить его от сил Зла. Он был тогда совсем маленьким, и если бы Вам удалось спасти его, человеческая сущность победила бы демоническую!
Пайпер с удивлением слушала обличительную речь Пейдж. Она не ожидала, что та будет так страстно защищать Коула.
- Не говорите так! Вы не знаете…Я дважды пыталась спасти не только душу своего брата, но и Коула. Второй раз это стоило мне жизни. Для всех я погибла на пожаре, но меня убил энергетический шар, пущенный Элизабет.
Призрачная женщина подняла руки к небесам.
- Мой бедный мальчик! Я не спасла ни твоего отца, ни тебя! – прошептала она. И тут же в ней опять возобладал гнев. Голос ее окреп. – Почему он остался с силами Зла? Почему не спас душу своего отца? Ведь Бенджамен так любил его! – продолжала она.
Пайпер и Пейдж опять переглянулись
- Понимаете, Сьюзен, - осторожно сказал Пайпер. – Дело в том, что, похоже, Коул это сделал.
- Что сделал? – женщина пристально посмотрела на ведьму.
- Душа Тернера-старшего находится у него. То есть… не у него, а у…Словом, она не пропала, не затерялась в вечности.
- Как?! Он сумел забрать ее у Хозяина?!
Теперь настало время удивляться ведьмам:
- У Хозяина?
- Хозяин был недоволен тем, что демоница не довела дело до конца. Когда мать Коула, похитила у меня душу Бенджамена, она передала ее Хозяину. Душа отца должна была стать залогом власти сил Зла над судьбой сына.
Призрак начал бледнеть.
- Мне пора. Похоже, Вы знаете судьбу души моего брата. Помогите ему обрести покой!
- А Куол? Его судьба Вас не волнует? – Пейдж продолжала гнуть свою адвокатскую линию.
- Последнее, что я знаю о нем - он стал неуязвимым, собрав все силы погибших демонов в Пустыне Неприкаянных Душ. Я не знаю, как ему удалось забрать душу своего отца у Хозяина. Но если он это сделал, чтобы освободить ее… - Сьюзен вздохнула. – Бедный мальчик… - опять чуть слышно прошептала она. – В его судьбе было много несправедливого. Исправьте эту несправедливость, если он заслуживает этого. Спасите его. Я готова помогать вам в этом…
От призрачной Сьюзен оставалось уже только бледнеющее лицо, потом глаза, в которых были боль, мольба и надежда. Затем исчезли и они.
Некоторое время сестры сидели молча. Пайпер повернулась к Пейдж:
- Я и не знала, что ты – такая защитница Коула, - с удивлением сказала она.
- Ты знаешь, Пайпер, я просто разозлилась. Почему Фиби всеми силами старалась поверить в Коула, а родная тетка строит из себя прокурора?
- Ну, положим, мы тоже не отказались от прокурорской роли. И судьями Коулу мы тоже были. Не забыла? – Пайпер выразительно посмотрела на сестру.
- Ну и что? У нас хоть были основания для этого. А у нее-то?
Пайпер улыбнулась:
- Думаю, Фиби была бы рада, если бы слышала, какого защитника получил Коул в твоем лице.
- Эта…Сьюзен мне вообще не понравилась. Какая-то неуравновешенная особа. То – «не напоминайте мне о нем», то - «бедный мальчик»!
Пайпер рассмеялась:
- Пейдж, ты – прелесть! Но главное все-таки в том, что она готова помочь нам спасти Коула.
- Ладно. Найдем и спасем, - младшая ведьмочка решительно встала с пола. – Пошли за Фиби.
Они спустились с чердака, и подошли к комнате Фиби. Пайпер осторожно постучала. Молчание. Пайпер постучала громче, а Пейдж решительно толкнула дверь. Войдя в комнату они увидели что Фиби в комнате нет. Не было там и сферы с душой Тернера-старшего.



 



Темы с аналогичным тегами фанфики gala

0 посетителей читают эту тему: 0 участников и 0 гостей