Перейти к содержимому

Телесериал.com

Холодный октябрь

фик Марины аки Селены
Последние сообщения

Сообщений в теме: 7
#1
ИВАН
ИВАН
  • Автор темы
  • Магистр
  • PipPipPipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 22 Апр 2003, 17:28
  • Сообщений: 13807
  • Откуда: Москва
  • Пол:
Предисловие.
Для начала позвольте сказать, что с героями этого фика вы всстречались в Последней минуте. Даже можно сказать, что это переделанная версия последней минуты . Но поскольку Марина поменяла, большую часть своего произведения, то поэтому она да новое название этому фику .
Кроме всего прочего, поскольку по мотивам этого произведения планируется форумная ролевая игра, то каждый герой уже имеет прототипов среди актеров . Если кому захочется узнать, то я скажу все это.

Обсуждение фанфика
 

#2
ИВАН
ИВАН
  • Автор темы
  • Магистр
  • PipPipPipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 22 Апр 2003, 17:28
  • Сообщений: 13807
  • Откуда: Москва
  • Пол:
Глава 1 Бал
Начало октября погодой жителей небольшого города не баловала. Проливные дожди с порывистыми холодными ветрами были почти каждый день, и объявление о бале в честь двадцатой годовщины существования организации «WOOFAT» оказался приятной новостью. И борцам с терроризмом тоже иногда нужны праздники. Но вот только приглашены оказались не все. А те, кто не был приглашён, добивались попадания на бал различными способами: кто через генерала, кого могли провести командиры групп, а кто подделывал приглашения, но так поступали только некоторые, и этот способ далеко не всегда срабатывал.
К последним можно отнести Анну Кошкину, которую окружение больше знало под прозвищем Кошка. И оно ей очень подходило. Почему? Об этом мы расскажем не много позже. А сейчас она находилась в просторной комнате, обставленной просто и со вкусом в чёрно-белые цвета, вместе со своей подругой, а параллельно и командиром группы «Альфа» российского филиала (их всего шесть), и пыталась уговорить Вику взять её на бал, потому что предыдущие попытки пройти с подделанным приглашением заканчивались неудачно. Но пока все попытки уговорить Викторию взять её с собой безуспешны. Во всяком случае, за день она так и не добилась положительного ответа, но никак не могла успокоиться.
Она так переживала, что не может пойти на бал, что от волнения растрепала укладку, и теперь её короткие волосы стояли дыбом, что придавало девушке комичный вид. Впрочем, никто не смеялся. В комнате находились только двое, и обеим было не до смеха.
- Вик, а, Вик, ну возьми меня с собой, - ныла Аня, распластавшись на широкой кровати и наблюдая за сборами подруги. А та в ярко-синем платье из атласа сидела у зеркала и наносила на лицо не первый слой косметики. Длинные чёрные волосы опускались чуть ниже талии и были слегка закручены. Две маленькие заколочки можно увидеть только у висков, что не давала волосам закрывать лицо.
- Я не виновата, что тебе не прислали приглашения, - устало ответила Вика. За день Аня успела надоесть, но ничем помочь подруге Тори не могла. Она смотрела на себя в зеркало и опять была недовольна. Ей не нравился цвет теней. Зелёный выделял глаза, но не подходил под цвет платья.
- И почему у меня не голубые глаза, - пробормотала она, и аккуратно начала стирать тени.
- Конечно, тебя больше волнует цвет глаз, а то, что твоя подруга просидит всю ночь дома, тебя совершенно не беспокоит! - Обиженно всхлипнула Аня, зарываясь лицом в подушку.
- Проведи время с Матвеевым. Он будет только рад, - посоветовала Виктория, оставаясь равнодушной к просьбам Кошки.
- Рад? Дорогая, не смеши меня!- Грустно усмехнулась Анна. – Его кроме машин ничего не интересует.
- Машина это бесчувственная груда металла, а ты человек, который чувствует, говорит и слушает.
- В этом и проблема, машина не говорит, зато ей можно сказать всё, что захочешь, и она не возразит.
Вика улыбнулась. Аня большая любительница поговорить, и, если она хочет высказаться, то лучше выслушать, потому что даже кляп не спасёт. И, иногда, кажется, что молчать она не умеет. И все удивляются: и как это она секреты до сих пор никому не рассказала? А Дмитрий Матвеев не любил болтливых особ, зато и, правда, очень любил машины. Мог капаться в них день и ночь, разбирать, собирать, переделывать, и тратит на них последние деньги, из-за чего не вылезал из долгов. А друзьям ничего не оставалось, как мириться с его увлечением, но в долг уже не давали.
Но было и ещё кое-что. Братья по оружию всё чаще стали замечать его особое отношение к Ане, как и её особое отношение к нему. И, несмотря на взаимную симпатию, первый шаг никто пока не сделал.
- Кстати, я думала, ты рассталась с Слепцовым, - вдруг выдала Аня.
- Да, давно уже, - ответила Лобова, немного удивившись словам подруги.
Её отношения с Александром Слепцовым продлились полгода, затем пара внезапно разбежалась. И напоминание о прошедшем оказались несколько неожиданным. Казалось, уже давно все забыли о недолгом увлечении Лобовой. Хотя для самого Александра всё было серьёзно.
- Тогда почему он сопровождает тебя? - задала вопрос Кошкина, сверля глазами подругу.
- Если он кого-то сопровождает, то не меня. Я иду одна, - грустно ответила Тори. Она поднялась, наконец, закончив все сборы. Осталось накинуть на плечи палантин, взять сумочку и ехать. Машина давно ждёт внизу. Шикарный лимузин с личным водителем. Жаль только на одну ночь. Как в сказке про Золушку: карета, лакеи, красивое платье, хрустальные туфельки и только до полуночи. Не такая уж добрая эта крёстная фея! «Что ж, мне везёт больше, чем Золушке. У меня целая ночь», - мысленно улыбнулась девушка.
Часы показывали семь часов вечера. До начала ещё два часа, зря только торопилась.
- Вик, у меня ещё два часа на сборы. Я успею собраться, - напомнила о себе Аня.
- Последние места забронировали вчера вечером.
- Что? И ты это говоришь мне только сейчас? – Возмутилась Кошка, и это возмущение, скорее всего, услышали все соседи. Минуты две Аня ругалась отборным матом, проклиная подругу, а затем запустила в неё подушками, точно попав в цель. Вика же сделала вид, что проклятья летят не в её адрес. Она и не ожидала иного после слов:
- Прости, ты выглядела такой забавной, - и мило улыбнулась, будто прося не держать на себя зла. От подушек увернуться она не успела, просто потому, что заметила их поздно. Она рылась в сумочке, смотря чего там не хватает. Сумочка упала, высыпав всё содержимое на пол.
- А это ты зря, - мстительно произнесла Вика, бросая подушки обратно.
Она не злилась, хотя с удовольствием бы отдала своё приглашение. Ежегодный бал ей надоел. Поначалу было интересно, а затем стало скучно. Одни и те же лица, лживые улыбки, лесть, и все попытки расположить к себе верхи власти. Сколько масок можно увидеть за один вечер! И не верится, что все они борцы с терроризмом.
- Объявляю ничью! – Закрылась Виктория подушкой. Бой подушками порядком испортил причёску и макияж Тори. Девушки смеялись до слёз, и тушь благополучно растеклась.
- Жаль ты идёшь не на бал маскарад. Из тебя прекрасная получилась ведьма, - смеясь, проговорила Аня, смотря на подругу. Но если Ане было весело, самой Вике было не до смеха. Стоило посмотреть на себя в зеркало, как стало ясно, что все труды по созданию идеального макияжа прошли в пустую Теперь придётся всё начинать с начала, а время… А времени осталось всего час? Как же оно летит незаметно!
- Вик, так что со мной?
Аня опять напомнила о себе. Что оставалось Вике? Она молча набрала номер генерала Оливкина. Через несколько секунд в трубке раздался его голос. Уговаривать долго не пришлось. Два приглашения в запасе ещё было, и генерал согласился отдать их Кошкиной и Матвееву.
- А Матвеев тут при чём? – Не поняла Аня действий подруги.
- Либо ты идёшь с Матвеевым, либо не идёшь со всем, - поставила условия Виктория.
- Но… - попыталась возразить Кошка.
- Мне надоело смотреть, как вы ходите вокруг да около и никак не определитесь в собственных чувствах.
- Это наше дело! – Вскочила Аня, не принимая того, что кто-то пытается влезть в её личную жизнь.
- Думай сама, - пожала плечами Вика. Макияж и причёску она поправила. Самое время было отправляться. - Можешь оставаться здесь. Приглашения доставят с минуты на минуту. Если задержишься, ничего страшного, - и Вика, оставив подругу одну, покинула собственную квартиру. У подъезда ждал лимузин. Водитель учтиво открыл дверь, и после того, как девушка села, закрыл. В течении пути он не проронил не слова, хотя обычно болтал без умолка. Последние пять лет для него было естественным пятого октября возить Викторию Лобову на бал, а затем везти её обратно.
Дорога много времени не заняла, и через двадцать минут машина остановилась около здания, построенного ещё в советские времена. Перед зданием был фонтанчик, несколько клумб, но цветы уже засохли, а стебли клонились к земле, не в силах устоять перед ветром и дождём.
Преодолеть эту маленькую аллею и войти распахнутые двери. Отдать приглашение и вот она уже в центре праздника. Музыка, люди в красивых нарядах, и так много знакомых, что не знаешь, к кому подойти в первую очередь. Вот пожалуйста, генерал Оливкин. Конечно, в такой день он одел парадный мундир. Возможно, это единственный костюм, в котором его внушительных размеров фигура не выглядела так глупо. В тайне от него, его прозвали Винни Пухом, но, конечно, всячески старались, чтобы сам генерал о своём прозвище не узнал.
Неподалёку Григорий Урсулов в компании незнакомой дамы. Внешность Григория ассоциируется с вампиром. Бледный и почему-то всегда с красными глазами. Он говорит, что это от огромного количества работы, но верят не все, предпочитая создать вокруг него мифы о том, что он потомок Дракулы. Но этим занималась больше молодёжь, другие же списывали бледность на болезнь. Урсулов был одним из создателей организации по борьбе с терроризмом. И на то него были причины. Его семья погибла от рук террористов, после чего он стал яро бороться с любым проявлением терроризма.
Пойдём дальше.
Михаил Азимут… Высокий статный молодой человек в смокинге. Его чёрные волосы, спускающие чуть ниже плеч, как всегда уложены великолепно, а голубые глаза… Вика невольно засмотрелась. Гордая осанка, во взгляде можно увидеть презрительность. Он всем своим видом говорил о то, что независим и стоит над всеми. Одновременно это и нравилось, и казалось смешным. Они все здесь зависимые, и свобода – это миф, и существует только в мечтах. Им никогда не вырваться из этого круга, созданного слишком крепкой цепью, которую не разорвать. И показная независимость Михаила, была всего лишь иллюзией, за которой прятался романтик со своими мечтами.
Рядом с ним его верный друг и правая рука, Марк Эванс. Что в нём нравилось Виктории, это его искренность. Он не любил ложь. Но этот бал менял всех. И даже Марк натянул на себя маску этакого Казановы, находясь в компании молодой особы. Девушка им явно очарована, но для Марка это игра. Через минут пятнадцать он отдаст её Михаилу, а сам исчезнет куда-нибудь. Кстати, а куда он исчезает обычно? Вике было очень интересно знать, куда исчезает её старый знакомый в самом начале бала. Или с кем? Кажется, он собирается в этот раз увести девушку с собой.
Виктория неспешно двигалась по залу, одаривая знакомых приветливой улыбкой, с кем-то перекидываясь парой фраз, а кого-то игнорировала.
- Вика, - раздался голос позади. Вика обернулась. Это был Александр Слепцов, друг и подчинённый Лобовой. Хоть она и знала, что он будет на балу, а всё равно удивилась, увидев его перед собой. В парадном костюме видеть его было не привычно. Один глаз закрыт повязкой, а во второй смотреть не хотелось. Просто потому, что было неприятно. Совесть не давала покоя, что разбила сердце парню. Ей самой это было странно чувствовать, ведь раньше они никогда не чувствовала ничего подобного.
- Привет, - сказала она, больше не зная, что сказать. Она постаралась перебороть волнение, или хотя бы скрыть его. Годы тренировки помогли, и вот она уже внешне спокойна. Но, Господи, почему он так невозмутим!
- Нам надо поговорить, - бросил Слепцов и собрался уходить, но его остановил голос Виктории.
- Можешь ты расскажешь, где пропадал?
- Об этом я и хотел поговорить.
- Почему не появляешься на совещаниях? – Задала следующий вопрос Вика.
- Не хочу.
- Зато я хочу тебя там видеть!
- Уверена?
Подобного вопроса Вика не ожидала и отступила назад. И этот шаг не ускользнул от внимания Саши, который наблюдал за девушкой, повернув голову в пол оборота.
- Вот и я думаю, что моё появление там лишнее, - усмехнулся он и исчез в толпе. А Вика хотела сказать ещё несколько слов и стала отчаянно искать его в толпе, но он словно исчез. Девушка взглядом скользила по головам, но никого похожего не было.
- Не простил, - сделала она вывод, закончив поиски. – И как с ним дальше работать, - вздохнула девушка, не зная, что делать дальше..
- Разговариваешь сама с собой? Знаешь, это признак сумасшествия, - смеясь, подошёл к ней Михаил Азимут. Он как раз шёл к ней, когда она решила произнести мысли вслух.
- Хороший повод сдать меня в сумасшедший дом, - не весело ответила она.
- И повод не один. Я думал, ты не появишься на балу, после прошлогоднего происшествия.
- В этом происшествии виновата не я, - отвернулась Вика, гордо задрав нос. – Сам виноват.
- Плеснуть стакан шампанского в лицо самому Виктору Сопко, это надо обладать смелостью.
- Следующий раз будет думать, что предлагать, - улыбнулась Тори, вспоминая прошлогодний бал.
Виктор Сопко заместитель Урсулова, и порой позволяет себе больше, чем сам Урсулов. Вот и Виктории он предложил повышение взамен на ночь вместе, на что девушка отреагировала недвусмысленно. Эта стычка имела свои последствия, Лобовой пришлось постараться, чтобы не потерять место командира группы.
- А я могу предложить тебе танец или и меня шампанским обольёшь? – Спросил Азимут, жестом приглашая девушку на танец.
- Танго? – Удивилась Вика, вслушиваясь в музыку. Михаил кивнул и повёл девушку в центр зала. Откуда ни возьмись, в руке парня появилась роза. Пара начала танец страсти, подчиняясь ритму музыки и пропуская каждое движение через себя двигаясь так, будто были единым целом. Окружающие расступились, освобождая им место.
Кто-то брад пример с них, а некоторые предпочитали быть просто зрителями. К первым относились Аня Кошкина и Дмитрий Матвеев, прибывшие вдвоём на бал.
Музыка стихла, остановив танец. Все снова разбрелись. К Вике и Мише подошёл Урсулов,
- Ваша пара предпочла как всегда выделиться, - сказал он, поцеловав руку Лобовой и кивнув Михаилу.
- Танго мой любимый танец, - ответила Тори, улыбнувшись.
- А я его ненавижу, - в свою очередь произнёс Михаил, тем самым удивив собеседников. Две пары глаз уставились на него удивлённо, как бы задавая вопрос: А что было сейчас?
- Это был танец. Просто танец, - усмехнулся Азимут и, развернувшись, ушёл.
- Никогда не понимала, что у него в голове, - произнесла Вика, провожая недавнего партнёра взглядом.
- Я тоже. Но я не о нём хотел с тобой поговорить. Что там с бумагами? Саид не дремлет, и я так думаю, Хозяин не отступится, пока не получит их.
Ох, эти бумаги! Вика опустила голову и сжала челюсти. Как ей не хотелось о них вспоминать сегодня!
- Мы ищем их, но пока никаких результатов. Есть подозрение, что они в Румынии, но это только одна из версий и она проверяется.
- Хорошо. Как будут новости, сообщи. Их надо найти раньше, чем Хозяин.
Урсулов отошёл, а Вика взяла с подноса мимо проходящего официанта ещё один стакан шампанского.
Да, конечно, обязательно скажу. Ещё и письменный отчёт подготовлю, - недовольно подумала Тори. Но так и будет, как только она узнает всё точно, придётся готовить отчёт. Но это работа, а сейчас хотелось просто отдохнуть.
Ах да, ещё же и Слепцов хотел поговорить. Ну вот, весь отдых пропадает. Опять пойдёт речь о Хозяине, о Саиде, о их делах. Два чёрта, не дающих жить спокойно. И их попытки устроить мировую революцию надоели.
 

#3
ИВАН
ИВАН
  • Автор темы
  • Магистр
  • PipPipPipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 22 Апр 2003, 17:28
  • Сообщений: 13807
  • Откуда: Москва
  • Пол:
2 глава
От Золушки ушла не далеко, сказка закончилась ровно в полночь. Именно в это время Виктория покинула бал и отправилась на встречу со старым другом. Лимузин дожидался своего часа на стоянке, водитель как обычно открыл дверь, и вот они снова в пути.
Российский филиал «WOOFAT», или выражаясь русским языком – мировая организация по борьбе с терроризмом, находилась за городом и пряталась за высоким забором и под хорошей охраной. Возможно даже, Пентагон такой охране может позавидовать, настолько туда невозможно проникнуть. Само здание находилось в низине, окружённой горами. И чтобы проехать, необходимо преодолеть небольшое ущелье. Преодолеть его не сложно, но среди камней установлены камеры, поэтому о приближении посторонних машин узнавали заранее.
Лимузин подъехал к воротам, Виктория показала пропуск, и те открылись, пропуская машину на территорию. Четырёхэтажное здание было окутано тьмой, что придавало неприветливый вид. Такое здесь можно увидеть редко. Довольно часто, несмотря на глубокую ночь, в окнах горит свет, но не в этот день. Все решили устроить себе праздник, поэтому свет нигде не горел.
Вика шла по тёмным коридорам, непроизвольно прислушиваясь к посторонним звукам. Она практически дошла до своего кабинета, как увидела свет в компьютерном зале. У включённого компьютера сидел Слепцов и, не отрываясь, смотрел в монитор. В большом окне его прекрасно было видно, а вот он, казалось, не замечает никого. То, что он подпёр подбородок большим пальцем, было признаком глубокой задумчивости. И стоит его в такой момент беспокоить? Обычно в такие моменты он просто отмахивается от всякого пытающегося с ним заговорить. Но сейчас он сам попросил прийти. Виктория вздохнула. После расставания отношения с Сашей накалились. Хоть он и продолжал заботиться о девушке, но всё же чувствовалось напряжение, которое мешало свободному общению. И как Вика не пыталась вернуть ту непринуждённость, что между ними была ранее, ничего не выходило. Саша отстранялся всё больше и больше, и за полгода Тори видела его только один раз, три месяца назад, когда сама же и попросила его помочь. Затем он опять уехал и вернулся только сейчас.
Он снова перед ней, но погружён в свои мысли, и кажется таким далёким, что до него не докричаться. И невольно возникает вопрос: зачем опять объявился?
Вика включила свет и шагнула в помещение. Мерцание лампы вывело Слепцова из зомбированного состояния. Тот поднял голову и увидел девушку, но никакой радости не было видно и близко. Один глаз, как и всегда, закрыт, а во втором - холод. Что ж, Вика решила принять его правила игры и стала серьёзной как никогда.
- Так о чём ты хотел со мной поговорить? – Спросила она, сразу переходя к делу, расположившись на стуле возле компьютера рядом.
- Прости, не о погоде, - съязвил Саша, видя, как Вика пытается быть серьёзной и скрыть свои истинные чувства. Слишком хорошо он её знает.
- Если ты позвал меня, что бы язвить, то мне здесь делать нечего! – Тори резко встала, чтобы уйти, но не сделала и шагу.
- Стой, больше не буду, - пожалел о своих словах Слепцов. – Я узнал точное местонахождение бумаг. Подозрения подтвердились, они в Румынии. Хранятся у некоего господина Павла Флореску в сейфе. У сейфа хорошая защита, и замок без кода не открыть, - Саша бросил свёрнутый листок бумаги на стол. И пока Вика запоминала код и уничтожала листок, он продолжил. – Это хорошие новости, но есть и плохие. Эта же информация известна и Саиду, и он обязательно доложит её Хозяину. И листок сжигать было необязательно, код им тоже известен.
- А в чём же наше преимущество? – Вырвался вопрос у Тори.
- Будем надеяться, что в силе, уме и скорости. Не тяни время, тогда, может, доберёшься до бумаг первая.
- Мы отправимся туда сегодня же.
- И не спеши, - осадил Слепцов Лобову. – У Саида с Хозяином встреча в Румынии 15 октября. Этот день можно использовать, чтобы поймать Хозяина. Не забывай, наша цель – он.
- Хорошо, но а если они…
- Они не сунуться туда раньше пятнадцатого. Пока Саид не получит команду, он и пальцем не шелохнёт, так что он будет ждать встречи с Хозяином.
- И всё равно я не хочу ждать, пока у нас есть возможность забрать бумаги первыми, - не подействовали слова Саши убедительно. Вика как всегда хотела сделать всё по-своему.
Слепцов отрицательно покачал головой.
- Не спеши. Что-то мне подсказывает, что если забирать бумаги, то забирать их вместе с Хозяином и Саидом.
- Может, объяснишь? – Попросила Вика, до которой всё никак не доходил смысл такого действия. Сейчас забрать бумаги, а потом сосредоточиться исключительно на Хозяине.
- Подумай сама, - просто сказал Слепцов и поднялся. – Мне пора идти, надеюсь, ты сделаешь всё правильно, - и уже подходя к двери, он развернулся и добавил, - и ещё. Вик, я не злюсь на тебя, как ты могла думать, и давно простил. И давай сделаем вид, что между нами ничего не было, так обоим будет проще. Да я и так знаю, что ты себя долго этим мучить не будешь.
Вика хотела возразить его словам, но не успела. Саша закрыл за собой дверь и исчез в тёмном коридоре. Тори осталась на месте, ещё некоторое время, смотря на дверь и переваривая слова, сказанные другом. И чем больше она думала, тем больше становилась злее.
«Нет, он мог сказать это полгода назад? Значит, меня тут грызёт совесть, а он преспокойно: «сделаем вид, что между нами ничего не было». Тьфу на тебя!» - Вика встала, чуть не зацепив платьем за стул и не порвав подол, что придало ещё больше раздражения.
В этот раз она пренебрегла лимузином, выбрав свой собственный джип.

- Мечты сбываются, - весело произнесла Аня, кружась в танце. Время перевалило за полночь, а она всё не уставала веселиться. А вот Дима уже порядком устал и хотел покинуть бал, но спутница категорически его не отпускала, говоря, что следующий раз на такое мероприятие они могут не попасть. Однако убеждения подруги его волновало мало. Он оставался рядом только для того, чтобы ей не было одиноко. Отсутствие Вики он успел заметить, чему не особенно удивился. Вика не раз упоминала, что на бал не хочет, так что её ранний уход был вполне естественным.
- Так, если не уберёшь свою кислую мину, будешь стоять один, - поставила Аня условие, заметив, что Дмитрий всё чаще мечтательно смотрит в сторону выхода.
- Ну, прости, дела, - виновато улыбнулся Матвеев, мгновенно придумывая отмазку.
- Знаю я твои дела, опять какой-нибудь запорожец ждёт, - поддела она друга, помня о том, что он не любил, когда его любимец так называют. И слова возымели своё действие, парня перекосила злоба.
- Это лучше, чем в двадцать лет играть в куколки, - в тон ответил ей Дима, разворачиваясь и направляясь к выходу. Мог простить что угодно, но не колкости в адрес любимых машин. А что касается кукол…
Ни для кого не секрет, что квартира Анны Кошкиной напоминает музей кукол. Свою коллекцию она собирала лет с десяти, а сейчас не может расстаться. Всё ей жалко их выкинуть. Каждая напоминала о чём-то, а расставаться с воспоминания она не хотела. Но то, что к этим куклам она давно не прикасалась, знала только она, от чего друзья нередко смеялись над её любовью к куклам.
- Ну вот, опять как всегда, - разочарованно протянула Аня, облокачиваясь на стену. Она никак не могла понять страсть Дмитрия к машинам. Своих кукол она любила, но не тряслась так над каждой, и слова Димы её почти не задели, а вот он, кажется, обиделся всерьёз.
Праздник в самом разгаре, а веселиться настроения нет. Аня с грустью вспомнила слова Вики, что на бал либо с Димой, либо не пойдёт совсем. Заранее хотела испортить праздник? Нет, хотела как лучше. Но неужели не понятно, что слишком разные, чтобы научиться понимать друг друга?
Аня поправила платье, от непривычных каблуков болели ноги, но красота требует жертв, хоть девушка и с трудом приняла такую жертву. Про привычные кроссовки пришлось в этот вечер забыть, а сейчас так хотелось почувствовать мягкость подошв и снова закружиться в танце.
- Котёнок, и ты здесь! Сегодня мой день, - пропел Марк, подкрадываясь незаметно к девушке. Увидев физиономию довольного кота, Анна усмехнулась:
- Ищи себе другую жертву. Я на твои уловки не попадусь.
- А если я приглашу в самый дорогой ресторан города, где заказан столик на двоих в укромном уголке? – Подмигнул Марк, беря в свою руку девушке и поднося её к губам. Но поцеловать не успел, Кошка выдернула руку. Поведение Эванса ей казалось смешным.
- Вот и иди. Тебе скорости поддать? – Открыто смеясь над парнем, спросила она.
Парень вздохнул. Неудача на лицо, и это огорчало. Удачный день заканчивался не совсем удачно.
- Вы случайно с Викой не сестры? – Пробубнил он, облокачиваясь на стену рядом с девушкой.
- О, так ты и от неё получил отказ?
- Да, год назад, - сам уже улыбнулся Марк. Да, девушки как сговорились по очереди давать ему отказ. Но он не обижался, относясь к ним скорее как к сестрам, нежели по иному, поэтому любое предложение на свидание воспринималось как шутка. Но тем не менее в этот вечер хотелось удачного завершения, а оно возможно только если состоится не менее удачное свидание. Но на это рассчитывать уже не приходилось.
Но никто не запрещал один танец, к тому же последний. Вечер подходил к концу, гости постепенно покидали зал, и народу становилось всё меньше и меньше. Последний танец – вальс, для этой пары он ничего не значил. Весь танец они весело над чем-то смеялись, несколько раз чуть не сбившись с ритма. За этой картиной наблюдал Дима, который так и не смог уйти. Он стоял за одной из колонн, ревниво наблюдая за парочкой, но не осмеливался подойти и прервать их танец, да и гордость не позволяла вновь показаться Ане на глаза. И всё, что ему оставалось, это молча мириться с тем, что девушка, которая ему нравится, проводит весело время в компании другого парня.
- Дикая кошка… Когда-нибудь и ты окажешься в клетке, - не громко сказал он, провожая взглядом Аню и Марка. Они прошли мимо, не обратив внимания, либо не заметив, Диму, а ему это и надо было. Он спокойно покинул зал, направляясь к своей машине. Он старался не смотреть, как Кошка садится в машину Эванса и уезжает с ним. Всё, что он увидел, это отъезжающий автомобиль.
Ничего не оставалось, как самому сесть в машину и отправиться домой. Но стоило ему сесть в машину, как его ждал сюрприз. На пассажирском сиденье сидела Аня, как ни в чём не бывало, взирая на Дмитрия.
- Не отвезёшь меня домой? – Спросила она, невинно моргая глазами.
- Ты что тут делаешь? – От неожиданности до парня не сразу дошёл смысл вопроса. Когда она успела сюда пройти? А главное как села в машину, не хлопнув при этом дверью? Не залезла же в окно!
- А разве не видно? Сижу, жду тебя. Не идти же мне пешком домой, а моя машина дома, и вообще ей требуется ремонт, - Аня повела плечом, от чего палантин упал с плеч, обнажая их.
- Прекрати, - Дима отвёл глаза и сел за руль. – Я отвезу тебя домой, а завтра отремонтирую твою машину. Но становиться твоим развлечением на эту ночь я не собираюсь, - сказал, как отрезал, сосредотачиваясь на дороге.
Аня вздохнула. Такого поворота она не ожидала. Сама виновата, надо во время следить за языком. Девушка безразлично пожала плечами, настаивать она не собиралась. Не хочет, не надо.
Анна отвернулась к окну, скользя глазами по ещё спящим окнам. Ещё не много и город начнёт просыпаться, а девушка в авто наоборот засыпала, заботливо укрытая пиджаком. Матвеев плавно вёл автомобиль, не нарушая покоя Кошки, но будь он в машине один, давно бы разогнался до предельной скорости. Да, именно то и хотелось, достигнуть максимальной скорости и нарезать круг за кругом вокруг города, как это нередко делали с Викой. Очень помогало от снятия стресса, да и ради развлечения. Сколько адреналина, будто с работой его мало. Но им, видимо, было мало, потому ни один не отказывался от сумасшедшей гонки. И сейчас опять хотелось почувствовать прилив адреналина, но для начала завести спутницу домой, а потом для успокоения можно и погонять.
Путь закончился. Остановившись у подъезда, Дима повернулся к девушке. Она спала сладким сном, чему-то улыбаясь во сне. Видно снилось что-то действительно хорошее. Портить хороший сон грех, поэтому Матвеев принял решение нести девушку на руках, предварительно достав из её сумочки ключ от квартиры, а затем осторожно поднял на руки и понёс. Аня что-то пробормотала, положив руку на плечо парню, но не проснулась. Преодолеть лестницу было не сложно, а вот открыть дверь с девушкой на руках оказалось не просто, но всё же с трудом удалось преодолеть и её. Найти спальню, положить Аню на постель и тихо покинуть. Но так сложно развернуться и уйти! Девушка продолжала спать безмятежным сном, а у парня, стоящего над её кроватью сжималось сердце. А она как Спящая Красавица в красивом шёлковом нежно-розовом платье, которую спрятал Морфей, и спасёт её только поцелуй принца. Но если разбудить, тогда сотрется эта улыбка с её лица. Мимолётное касание любимых губ, и слышится тихое:-
- Останься, - и ничего не мешает последовать просьбе и остаться с ней до рассвета. Или нет, уже как минимум до обеда, потому что рассвет начинает теснить ночь, а так скоро уходить не хочется. Всё ведь только начинается, а за началом обязательно последует и продолжение, а затем…
- Чёрт! – Выругался Матвеев, ударяясь головой об руль и потирая ушибленный лоб. Всего лишь мечты, а в реальности всё совсем не так.
- Просыпайся, приехали, - сообщил он Ане, не собираясь нести её на руках.
Анна потянулась, не сразу соображая, где она находится и с кем. Снился действительно хороший сон, и было жаль, что его так нагло прервали. Эх, Морфей, зачем же ты так просто отпускаешь из своего царства?..
- Мог бы и на руках отнести, - пробурчала девушка, поправляя платье.
- Сама дойдёшь, - ответил Дмитрий. Что там дальше говорила Аня, он предпочёл благополучно прослушать. А как только она покинула машину, сразу тронулся с места.

- С чего начнём, дорогие мои? – Человек в чёрном, как некоторые подчинённые его успели прозвать, расположился во главе огромного стола, и выжидающе обводил взглядом каждого. Его лицо скрывала маска, но взгляд чувствовал на себе каждый. Пронизывающий насквозь, что холодок пробегает по телу и проникает в самую глубь сердца. Глаза дьявола. А вот голос - мягкий, приятный, возвращал в душу тепло, но этому обманчивому чувству не доверял никто. Слишком хорошо они знали жестокость своего господина.
Взгляд остановился на молодом человеке, сидящего через два человека от главы.
- Ну, докладывай! – Подался чуть вперёд Хозяин. Под этим прозвищем знали этого человека. Знали и боялись. За что боялись? За многое.
- Бумаги в Румынии, теперь это известно точно. Хранятся в сейфе у одного старика.
- И ты хочешь сказать, что до сих пор их мне не привёз? – Рявкнул Хозяин, привстав. Мягкость в голосе исчезла, как будто и не было её.
- Нам нужно время, - просто ответил Азимут. - К тому же, эта информация известна не только нам. Лобова тоже не спит.
- Лобова, Лобова… Как мне надоела эта девчонка! Кто она вообще такая? Опять она! Она же мертва! Я её убил, и опять? – Хозяин резко встал, что упал стул. Лицо скривилось от неприязни. Сколько планов испортила… И вот опять он слышит эту фамилию.
- Это не Татьяна Лобова, это Виктория Лобова, её дочь, - объяснил Саид аль Рашид. Он сидел по правую сторону от господина, слегка опустив голову в знак уважения к вышестоящей особе. Гармоничные черты лица, хоть в возрасте, а лицо не было испещрено морщинами, но правую щёку пересекал страшный уродливый шрам, полученный ещё в молодости в одном из боёв.
- Что? Не может такого быть! У неё не было детей! – Не мог поверить Хозяин. Но он так же понимал, что он не Бог, и знать всё не может. И это был маленький пунктик, который он пропустил, стремясь достигнуть желаемого и очищая свой путь.
- Оказывается, была, и мы встречались с ней не один раз.
- Она всего лишь девчонка! Что она нам может сделать? – Не понял Азимут всеобщего переполоха. Ему Вика не казалось такой страшной. Во всяком случае, одна она мало чего стоила, а вот её команда могла испортить любые планы, о чём и поспешил поведать остальным:
- Сколько я знаю Лобову, она сильна только в команде. Не спорю, своя голова у неё есть на плечах, но всем известна поговорка: один в поле не воин, это относиться и к ней.
- А ты всего лишь мальчишка, но ведь успеваешь делать многое и причём один, управляя своей командой как марионетками, - парировал слова Азимута Хозяин.
- Я не боюсь Лобову, но достать мне бумаги до того, как достанет их она! – Приказал он, а затем покинул кабинет.
- И чего он так разволновался? – Задал вопрос Михаил, смотря на закрытую дверь. Вопрос больше был риторический, и парень не надеялся получить на него ответ.
Маленькое внеплановое собрание, а в итоге ничего нового. Каждый из присутствующих итак знал свою задачу, а в этот раз её подтвердили. Правда никто не ожидал, что до пятнадцатого октября Хозяин появиться хоть кому-то на глаза из своих подчинённых.
 

#4
ИВАН
ИВАН
  • Автор темы
  • Магистр
  • PipPipPipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 22 Апр 2003, 17:28
  • Сообщений: 13807
  • Откуда: Москва
  • Пол:
Глава 3
- Что, он не отказался от поездки в Румынии пятнадцатого октября? Какого чёрта ему там делать? – Кричал в трубку Михаил. Речь шла о Хозяине, и Миша правда не понимал, зачем ему ехать в Румынию, если всё обсудили шестого числа. Или что-то решил скрыть? Хотя, что об этом думать, Хозяин итак скрывает львиную долю своих планов, а остальным приходится слепо подчиняться. Но Азимуту такое положение вещей не нравилось, он считал себя полноценным партнёром, поэтому неизвестность было не то, что ему по душе, и именно это стало причиной его гнева. Он хотел получить объяснения, но никто ему их давать не собирался.
- Заткни свой рот, и слушай меня. Ты всего лишь пешка в этой игре, поэтому будешь делать то, что тебе скажут, а планы Хозяина тебя волновать не должны. Он лучше знает, что и когда ему делать, - последовал довольно грубый ответ от Саида, которого двадцатипятилетний мальчишка раздражал, и он так и мечтал однажды от него избавиться. И давно бы это сделал, не будь он важной фигурой на шахматной доске.
- Я е буду слепо выполнять приказы! – Возразил Михаил.
- Будешь! И я скажу, что от тебя сейчас требуется. Соберёшь команду и отправишься за бумагами пятнадцатого октября ранним утром. Хозяин будет там. Как только заберёшь конверт, передашь ему. На себя же возьмёшь команду Лобовой. И ещё, ты поплатишься, если в этот раз она опять выйдет победительницей, - в трубке послышался смешок. Было ясно, Саид не шутит. Ничего не оставалось, как выполнить приказ. Ну, ничего, однажды я ему за всё отомщу, - сжал в руке телефон Азимут.
- Я всё сделаю. Конверт получит Хозяин, - решительно ответил Миша.
- Я в тебе не сомневался, - доволен остался Саид аль Рашид, и прервал связь. Но его собеседник остался в ином расположении духа, и довольным его никак нельзя было назвать. В общем, ему было всё равно, что ему сказал Саид, у него свои были размышления и планы по поводу всего происходящего, но мешало два главных препятствия: это Саид и команда Виктории Лобовой. Не стоит и мечтать, что они останутся в стороне, а навредить могут серьёзно.
Но подумать, что делать с помехами, он не успел. Одиночество нарушил Марк Эванс, отчего-то выглядевший счастливым и напевающий весёлую мелодию.
- Что с тобой? – Спросил Михаил друга, удивляясь столь внезапному изменению в настроении. Ещё с утра Марк ходил как в воду опущенный, а теперь чему-то радуется.
- Вика звонила, - ответил Эванс, улыбаясь.
- Нашёл чему радоваться, - недовольно хмыкнул Азимут. Вика никогда не звонит просто так, а раз позвонила, значит, что-то случилось, а помогать ей Миша не желал.
Но Марк не разделял позиции друга, но повлиять на них не мог. Но не в этот раз.
- Она просит нас поехать в Румынию с ними. Они собираются забрать конверт, а заодно прихватить и Хозяина с Саидом. Мы не можем упустить поучаствовать в таком событии.
- Ты говоришь так, будто всю жизнь об этом мечтал, - усмехнулся Азимут, но был вынужден согласиться с другом. Получится проконтролировать Лобову и помочь поймать Саида. Одним врагом будет меньше.
- Не всю, только последние лет пять, как Хозяин нам начал жизнь портить.
Миша на это ничего не ответил. Кому пять лет, а кому всю жизнь, но об этом в другой раз. Неприятные воспоминания лучше спрятать подальше, чтобы не мешали делу, а когда придёт время…
- Собирай команду, - отдал он распоряжение, жестом показывая, что разговор окончен.
Осталось пять дней. Сегодня десятое октября, а надо хорошо продумать план, обсудить всё с Лобовой… Только её не хватало! Миша вздохнул. Нет, работать в такой компании явно будет сложно. Конечно, всё знать она не будет. Очень многое от неё будет скрыто, но она об этом не будем подозревать.
Бабочка опустилась на цветок розы, запутавшись в паутине, поспешившей опутать цветок в последние тёплые деньки. Паук, не спеша, приближался к своей жертве, в то время как та отчаянно билась, пытаясь выбраться из липкой паутины, чтобы успеть порадоваться солнцу перед долгой спячкой. Но судьба уже решила, что бабочка не доживёт до заката и станет для паука обедом. А паук, издеваясь над жертвой, давая ей возможность верить в хороший исход поединка со смертью, не спешил её поедать. Мучительное ожидание и никак не может смириться с тем, что её ждёт. А крылья только всё сильнее запутываются в липкой паутине, от чего из капкана было всё меньше шансов выбраться.
Азимут наблюдал за пауком и бабочкой, думая о том, что было бы хорошо быть этим самым пауком, а пока чувствовал себя бабочкой, запутавшейся в паутине и не имея возможности из неё выбраться. И тем дальше, чем больше становилась паутина. Но, так или иначе, придётся становиться пауком, чтобы достичь желаемого, а жертвы уже выбраны.
Михаил осторожно освободил бабочку, снимая с её крыльев паутину, но из рук освобождать не спешил.
- Ты опять в ловушке. Я могу отпустить тебя, а могу раздавить. Или кормить паучку? Это так просто управлять жизнями слабых и беззащитных. И те, кто сильнее, прекрасно это знают. Ничего, наступит день и я стану сильнее, чтобы управлять теми, кто мне сейчас не доступен.
Рассуждения вслух в полном одиночестве, сидя на скамейки в саду своего дома, стали таким обычным, что даже садовник не обращает на хозяина никакого внимания, что бы он ни говорил. Так же и Михаил никак не реагировал на присутствие садовника, который был для него не более чем статуэтка на входе в сад. Но иногда с ним обмолвиться парой фраз, послушать, что скажет посмеяться над стариком. Вот и сейчас Азимут задал вопрос, наблюдая за полётом бабочки, которую всё же отпустил.
- Скажи, старик, а ты когда-нибудь стремился к власти?
- А зачем мне? Власть губит, особенно такие паршивые головы как твоя, - ответил садовник честно, как и обычно не отступая от правила всегда говорить то, что думает.
- Почему это моя голова паршивая? – Удивлённо поднял правую бровь Миша.
- Потому что надо думать, прежде чем делать, а ты сначала делаешь, а потом думаешь. Именно поэтому ты в жизни совершишь ещё не одну глупость, но когда поймёшь это, будет слишком поздно. А учиться на своих ошибках ты так не умеешь.
Старик срезал не успевшую завять розу, и что-то бормоча, удалился в сторону теплицы. А парень остался не согласен со старым садовником. Ну откуда ему знать, что прежде, чем действовать каждый план тщательно обдумывается и проверяется?

- Я не думаю, что тебе стоит лететь на встречу с Азимутом. Всё можно обговорить по телефону, или разработаем свой план, а им дадим только некоторые задания, - пытался отговорить Вику от полёта на Сейшелы Дима. Они сидели в кафе на четвёртом этаже, пили кофе и спокойно беседовали. В это время здесь почти никого не было, все заняты делами, а эта парочка решила отправить дела подальше и отдохнуть. За последние пять дней было слишком много споров и разговоров о возможных планах Хозяина и Саида, что это стало в итоге утомлять. Каждый день одно и то же, и хотелось чего-нибудь новенького. А тут предложение полететь на Сейшелы. Разве такое можно упускать?
- Матвеев, тебе нравится сидеть в этом захолустье, вот и сиди, а я хочу отдыха, - громко поставила девушка кружку на стол. Отказываться от Сейшел она не собиралась, пусть даже там придётся встретиться с самим дьяволом.
- Ты летишь туда работать или отдыхать? – рассмеялся Матвеев.
- А чем плохо совмещать отдых с работой? Отпуск же нам не дают, - беззаботно ответила Вика, хитро улыбаясь.
Дмитрий улыбнулся. В этом вся Вика. Совмещать работу с отдыхом её любимое занятие, тем более, если приходится долгое время работать без выходных. Дима бы сам не отказался от хорошего отдыха, но пока об этом и не стоило просить.
- Не совершала бы ты глупости, - посчитал нужным предупредить Матвеев.
- Я всего лишь лечу на встречу с Азимутом.
- Этого я боюсь. Я ему не доверяю.
- И что? А он не доверяет тебе. Вот и разбирайтесь со своим недоверием сами, - Тори отвернулась к окну, смотря на улицу. После двухдневного перерыва опять шёл дождь, равномерно настукивая по стеклу. Под этот стук хотелось спать, но в кафе засыпал только бармен. Ему явно было скучно на рабочем месте. В отличие от обычных посетителей, у него жизнь была более однообразной. Каждый день одно и то же, и никаких выездов. Вполне возможно, некоторые предпочли бы поменять ним местами. И один из них сейчас входил в двери кафешки. Это был юноша невысокого роста, худощавый, с пепельного цвета волосами, тщательно прилизанными, и одетого в джинсовый костюм. Плавные и мягкие черты лица в сочетании с голубыми глазами придавали ему некую детскость, от чего он выглядел младше. На самом же деле ему двадцать один год.
- Матвеев, опять портишь настроение девушке? – Как всегда в весёлом расположении духа, танцующей походкой он приблизился к столику. Но прежде чем сесть, поцеловал Викторию в щёку. Одно время это было традицией, но после ухода Андрея Симонова в другую команду, традиция стала соблюдаться редко.
- Портит, - подтвердила Тори, всё ещё обижаясь на друга. Но появление Андрея подняло настроение, и вот она уже улыбается сквозь обиду.
- Не порчу, а всего лишь проявляю заботу, - пробурчал Дима, недовольный, что его заботу не оценили.
Андрей ухмыльнулся. Он знал, что забота Матвеева порой переходит всякие границы. Но он пришёл обсуждать не границы его заботы, поэтому перешёл к теме своего визита.
- Вика, почему ты позвала в Румынию австралийцев, а не нас? Ведьмочка успела проболтаться про ваши планы.
- Кристина молчать не умеет, - нахмурилась Тори. Кристина Старова ещё один член её команды. Тихая, спокойная девушка, обычно молчаливая, но не всегда знает, что надо говорить, а что нет. А её не раз просили особенно Симонову ничего не рассказывать. От того, что когда-то и он был в «Альфе», он нередко обижается, если вместо его команды, Тори зовёт в помощь кого-нибудь другого. Вот и сейчас он огорчён, что его опять отодвинули.
- Не надо её ругать, я бы ей медаль дал, за то, что рассказала. Так что, может, всё же было лучше взять нас? Мы ближе, не надо никуда ехать и нами всегда можно договориться.
- Всё, хватит! - Разозлилась Тори. Ещё её разозлило и то, что Дима сидел и кивал в знак согласия с Андреем. – Сама решу, что мне делать! – Девушка встала, обираясь покинуть кафе.
- Можно было бы советоваться с командой, - вздохнул Дмитрий. Было понятно, что подругу им не убедить.
- У тебя есть своя команда, вот и советуйся с ними, - огрызнулась Лобова, подумав, что слова исходили от Андрея. Удивление уже не увидела, направляясь к выходу, стуча по деревянному полу каблучками.
- Ты что ей наговорил? – Спросил Андрей почти шёпотом, как только за Викой захлопнулась дверь.
- Ничего особенного, - Матвеев безразлично отхлебнул кофе. Он привык к характеру Виктории и понимал, что пока сама не обожжётся – не поймёт. А так, сколько бы ей не говорили, она всё равно будет делать по-своему. А в таком случае, имеет ли значение, что он сказал?
- Я слышал, что ты на бал ходил с Кошкой. Неужели ваши отношения сдвинулись с мёртвой точки? – Андрей вопросительно поднял правую бровь.
- Нет. И не сдвинутся.
- Почему? – Удивился такому ответу Симонов.
- Как тебе объяснить… Я люблю Аню, но хочу, чтобы она сама поняла, чего от меня хочет. Она ещё мечется в поисках, а я точно знаю, что хочу быть с ней. Но с другой стороны, я боюсь однажды её потерять. С нашей работой о долгой и счастливой жизни нам можно не мечтать.
Дима опустил голову, обхватив пустую кружку руками. Звать бармена, чтобы принёс новую порцию ароматного кофе, не было желания, а вставать самому тем более.
- В таком случае забудь о ней и живи полной жизнью, - дал совет Андрей, который только и делал, что забывал о девушках, находя им замену.
Матвеев усмехнулся.
- Может ты и прав.
Пока Андрей и Дима мило беседовали о слабом поле, одна его представительница гнала машину к дому. Необходимо собрать чемодан и успеть в аэропорт. К чёрту вертолёт, билет заказан на самолёт до Виктории. Отдых так отдых, значит никак не касаться работы. Но осуществить это было не так просто.
Наслаждаться тёплыми лучами солнца на берегу моря пришлось не долго. Азимут появился в своё время, как и обещал, закрыв солнце от девушки. Вика сняла очки, недовольно смотря на парня, а он стоял, облокотившись на правую ногу и положив руки в карман.
- Может, отойдёшь? – Попросила она.
- Мы сюда не отдыхать приехали, - напомнил Михаил, не думая отходить.
Вика села.
- А разговор нельзя отложить на вечер? – Сделала она ещё одну попытку остаться на пляже.
- Дорогая Виктория, если тебе заняться не чем, то это не значит, что и у меня никаких дел нет. Жду в кафе через десять минут. Не придёшь – уеду, - не дожидаясь очередных возражений Тори, Азимут поспешил покинуть компанию девушки.
Кафе, где он ждал, находилось недалеко от пляжа. Зонты прятали посетителей от палящего солнца, а холодные напитки приятно охлаждали. Расположившись за одним из столиков, Азимут стал дожидаться Викторию, попивая холодный лимонад. Долго ждать не пришлось. Через пять минут Вика села напротив парня.
- И что тебе от меня надо? - Сразу спросил Миша, не желая тратить время на пустую болтовню.
- Я хочу, чтобы ваша команда поехала в Румынию сами.
- Неужели боишься не справиться? – Съязвил Михаил. – Не поздно ли ты очнулась? Местонахождение бумаг известно давно. Думаешь, Хозяин их ещё не забрал? Не наивно ли так думать?
- Не наивно. Если бы Хозяин бы их забрал, было бы давно известно. К тому же, нам важнее взять Хозяина. Если мы поймаем его, то бумаги угрозы не будут представлять.
- А как же его люди? Ему ничего не стоит их передать.
- А ты думаешь, для чего я тебя беру с собой? Не в качестве же зрителя! В зрителях я не нуждаюсь.
Вика замолчала, оставляя возможность делать выводы Мише самому, сама же нервно настукивала по поверхности стола. Она переживала не из-за того, что Михаил чего-то не понимает или не хочет понимать, а о том, что отдых опять испорчен, и дальше, вместо того, чтобы вернуться на пляж, придётся лететь домой, готовится к поездке в Румынию.
- Хорошо, я согласен. Мы поможем вам, - сказал Азимут, как будто делал одолжение Виктории.
Девушка нахмурилась, такой ответ ей не нравился. Но хоть что-то, чем ничего.
- Не хочешь поужинать со мной? – Предложил Михаил, допивая лимонад и разваливаясь на кресле. Наполовину расстёгнутая рубашка обнажала грудь.
- Нет, спасибо. За ужином последует завтрак, а потом и обед… Знаю я тебя. К тому же, не ты ли говорил, что у тебя дел по горло? – Напомнила ему Вика, отводя взгляд к морю, которое так заманчиво переливалось серебром и манило к себе. Предложение на ужин было заманчивым, но поступившее столь внезапно от Михаила, Виктория просто ему не доверяла. Он выглядел чем-то обеспокоенным, да и не было похоже на то, что он действительно хочет провести вечер с Викой. Скорее он хотел поскорее избавиться от её общества, а предложение вызвано желанием в последствие бросить колкость в адрес девушки. Один раз Лобова об это обожглась, и больше повторения не хотела.
- Да, ты права, дела прежде всего. Что ж, но жаль, что ты отказалась. Могла провести вечер в очень интересно компании, - Михаил загадочно улыбнулся, чем вызвал немалый интерес Тори. Но продолжать разговор он не стал, а кафе, вальяжной походкой направляясь к стоящим неподалёку таксистам.
- Ну и ладно, буду вечером одна, - буркнула недовольно девушка, провожая взглядом собеседника, уже жалея, что отказалась. Одной сидеть весь вечер, да и день, совсем не хотелось.

Сообщение отредактировал ИВАН: Четверг, 29 сентября 2011, 22:05:42

 

#5
ИВАН
ИВАН
  • Автор темы
  • Магистр
  • PipPipPipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 22 Апр 2003, 17:28
  • Сообщений: 13807
  • Откуда: Москва
  • Пол:
Глава 4

Всегда больно терять близких. Нам кажется, что они должны жить долго, и умереть не раньше нас самих. Эгоизм? Даже не знаю. Вполне возможно. Мне понадобился год, чтобы смириться со смертью мамы. Её убили, когда мне было десять лет. А если быть точнее, в день, когда мне только исполнилось десять лет. Ещё совсем ребёнок...
Моей новой семьёй стала организация по борьбе с терроризмом. Здесь работала моя мама, и предстояло работать мне. Об этом мне говорили с первого дня моего появления в организации вместе с новыми правилами, обязанностями и ещё много чем. Но мне даже было так легче.
В организации я была такая не одна. Для осиротевших детей, чьи родители погибли на задании, выделили целый корпус. Общежитие в три этажа, рядом игровая площадка. Всегда интересовал вопрос, для кого её создавали? Детей на ней практически никогда не было. Нам давали слишком мало свободного времени, а надо было выполнить ещё домашнее задание, и оставалось около часа, а то и меньше, на свои развлечения.
В здании сто комнат, в каждой по две кровати и только самое необходимое, и никаких излишеств. Всегда нравилось, насколько здесь любили детей!
Моей соседкой по комнате была Анна Кошкина. Когда мы с ней познакомились, она мне не понравилась. Чем-то напоминала меня: по натуре одиночка, этакая кошка, которая гуляет сама по себе, и не кому не хотела подчиняться. Её любимое занятие щекотать нервы учителям. До её появления это была моя привилегия. В те же времена я назвала её Кошкой. Но я всегда придерживалась мнением, что любое животное можно приручить, чем и занялась в самое ближайшее время. Тогда мне в самом страшном сне не могло приснится, что она станет моей подругой и правой рукой.
Это была самая настоящая война: подставы, подножки на каждом шагу, самые изощрённые ловушки и так далее. Слова «жалость» и «снисхождение» для нас словно потеряли значение.
Воевать одной сложно, и я собрала свою команду. Это такие же дети, которые искали способы выплеснуть бушующую через край энергию. Все мы абсолютно разные, но нас связывало то, что у нас никого не было. О каждом можно рассказывать бесконечно, но я расскажу кратко.
Начнём с моих любимых близнецов - Стас и Катя Румянцевы. Правда иногда очень хочется их убить. Нет, друзья они отличные, с ними хоть в разведку иди не подведут. Тогда за что? Это ещё те проказники! Они не могут жить без того, чтобы не разыграть, не подшутить. К двадцати годам они не много успокоились и стали серьёзнее, но всё же в их присутствии лучше не расслабляться. Главный в этой команде Стас. Все планы по розыгрышам принадлежат ему. Катя оставалась на подхвате, но не редко и ей принадлежала главная роль в проказах. В организации эту пару называли «Весёлые ребята». И ведь не скажешь, что это прозвище дано ошибочно. Пессимизм им явно не знаком.
Ещё одним членом нашей команды был Александр Слепцов. Что о нём сказать? Парень-загадка. Вечно сам себе на уме, тихий, спокойный, любит сложности, не любит глупцов и наивных людей, часто его можно застать пишущим что-то в своём дневнике, который никому не показывает и тщательно его прячет. Почему он с нами? Он отличный следопыт. Найдёт всё и вся, будь то иголка в стоге сена. Он всегда шёл первым, выявляя все ловушки, приготовленные для нас.
Я же была стратегом. На мне лежала обязанность разрабатывать планы защиты и нападения. Лично мне кажется, что я неплохо справлялась с этой обязанностью. Во всяком случае, противников из строя способна была вывести. Не зря в своё время меня научили играть в шахматы!
Наши противники не были слабее или глупее нас. Пришла пора поведать и о них.
Владимир Клёпкин, его главное оружие язык. За словом в карман не полезет. Словом может и убить, и придавить, и унизить, не прилагая физических сил. За ядовитый язык получил прозвище Тарантул, а в шестнадцать лет сделал себе татуировку на плече в виде тарантула. Большой хвастун, любит цитировать известные произведения, особенно Шекспира. Обожает французскую кухню и ненавидит свою работу.
Кристина Старова, она же Ведьма. Получила прозвище за зелёные глаза и способность гипнотизировать. Любит рассказывать о своей бабке-ведьме, способности которой якобы передались ей. Но особых способностей, кроме гипноза, никто не замечал.
Ещё одним в команде противников был Андрей Симонов. В одиннадцать лет это был маленький щуплый мальчик. Его основное хобби — компьютеры. В свои тринадцать лет взломал главный компьютер организации. К моему большому сожаления, позже он был переведён в другую группу. Ну а пока нам приходилось иметь дело с маленькими монстрами, которые шли на всё, лишь бы одержать победу над нами. Это сейчас, происходящее тогда, мы вспоминаем со смехом, а в те времена для нас всё было серьёзно.
Что с нами только не делали: давали больше заданий, запирали в карцер, наказывали кнутами (было крайне неприятно) и ещё много чего. Чтобы остановить нашу войну понадобился год. Нас, детей 12-14 лет, отправили в Австралийский филиал «WOOFAT». Поначалу нам показалось это очень интересным, а потом... Уже после приезда мы узнали, что у нас особый график, слишком сильно отличающийся от привычного. Мало того, тренировки больше похожи на реальные бои, что невольно заставляло нас сплотиться, чтобы не погибнуть. И если бы мы не сплотились, никого бы в живых не было. Всё дело в том, что русский филиал от нас устал. За время наших боёв мы узнавали тайны, знать которые нам было не положено, так что руководство решила нас убрать. У нас всё равно никого не было, так что искать нас никто бы не кинулся.
Но на их беду мы выжили. Нас продержали там полгода, а затем вернули в Россию. Причины, по которым они решили всё же нас оставить, мы выяснять не стали. Главное, что вернулись. Что изменилось за это время? Мы уже были не две противоборствующие команды, а одна целая. Иногда между мной и Аней были разногласия, но это не мело никакого значения. Она хотела занять место командира группы, но в 13 лет об этом даже не стоило мечтать.
К восемнадцати годам наша группа стала первая по раскрытию преступлений среди групп 1976-1980 года рождения. Я стала командиром группы, а Аня — моей правой рукой. В команде на замену Симонову пришёл другой человек, Дмитрий Матвеев. Он пришёл переводом с французского филиала. Всё жизнь прожил во Франции, но имеет русские корни. Имеет хорошее чувство юмора. Живёт ради того, чтобы жить. Работа для него - развлечение. И такое отношение меня пугает. С первых дней он стал мне хорошим другом, и мне бы не хотелось, чтобы он погиб по глупости. Увлекается машинами и очень любит скорость. Постоянна игра со смертью для него обычное дело.

- Тори, очнись уже наконец! - Прогремел над самым ухом звонкий голос Ани. Сколько она здесь уже стоит? Вика быстро захлопнула тетрадь, накрывая её ладонями.
Аня стояла прямо над Викторией, заглядывая ей через плечо, пытаясь прочитать хоть что-то из написанного. Но попытка была безуспешной. Длинные волосы закрывали обзор.
- Что ты хотела?
- Тебя Оливкин вызывает, - сообщила Кошка, присаживаясь на кресло рядом, с интересом рассматривая тетрадь под ладонями Виктории, словно пытаясь просверлить её и прочитать, что там написано.
- Что же ему понадобилось? - Вопрос был очень интересным, учитывая, что Оливкин не вызывал Викторию к себе дня три, а теперь вспомнил о ней.
- Это известно только ему, - ответила Аня, продолжая сверлить глазами тетрадь. - А это у тебя что? - Кивком головы указывает на тетрадь.
- Тебя это не касается, - Лобова быстро бросила тетрадь в ящик стола и заперла его на ключ.
- Неужели ты решила завести дневник? - Аня недоверчиво уставилась на подругу.
Все знали, насколько Аня Кошкина не любит дневники. Там пишут слишком личное, и кто-то может найти и прочитать. Своё она предпочитала хранить при себе, не доверяя даже бумаге. В крайнем случае, можно довериться друзьям. Но ведь не любую тайну можно рассказать.
- А почему бы нет? - Пожала плечами Вика.
- Это же глупо!
- Я так не думаю. Сегодня я вспоминала наше прошлое, с чего мы начинали...
Кошка усмехнулась:
- О да, мы начинали с грандиозных планов по захвату мира!
- Не язви, - Тори вздохнула. Подруга её не поймёт, чтобы не пыталась сказать.
- Вика, тетрадь это не друг. Я понимаю, у нас нет родных, но есть команда, которая также является и твоей семьёй. Ты можешь рассказывать всё, что хочешь. Мы обсудим любую тему, которую пожелаешь. Но не будь ребёнком, выброси свой дневник.
Вика отрицательно покачала головой.
- У нас ничего нет, кроме воспоминаний. Их я хочу сохранить. Возможно, в старости, мы начнём забывать, что с нами было, а в тетради всё сохранится.
- Не ври, ты просто не хочешь никому доверять, - Во взгляде Ани появился укор. Вика никогда доверчивостью не отличалась. Даже доверчивость друзьям была сильно ограничена.
- В общем, тебе есть кому доверять, - сказала напоследок Аня, покидая кабинет группы «Альфа».
- Себе, - тихо ответила вслед Вика, продолжая стоять на своём. Убеждать в чём-либо Викторию это всё равно, что биться головой об стену. Она опять достала тетрадь, раскрыла её перед собой, думая продолжать писать. Но просидев над чистой страницей несколько минут, она, бросив тетрадь в сумку, отправилась к Оливкину.

Оливкин стоял у открытого окна, докуривая сигарету. Холодный ветер то и дело врывался в кабинет, разбрасывая бумаги и щекоча лысую голову генерала. Бумаги никто не спешил собирать, и они валялись по всему кабинету, словно никому не нужные.
В кресле, рядом с письменным столом, сидел молодой парень. На вид ему лет двадцать пять. Одет был просто: джинсы и футболка с рисунком президента США. В ногах стояла сумка фирмы «adidas». Он вальяжно развалился в кресле, не сводя глаз с генерала.
- Из того, что я вам рассказал, следует, что Виктории пора отдохнуть.
- Да, я это понимаю. Подобного я никогда не мог от неё ожидать.
- Человек просто устал. Я думаю, ей хватит месяца на восстановление. И желательно не подпускать её к работе в это время. Насколько я её знаю, она не согласится без дела сидеть месяц.
- Работа для них жизнь. У них больше ничего нет, и они больше ничего не умеют, - Оливкин тяжело выдохнул.
- Я же не предлагаю Вику уволить, а всего лишь дать ей отдохнуть, пока она не поубивала нас всех, - убедительно старался говорить Михаил Азимут. Именно так звали молодого человека. Его тёмные карие глаза без зазрения совести смотрели на генерала и ждали, что он даст согласие. Ему только это и надо было, убрать девушку с дороги, чтобы больше не мешала.
- Хорошо, я с тобой согласен, - сказал он, выпуская очередные клубы дыма.
В этот момент двери кабинета распахнулись, и вошла Виктория Лобова.
- Опаздываешь, - сурово произнёс Оливкин, поворачиваясь к девушке. Но на его лице строгости не было, и Вика было подумала, что беспокоиться не о чем.
- Зачем вызывали? – Спросила она, не думая оправдываться и игнорируя сидящего в кресле парня.
- Есть важный разговор, - начал издали Сергей Григорьевич, выбросив сигарету и возвращаясь в своё кресло. Кресло заскрипело под тучной фигурой генерала, но не сломалось, привычное выдерживать тяжёлый вес.
- Но сначала о главном, - прервал генерала Михаил, решив, что Вику можно шокировать и позже. - Так вот, перейдём к делу. У меня есть предположения, что после поражения в Румынии Саид скрывается в Шанхае. Если вы видели отчёт Виктории, то знаете, каковы его потери. Пока он не восстановил силы, мы могли бы его взять, - перевёл тему разговора Михаил, переходя к причине их собрания в кабинете Оливкина.
- Нам важен не Саид, а Хозяин, а только через Саида мы можем выйти на Хозяина, - быстро проговорила Вика, прежде чем генерал начал лекцию по поводу безответственности Лобовой.
- Вика права, - вынужден был согласиться Оливкин, едва сдерживая скрип зубами, от чего морщины на любу стали просматриваться ещё больше.
- Можно было бы Саида подвергнуть пыткам, тогда бы сам всё выложил, - предложил другую идею Азимут.
- Саид тоже не знает местонахождения Хозяина. Так что, мы можем каким угодно подвергнуть Саида пыткам, он нам ничего не скажет, - и здесь отвергла Виктория предложение Миши. Естественно, ему это не нравилось. Вика опять опережает, как тогда, в Румынии. Когда ему оставалось совсем немного, только протянуть руку, открыть сейф и забрать конверт, откуда ни возьмись, появилась Виктория и сделала это первая. А он ради этого…
- Тогда сделаем так, Михаил сам лично займётся всем, учитывая твои разработки. Он назначается новым командиром «Альфы», а ты пока, Виктория, отдохнёшь. Ты как-то просила перерыв в работе.
Глаза Вики поползли вверх. Она совсем не понимала решения Оливкина.
- Почему? Я не собиралась в отпуск в ближайшее время!
- С Румынии ты приехала слишком уставшая. Переживала сильно из смерти Марка Эванса. К тому же последнее время ты расслабилась и перестала в полном объёме выполнять работу. Даже отчёт по Румынии ты мне до сих пор сдать не можешь!
- Что касается отчёта, у меня были кое-какие мысли, я хотела сначала всё проверить, а потом писать. А если вы считаете, что я не справляюсь с работой, то что ж, пусть будет по-вашему.
- Очень рад, что ты принимаешь это с достоинством,- обрадовался было Сергей Григорьевич, что бури не будет.
- А кто сказал, что я это принимаю? – Поспешила отрезвить Вика генерала. Девушка встала, гордо подняв голову, наградив мужчин презрительным взглядом, и покинула кабинет, громко хлопнув дверью.
- Несправедливо, - выдохнул Оливкин, откидываясь на спинку кресла.
- Возможно.
- Вика и правда одна из лучших. А её каманда… Таких ещё поискать! Я порой удивляюсь, как это я однажды хотел их всех убить. Маленьких детей, несмышлёных, глупых. Их пытались заставить играть во взрослые игры, а они не наигрались ещё в детские. Но благодаря той школе, теперь им равных нет. Но ты прав, раз Вика начала стрелять в своих, ей нужен отдых. Я дам ей шанс ещё один, а если не исправится, то придётся закрывать её под замок.
Оливкин испытывал сожаление, что так придётся поступить с одной из лучших. Но выбора нет, это долг. Смерть Марка на её плечах.
Михаил же сидел и мысленно радовался, что занимает место Лобовой.
«Прости, красавица, но выживает сильнейший!» Без тени сожаления или горести думал он, перекладывая свою вину на Вику, мысленно моля, чтобы она не узнала истинную причину её отстранения от дел.

После разговора с Оливкиным Виктория не спешила идти домой. Она поднялась в бар, который находился под куполом здания. Это просторное помещение было как место отдыха. В ночное время здесь можно смотреть на звёзды, для этого даже стоял телескоп, а днём и вечером можно спокойно отдохнуть, перекусить, что-нибудь отпраздновать. Но днём в баре обычно мало народу. Справа у стены находилась сцена, где можно попеть, и откуда разносилась весёлая музыка. За барной стойкой обслуживал посетителей весёлый бармен, всегда умеющий поднять настроение, поддержать.
Здесь же находился Андрей Симонов, командир «Бетты». Этого невысокого, с виду невзрачного парня, было не заметить сложно. Он сидел у окна, о чём-то глубоко задумавшись. Растрёпанная причёска, рваные джинсы и футболка со скелетом, придавали ему вид подростка, отбившегося от рук. Смотря на него, улыбку сдержать было невозможно. Вика подсела к нему.
- Откуда это ты? – Спросила она, давя смешки. Этот вид не шёл двадцати двухлетнему парню. Может от того, что Виктория привыкла его видеть в деловом костюме, в очках и с дипломатом в руке.
- Да так, - отмахнулся Андрей, поворачиваясь к девушке. – А ты чего такая кислая? – Заметил он, что Лобова чем-то разочарована.
- Я думала, у нас новости быстрее разлетаются, - скривила она носик. – Меня отправили в отпуск, - сообщила она.
- Это же хорошо! - Воодушевился Андрей.
- Было бы хорошо, если бы не было странно.
- А что странного? Оливкин просто от тебя устал.
- И ты туда же! – Вика обиженно посмотрела на друга. И что такого сделала? Да, привыкла поступать по-своему, но когда это Оливкин был недоволен? Для него важны результаты, а не способы их достижения. Хотя впрочем, способы достижения порой были слишком рискованными, и генерал не раз хватался за сердце, переживая за команду. А отсюда и выговоры. Только до наказаний дела не доходило. И это было делом времени?
- Прости! Так что странного в том, что тебя отпускают в отпуск? – Поинтересовался Симонов, возвращаясь к главной теме.
- Не знаю, но мне кажется в этом замешан Азимут.
- Азимут? Он-то здесь при чём? – Удивился Андрей. – Не думаю, что она стал бы тебе вредить. Помнится, именно он тебя спас, когда всех нас хотели убрать. Тебе не кажется, что глупо предполагать, что сейчас ты ему где-то мешаешь?
- Это было около десяти лет назад. С тех пор утекло много воды. Мы ругались не так редко. Не одна наша встреча не обходилась без стычки, а после Румынии, мне кажется, он вообще меня ненавидит. Его враждебность, неприязнь… Она чувствуется на расстоянии. Я не понимаю, но ошибки быть не может. Он ненавидит меня.
Вика выглядела растерянной. Она, правда, многого не понимала, и не к кому было обратиться за разъяснениями. Оливкин ничего объяснять не станет, а Михаил и подавно. Жизнь принимала новые обороты, слишком резко, чтобы за ними можно было поспеть, и Тори не успевала, останавливаясь на поворотах. При чём ей не удалось ещё преодолеть и первый поворот. А сколько их ещё предстоит?
- Помоги разобраться, - она подняла глаза на Андрея, смотря на него умоляюще. – Сегодня мне придётся сдать пропуск, и я не смогу пройти сюда. А ты сможешь последить за Азимутом. Прошу тебя! – Вика взяла руку парня в свою, едва сжимая.

- Хорошо, - согласился Андрей, вздохнув. Ну, как можно отказать столь милым глазам, смотрящим на тебя с такой мольбой?
- Спасибо! – Обрадовалась Вика, отпуская руку и вскакивая с места. - Я надеюсь на тебя, - сказала она на прощание, поцеловав друга в щёку, и бодрым весёлым шагом направилась к выходу. Настроение заметно поднялось. Теперь можно быть спокойной, - подумала она, мысленно улыбнувшись. Казалось теперь всё будет хорошо.
 

#6
ИВАН
ИВАН
  • Автор темы
  • Магистр
  • PipPipPipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 22 Апр 2003, 17:28
  • Сообщений: 13807
  • Откуда: Москва
  • Пол:
Глава 5
Шанхай

Гостиная нового места обитания Саида аль Рашида, была обделана в чисто китайском стиле, и образ Саида, одетого в национальную арабскую одежду, рассерженного, со страшным шрамом на щеке, делавшего его больше похожим на зверя, не вписывался в гармоничный интерьер, в котором больше хотелось расслабиться и просто наслаждаться спокойствием; распивать чай в приятной компании, философствуя о высоком, а не трястись от страха, что Саид в любой момент может выхватить пистолет и перестрелять виновников своего гнева. А сердился он потому, что трое его подчинённых опять упустили команду Виктории Лобовой с бумагами, за которыми Саид охотится не один год. И когда цель была близка, его люди опять его подвели.
- Как вы могли их упустить! Бестолковые псы! Если бумаги попали к Лобовой, нам никогда их не достать! – Саид ходил по гостиной вперёд-назад, словно измеряя её шагами, время от времени проводя рукой по длинной седой бороде. Его карие глаза, остекленевшим взглядом, смотрели только перед собой.
Очередное поражение от Вики, а победа казалось такой близкой. Но ничего, будет реванш и будет победа! К тому же хороших новостей осталось ждать совсем немного.
Трое мужчин стояли по стойке смирно, не смея шевельнуться, и только глазами водя за Саидом. Им было страшно. Не часто они видели своего генерала таким злым. Совсем молодые, но им могли бы позавидовать некоторые пожилые, сколько они прошли за время своей службы сначала в армии Афганистана, а затем на службе у Саида. Им приходилось часто испытывать страх, и они, как никто другой знают, его нельзя перебороть, можно только спрятать.
- Мы могли бы попробовать исправить ошибку, - проговорил Шамиль Бодрид, самый молодой из троих.
Успокоение пришло быстро, и Саид устроился на кушетке, рядом с телефоном, продолжая тяжело дышать, как признак недавнеего гнева.
- Вам я больше не доверяю, - не стал давать ещё один шанс Саид. – Где этот каратист?
Саид имел ввиду Вей Сонга, недавнее его приобретение. Парень вышел из тюрьмы и не знал куда податься. Саид увидел его в одной из уличных драк и предложил ему работу, на что Вей дал согласие.
Каратиста привели не медля. Вей вёл себя своевольно. Расположившись в кресле и сложив ноги на журнальный столик, он смотрел вызывающе на Саида. Саид отрицательно покачал головой.
- Хорошим манерам тебя не научили. Хорошо, займёмся этим мы, - проговорил он тоном, будто отчитывает маленького ребёнка, но спокойно, не повышая голос.
- Манерам меня будет мама учить, и то с моего позволения, - дерзко ответил Сонг, как бы бросая вызов.
- Хорошо. Мне нравится этот парень, - улыбаясь, произнёс Саид. – Запомни на будущее, мальчик, будешь вести себя так, как тебе скажу я, и не как по-другому,
Он спокойно курил кальян, в то время как двое охранников подошли к парню, подняли его и швырнули на пол, в ноги своего командира. Из уст Вея вырвалось несколько ругательных слов. Он попытался подняться, но подняться ему не дали.
- Твоё первое задание. Есть такая девушка, зовут её Виктория Лобова, - Саид бросил фотографию Вики, - её нужно убрать.
- Русская? – Удивился Сонг, подняв фотографию. А так же удивляясь, что же может связывать влиятельного человека и на вид ещё совсем молодую особу.
- Русская. Как ты убьёшь её, мне всё равно. Желательно, чтобы она умирала медленно и мучительно. Всю необходимую информацию тебе сообщит Самир. Ещё вопросы есть? – Саид в мыслях уже представлял смерть Виктории. Её не будет, и не будет никаких проблем. Михаил сделает всё чёрную работу и тоже отправиться вслед за Викой. Хозяин останется доволен, а Афганистан наконец-то будет устанавливать свои порядки в мире.
- А сколько мне заплатят?
- Сколько заплатят все твои, никто не отнимет, - успокоил парня Саид, но сумму так и не назвал. Сонга увели, а Саид завёл словесную баталию со своим советником.

Этот разговор, сидя в номере гостиницы, прослушивал Александр Слепцов. Он лежал на кровати, уставившись в потолок одним глазом (второй же был закрыт повязкой, а под повязкой, собственно говоря, и глаза-то не было), вслушиваясь в каждое слово, что говорили в наушниках.
Из-за отсутствия одного глаза его наградили прозвищем Слепой. Глаза он лишился пять лет назад в схватке с преступником, имя которого он успел забыть. Но имя нового приобретения Саида от чего-то казалось знакомым.
- Вей Сонг, - повторил он, как эхо, имя посланника Саида. И оно с лёгкостью легло на слух, словно его уже произносил и не раз. Воспоминания пятилетней давности постепенно накатывали, открывая парню, откуда он так хорошо знает это имя.
Каратист, ещё его называли Палач, в своё время был хорошим киллером, равным которому едва бы нашлось. Как позже выяснится, и лучше него есть, но в то время нужен был именно он. В те года большая часть группы «Альфа» обитала в Чечне, и ловить киллера выпало Слепцову, чем он и занялся, не тратя времени. Он его поймал. Пусть не сразу, пусть ушёл год, но поймал. Только Палач не думал сдаваться просто так, и в последний раз оказал серьёзное сопротивление. Всегда готовый ко всему Саша в этот раз что-то не учёл, вследствие чего лишился глаза. Не сказать, что он страдал, что теперь больше похож на пирата, но после того случая больше закрылся, и старательно никого очень близко к себе не подпускает. Исключением была Вика, но только потому, что к ней у него были особые чувства.
План ближайших действий наметился сам собой. Он не может позволить убить Вику, и любыми способами должен остановить Сонга.
Не много времени потребовалось на то, что бы выяснить номер, а затем и вызвать Вей Сонга на встречу.

Небольшое кафе встречало посетителей тихой музыкой и гармоничной обстановкой. Официанты с лёгкостью кружили между столиками, обслуживая посетителей. Администратор у входа с уже привычной маской-улыбкой встречал новых прибывших, и усаживал их за столики. Здесь жизнь шла плавно, иногда казалось, что она остановилась, настолько здесь отсутствовала суета внешнего мира. Это маленький оазис покоя в центре большого города. Люди приходили сюда за покоем, и они его находили. Здесь вели философские беседы о жизни, совсем в ней не разбираясь. И Слепцов от скуки прислушивался то к одним разговорам, то другим, надеясь для себя уловить что-то полезное. Но через пол часа ему стало тошно от этих пустых бесед, которые всё равно ни к чему не приводили. Он даже обрадовался, когда к нему подсел его старый знакомый.
- Ты всё-таки пришёл, несмотря на подозрения, что я опять хочу тебя упрятать.
- В этот раз у тебя на меня ничего нет, - усмехнулся Сонг, закуривая сигарету.
- Ошибаешься. Я знаю, что ты теперь работаешь на Саида, - Александр усмехнулся, увидев, как от удивления вытянулось лицо Сонга. Он явно такого не ожидал. – Как видишь, и меня недооценивать не стоит. Но сейчас речь не об этом.
Слепцов замолчал, тем самым разжигая интерес в Вей Сонге. А тому явно не терпелось услышать, что же хочет ему предложить бывший враг, а может и нынешний. Всё зависит от предложения.
- Да? И что же тебе от меня понадобилось? – С недоверием спросил Сонг.
- Я заплачу любую сумму, какую ты запросишь, только не трогай Вику.
- У тебя не таких денег, каких хочу получить.
- Этого ты знать не можешь. К тому же Саид тоже не заплатит тебе столько, сколько ты захочешь.
Ухмылка исчезла с лица каратиста, и теперь он уже вполне серьёзно смотрел на Александра с долей любопытства. Отрицать, что Саша прав, смысла не было, а значит надо сделать всё, чтобы извлечь свою выгоду.
- Тебе она настолько дорога?
Слепцов замер. Что он может ответить на этот вопрос? Если и честно, только не врагу. А вот себе не помешало было.
- Не важно, - ответил он после недолгого молчания.
- Пусть будет так. Но, знаешь, - на лице появилась мстительная улыбка, - я не соглашусь на твоё предложение только потому, что это предложил ты. Будь на твоём месео кто другой, я бы не раздумывал.
Александр от досады сжал руки в кулак. Стоило догадаться, что именно так и будет. И это не просто каприз, это месть за прошлое, за то, что убил несколько лет жизни, заперев его в тюрьме, разлучив тем самым с семьёй. Но это был приказ, чёрт возьми! Это всего лишь приказ, и тогда никто ему не давал выбора.
- И я сделаю так, что бы в момент, когда она будет умирать, ты оказался рядом. Раз ты хочешь спасти её жизнь, значит, она тебе не безразлична.
Слепцов отрицательно покачал головой:
- Она только друг.
- Друзей терять тоже неприятно.
Саша ничего не ответил. Вот проницательная сволочь! А я-то думал, ему нужны только деньги, думал Слепцов. Но, похоже, ошибся. И эта ошибка может дорого обойтись.
А Вей Сонг, тем временем, сидел напротив, попивая чай, который успел себе заказать, и нагло ухмылялся, не понятно чему радуясь. Это был его ход, с помощью которого он выжмет всё из Слепцова, а потом уничтожит и его. Это будет сладкая месть в его совсем не сладкой жизни.
- В таком случае, разговаривать нам больше не о чем, - поставил точку в разговоре Слепцов. Получилось не так как планировал, но другого и не следовало ожидать. Расплатившись, он покинул оазис спокойствия. Впереди предстояло ещё много дел, и ими необходимо заняться.

Закончив разговор с Генералом, Михаил сразу уехал, не желая ненароком встретить Вику. Познакомиться с командой он всегда успеет. К тому же с кому же с командой он знаком давно. Но они ещё не знают о смене командира. А может и знают, если Вика рассказала.
Машина свернула на аллею перед небольшим одноэтажным домом и плавно затормозила. Вокруг всё поросло травой. Видно было, что за садом давно никто не ухаживал. Но сам дом выглядел довольно прилично: пластиковые окна, красный кирпич казался ещё совсем новым, почти новая ещё не протекающая крыша. На крыльце сидел молодой парень и курил. Несмотря на пасмурную погоду, одет он был в футболку и шорты, а на ногах обычные сланцы.
Увидев машину, он поднялся навстречу.
- Вика увидела бы тебя сейчас на ногах, она бы тебе голову оторвала, - весёлым, но с долей строгости, тоном проговорил Михаил Азимут, когда вылез из машины. Но весёлость была наиграна. Он наделся сразу разрядить обстановку, но ничего не получилось.
- Ты же не привёз её с собой, значит бояться нечего, - ответил Марк несколько грубо. - Ты зачем приехал? - Спросил Эванс ещё более грубо, с неприязнью смотря на Михаила. Азимут облокотился на машину, засунув руки в карманы.
- О, прости! Я не могу приехать к тому, кому спас жизнь? - Задал он вопрос.
- Убить, чтобы потом спасти? Ты думал этим заслужить прощения? - Он продолжал курить, при этом держась за правый бок. На голове тоже была повязка, скрывающая под собой шов на лбу.
- Я не хотел стрелять в тебя, это случайность! Я хотел прострелить замок сейфа, - пытался оправдаться Азимут.
- Ты знал, что это бесполезно.
- Но попробовать ведь можно было, - устало произнёс Михаил.
- А я всю жизнь считал тебя другом, - Эванс направился было в дом, понимая, разговаривать бесполезно. Азимут не признает своей вины.
- Я тоже считал тебя другом. Так неужели ты думаешь, я бы стал стрелять в друга? – Вполне резонный вопрос. В организации не принято стрелять в своих. А к тому же Марк точно не видел, кто в него выстрелил. Только мельком и расплывчато, но так было похоже на Азимута. Чему верить? Интуиции или словам друга? Эванс повернулся к Мише.
- Не знаю. Всё может быть, - ответил он, больше не зная, что думать. Он облокотился на перилла лестницы, держась за бок. Марк ещё не пришёл в норму.
- Долго думаешь здесь отсиживаться? - Решил Михаил перевести разговор на другую тему.
- Не знаю. Может и долго. А что? Мне тут хорошо: тишина, покой, свежий воздух. Мне двадцать шесть, а я ещё не видел нормальной жизни. Новые документы, пластическая операция, и можно гулять. Всё равно все трупом считают. Даже операцию можно не делать. Познакомлюсь с девушкой, женюсь, буду работать в какой-нибудь конторе. Жить, в общем, как все нормальные люди. Надоело уже всё. Мировая организация по борьбе с терроризмом... Смешно! - Марк усмехнулся и тут же поморщился от боли. Усмешка получилась грустной. Как бы ему и правда хотелось нормальной жизни, без всякой стрельбы, опасностей. Жить в одном месте, а не мотаться постоянно по миру в поисках собственной смерти. Не специально они ищут свою смерть, но все понимают, что каждая поездка может оказаться последней.
Парни переглянулись. Они обои мечтали об одном и том же. Но ни одному не удалось ещё осуществить свою мечту. И боялись, что так и не получится. Тем более сейчас, когда давняя дружба дала серьёзную трещину, а каждый выезд стал ещё более опасным.
- Я привёз конверт, - сказал Михаил, прерывая затянувшееся молчание, и выводя себя и Эванса из мира грёз.
- Какой? - Не понял Эванс.
- А говорил, что никогда не забудешь, - укорил Азимут Марка в забывчивости.
- А, это! Давай, - тут же вспомнил Марк. Как он смог забыть про документы, способные перевернуть весь мир? Да, непростительная ошибка.
Михаил достал из машины небольшой пакет и передал его Эвансу.
- Сохрани его, - попросил он.
- Обязательно! Ты не останешься на чай? - Спросил Марк, когда Михаил развернулся, чтобы уйти.
- Не боишься приглашать в дом предателя? - Усмехнулся Азимут, не поворачиваясь.
- А мне терять больше нечего, - Отозвался Эванс. - Яда, я думаю, не станешь насыпать. Пошли. Мне тут вкусные конфеты привезли. Одному их есть скучно.
- Лучше бы конфеты Виктории предложил, - развернулся Михаил, широко улыбаясь.
- А тебе яду? - Усмехнулся Эванс, выбрасывая окурок и смотря на друга.
- Нет, мне чаю, желательно с сахаром. А ещё лучше кофе. Сейчас оно было очень кстати, - ответил Михаил, следуя за Марком в дом.
Они опять смотрелись как лучшие друзья, между которыми никогда не пробегала чёрная кошка. Но о делах, как раньше, они не говорили. Перекинуться несколькими фразами, вспомнить прошлое, помечтать о будущем, пытаясь обойти настоящее, и не вспоминать о возможном предательстве Михаила. Попытаться снять напряжение, остаться собой, и не надевать маску давалось обоим трудно. Эванс не мог забыть предательства, а Азимут хотел доказать, что он не виноват. Но стоило только упомянуть об этом, как тень ложилась на лица обоих, и приходилось менять сразу тему разговора. Но вопрос, кто из них двоих прав, продолжал висеть в воздухе, мешая созданию непринуждённой атмосферы.
Иногда они безудержно смеялись над чем-нибудь, а затем смех резко обрывался, и наступало долгое напряжённое молчание. В этом момент можно было услышать как по окну стучит мелкий дождь, как бы просясь в дом, где так тепло и уютно, а на улице холодно, и никуда не сбежать от этого холода. А дождь тоже хочет спрятаться в тепло от приближающейся зимы, которая буквально наступает на пятки. И вот он пытается привлечь хоть какое-то внимание двух молодых людей, которые так заняты своими мыслями, что совсем не обращают на него внимания. И ему обидно. Он начинает плакать, и обычный грибной дождь превращается в ливень. А вместе с дождём усиливается и ветер, который как бы поддерживая дождик в его стремлении скрыться от холода, заставляет его сильнее стучать по стеклу. Но дождь опять не замечают. Тогда ветер сильнее раскачивает деревья, срывает с них последние листья и разбрасывает по земле, стеля мягкую дорожку для кого-то невидимого, кто может быть сможет разрядить обстановку в доме, и тогда заметят дождь и впустят его. И этот необыкновенный союз дождя и ветра заставил склониться деревья, которые тоже стонали от холода, но им даже нечем прикрыться, и приходится терпеть. А скоро зима. А невидимый, подойдя к дому по дорожке из листьев, которую так бережно выстелил ему ветер, сверкнул молнией и исчез. Парни заметили молнию, а затем и дождь. И дождь, как бы радуясь, что его заметили, веселее застучал по окну. А ветер в честь этого поднял листья вверх, устраивая собственные танцы с дождём. И деревья вновь подняли свои головы, радуясь вместе с остальными. И уже никто не обращал внимания на холод.
- Я поеду. Спасибо за кофе, - Михаил поднялся с места, чтобы покинуть тёплый дом. Напряжение давило слишком сильно, и терпеть уже становилось невозможным.
- Не переждёшь дождь? Погода не на шутку разыгралась, - Эванс кивнул в сторону окна.
- Нет.
- Как хочешь.
- Береги себя. Повоюем ещё вместе, - Михаил ударил Марка дружески по плечу, накинул куртку и вышел на улицу под дождь. Несколько капель залетело в открытую дверь. Дождь добился своего, ему открыли. Теперь он может быть стихнет.
Азимут сел в машину, облокотился на руль, и, не спеша, завёл машину, но не торопился двигаться с места. Во-первых, он не знал куда поедет. Он не был уверен, что хочет возвращаться сейчас в организацию. Дел на самом деле никаких. Главное сделано – он на месте Виктории, а её нет, Доверие Марка возвращено, настоящие бумаги в кармане, осталось переложить их в сейф. Затем получить второй конверт, и дело сделано.
«Теперь, друзья, порезвимся! Даже не стану надеяться, что вы когда-нибудь меня простите и поймёте», - радовался Михаил своим победам за день. Всё оказалось ещё проще, чем он предполагал. Но на душе от сделанного скребли кошки. Но сдаваться уже поздно. Сдаться – это приговорить себя к смерти. Миша вспомнил слова Марка о свободной жизни. «Одна мечта, а пути разные. Может когда-нибудь они пересекутся».
Машина медленно тронулась с места, задев столб и поцарапав крыло, а затем скрылась в пелене дождя, который, похоже, ещё не думал заканчиваться, продолжая танцы с ветром.


 

#7
ИВАН
ИВАН
  • Автор темы
  • Магистр
  • PipPipPipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 22 Апр 2003, 17:28
  • Сообщений: 13807
  • Откуда: Москва
  • Пол:
Глава 6

Сегодня 20 октября и первый день моего отпуска. Какое непривычное слово! Не помню, что бы мне хоть раз давали отпуск. Но на слух оно довольно приятно. Можно спокойно спать ночью и не беспокоиться, что в любой момент тебе могут позвонить. Утром можно нежиться в кровати, не спеша собираться на работу. А потом можно сделать себе кофе, взять ноутбук, и валяясь в постели, пройтись по всевозможным сайтам, до каких не было дела ранее. Днём можно выйти на прогулку, а перед этим часа три перебирать гардероб и краситься. Сходить в парикмахерскую, сделать красивую причёску, может даже отрезать свои длинные волосы и перекраситься из брюнетки в блондинку. Пробежаться по магазинам с подругой, посидеть в кафе, познакомиться с очаровательным парнем, и хотя бы месяц пожить как все нормальные люди.
Можно мечтать и мечтать. И это прелестно!
Что мешает осуществлению мечты? Подруга работает, и в магазин она не пойдёт, а одной будет скучно. К тому же с утра опять идёт дождь. Ноутбук накрылся ещё неделю назад: пролила на него кофе. Лежать долго не люблю из принципа. Долгие годы работы в организации приучили, что если просыпаешься, то вставай сразу, что-то задумал, делай не откладывая. Дурацкая привычка, скажу я.
На часах ещё только семь часов утра, а я сижу за письменным столом, пишу эти строки, а в голове крутится только один единственный вопрос: Почему? Почему именно сейчас меня отправили в отпуск? Почему именно с приездом Михаила это произошло? Что он затевает? Или они затевают? Это уже не один вопрос, но сути не меняет. И как с такими вопросами в голове, можно отдыхать? Оливкин не подумал, что сидеть на одном месте я не смогу. Мне нужно действие. А в финале этого действия Хозяин «за решёткой в темнице сырой», а заодно и вся его команда.
А может забыть, наконец, о работе и погрузиться в отдых? Что мешает собрать сейчас вещи и отправится куда-нибудь на море, на юг, где нет этих холодных дождей, которые льют и льют, и только тоску нагоняют.
Холодный октябрь, как предвестник чего-то страшного.

Вика отложила ручку в сторону, с тоской смотря в окно. Ещё вечером она передала все обязанности Михаилу Азимуту. Она не хотела этого, но её вынудили. Сопротивляться не имела смысла. Приказ подписан, а она перед этим бессильна. Никаких церемоний не было, была короткая записка, что он может приступать к выполнению своих обязанностей, и что мешать она не будет. Каждая буква выводилась с натяжкой. Она заставляла себя писать через силу, желая на самом деле выбросить ручку, порвать на мелкие кусочки лист бумаги и бросить их в лицо Михаилу. Но над ней стоял Оливкин и пристально следил за тем, чтобы она не написала какую-нибудь глупость. Единственное, что придавало сил, это обещание Андрея. Виктория надеялась, что он сможет выяснить, что же задумал Азимут. А пока ей приходилось мириться с тем, что есть.
Телефонный звонок вернул в реальность. –
- Тори, нужно поговорить, - раздался в трубке обеспокоенный голос Слепцова.
- Хорошо. Ты где? – Спросила она. Внутри поднималось беспокойство, словно переданное Александром. Интуиция будто кричала, что ничего хорошего она не услышит.
- Я около универмага недалеко от твоего дома. Жду тебя в машине, - и Саша отключил телефон.
Виктория стала собираться быстро, сбрасывая на ходу домашний халат и одевая первое, что попадётся под руку. Сиреневая блузка, лежавшая на кресле, джинсы, находившиеся тут же. Всё подчёркивало модельную фигуру девушки. Длинные чёрные волосы она заколола заколкой, на ходу обувая туфли, и тонкий плащ, который мог спасти от промокания, но не от холода. И в таком виде девушка выбежала из дома. Автоматический замок сразу же захлопнулся, не требуя дополнительных действий.

Холодный октябрьский дождь моросил по стеклу машины Александра Слепцова, а он смотрел перед собой в одну точку одним глазом и словно ничего не замечал. Второй глаз закрывала чёрная повязка, которая делала Александра чем-то похожим на пирата. Образ дополняли трёхдневная щетина, слегка потрёпанная одежда и порядком уставший вид, Он сидел ссутулившись, облокотившись на руль, от чего его широкие плечи казались немного уже, а правильная осанка уже не выглядела такой правильной.
Рядом сидела Вика, держа на коленях ноутбук, и уже несколько раз подряд просматривала одно и то же видео. На видео показывали Вику, стреляющую в Марка. Здесь же находился Михаил. Но и Марк, и Миша, стояли спиной к Вике и не видели момент выстрела.
- Этого не может быть! Я не стреляла! Я… я не могла этого сделать! – Не верила своим глазам Виктория. Всё казалось невероятным. Она прокручивала в голове момент своего появления в комнате с сейфом. На полу лежал без сознания Марк Эванс, истекающий кровью, рядом с ним сидел Михаил. Лица его Вика не видела, но догадывалась, с какой болью смотрит на друга Азимут. Она точно помнила, что ни в кого не стреляла.
- Я очень надеюсь, что это не ты. Но видео…
- Ты веришь какому-то видео? А мне, неужели нельзя для начала выслушать меня? – Виктория срывалась на крик, больше не в состояние сдерживать холодное спокойствие.
- Прости, я должен был сразу тебя выслушать. Но я сам был в недоумении, когда утром это обнаружил в почтовом ящике. И насколько я понял, прислали не одному мне.
Саша находился в растерянности. Подобного разворота событий он не мог представить в самом страшном кошмаре. Но это случилось. Кто-то намеревается опорочить репутацию Виктории и, возможно, закрыть её.
- Когда я вошла в комнату, Марк уже лежал на полу, а Миша стоял рядом. Я не стреляла, понимаешь? – Вика всё боялась, что Александр ей не верит, и она хотела убедить его в том, что не виновата.
- Я верю тебе, - Саша повернулся к Виктории и взял её за руки. - Мы вместе выясним, кто пытается тебя подставить.
- Это будет сложно. За свою жизнь я нажила больше врагов, чем друзей. Да и команда больше мне не верит, - Лобова отвернулась, уставившись невидимым взглядом в окно. Годы работы в один миг превратились в ничто.
- Но ведь и друзья остались, - улыбнулся Саша, ободряюще.
- Что ты узнал про Саида? – Не стала развивать тему друзей Вика. Довольно болезненная тема, учитывая, что, скорее всего, друзья повернуться к ней спиной.
- Он отправил за тобой каратиста, чтобы тот убил тебя, - поморщился Слепцов, вспоминая Вей Сонга. Как жаль, что не удалось договориться…
- Когда?
- Он должен был вылететь час назад.
- Час от часу не легче, - вздохнула Вика, откидываясь на спинку кресла.
- Это уже не игра.
- А когда это мы играли? – Вика усмехнулась. Игры закончились давно, а это уже жизнь, холодная реальность, в которой либо тебя убьют, либо ты убьёшь. Но она готова была принять такой ход событий.
- Война так война. Ты со мной?
- Конечно! – С готовностью согласился Слепцов. – Я отвезу тебя в место, где ты будешь в безопасности.
Девушка фыркнула.
- Я не собираюсь прятаться. Думаешь, я боюсь какого-то каратиста? – С вызовом бросила Виктория. Что угодно, только не прятаться. Она не привыкла убегать от проблем, и в этот раз делать исключения не собиралась.
- Они послали Вей Сонга. Я охотился за ним пять лет назад, и можешь мне поверить, недооценивать его не стоит, - предупредил Вику Александр. – В те времена его называли Палачом. Так что, мой совет, будь осторожна.
- Спасибо, что предупредил, но если я спрячусь, это ещё больше подтвердит мою вину. Так что, не пытайся меня отговорить, - Вика решительно закрыла ноутбук. Смотря на неё, Саша понимал, что её не переубедить. Упрямству Лобовой можно позавидовать.
«Только бы ты не делала глупостей», - подумал он с горечью. Скажи он это вслух, слова всё равно не достигнут адресата.
Тем временем на улице начал стихать дождь, только ветер продолжал бушевать, заставляя людей прятаться в домах.
- Ты куда сейчас?
- Не знаю. Возможно, домой, - неуверенно ответил Виктория.
- Тебя подвезти?
- Нет. Я позвоню тебе.
Вика вышла из машины, а Слепцов остался один. Он некоторое время смотрел ей вслед, думая о том, что несправедливо, что такая девушка должна переживать столько всего. Ей бы, да и не только ей, спокойно бы жить.
Ход мыслей прервал телефонный звонок.
- Слушаю, - поднял он, нехотя, трубку. Звонили с номера, с которого он меньше всего хотел, чтобы ему звонили в ближайшее время.
- Слепцов? – Раздался голос в трубке.
- Да.
- Тебе есть работа, - и трубку бросили.
Бросив телефон на сиденье рядом, Саша тронулся в путь.
Автомобиль нёсся по улицам города, не разбирая дороги, едва не сбивая людей. Слепцов торопился, как и всегда, когда ему звонила Вика. В этот раз была не она, но старая привычка никуда не могла исчезнуть со сменой командира. Последний поворот, разворот на сто восемьдесят градусов, и машина на стоянке. Благо рядом никого не было. Хотя свидетели и были, но привыкшие видеть такую картину, они быстро вернулись к своим занятиям, а Саша закрыл машину и отправился к новому командиру.
- Что за работа? – Сразу спросил Саша, стоило только ему открыть дверь кабинета «Альфы» и увидеть за столом Михаила.
- А здороваться не учили? Отдать честь, например? Или Вика вас ничему не научила? – Азимут открыто развлекался. С самого вечера он только тем и занимался, что наслаждался своим назначением, издеваясь над командой, разжигая в ней жажду ненависти к себе.
- Так что за работа? – Повторил вопрос Слепцов, не думая реагировать на издевательства нового командира.
- Арестовать Вику, - произнёс Михаил, с наслаждением наблюдая за реакцией Александра. – Ты же видел видео. Его получили все, и я в том числе. Ты же должен понимать, что убийца не может оставаться на свободе, - нарочито медленно говорил Азимут, растягивая слова. Его глаза горели диким огнём.
Слепцов замер от такой новости, но выражение его лица не изменилось, только смятение мелькнуло в глазах. Внутри всё сжалось. Вот и приказ, который он не может выполнить. С одной стороны долг, с другой - обещание. Конечно, он выберет обещание. Но придётся делать вид, что готов исполнить долг.
- Хорошо. Я приведу её, - согласился он, глотая проклятья в адрес Азимута.
- Ты пообещал, - опять заулыбался Михаил.
- Это не обещание, это только работа, - бросил Александр. На этом разговор окончился. Саша боялся
- Вот и отлично. Ещё немного и я получу желаемого, - без тени улыбки на лице произнёс Азимут. После того, как Слепцов покинул кабинет, он пододвинул ближе телефон, набрал несколько знакомых цифр, и сказал в трубку только одну фразу:
- Скоро Вика будет у тебя, - а затем бросил трубку.
Цель скоро будет достигнута. Скучно. Я думал, будет сложнее. Главное цель, а средства достижения не имеют значения, - Михаил сжал в руке кулон, ломая его на две части. – Знали бы вы, кем я стал, вы бы никогда его мне не отдали.
Маленькая фотография, на которой изображалась молодая счастливая пара на берегу моря с младенцем на руках находилась в одной из половинок кулона. Миша извлёк её оттуда и бросил в пепельницу, затем зажёг спичку и бросил её туда же. Если я когда-нибудь смогу вернуть свою честь, а я сомневаюсь, что получится, память о вас останется в сердце. А фото это только миг, - мысли уносили его далеко в прошлое, пока он смотрел, как маленькое фото растворяется в пламени.


Домой Виктория, как и собиралась, не пошла. Прямой дорогой она отправилась к Дмитрию Матвееву. Он жил как раз не далеко, в небольшом переулке. Около ворот стоял его БМВ, ворота гаража открыты нараспашку, а из-за комода выглядывала голова парня. Вика обрадовалась, что застала его дома, но стоило ей подойти ближе, как радость исчезла.
- Что ты здесь делаешь? – Задал вопрос Дмитрий, выходя навстречу девушке в грязном комбинезоне с гаечным ключом в руке. На лице несколько пятен мазута. Не трудно было догадаться, что он опять занимается ремонтом машины. В гараже стоял старенький запорожец, который он всё пытался обделать в современном стиле.
- В гости пришла. Неужели теперь это запрещено? – Вика старалась вести себя непринуждённо, но это было не просто от чувства, что что-то не так.
- Мы получили приказ арестовать тебя, - сообщил Матвеев с некоторой горечью. И тем не менее пока не спешил выполнять приказ.
- Ты выполнишь его? – Спросила Тори, облокачиваясь на машину и скрещивая руки на груди. Из-за отсутствия зонта Вика промокла. Тонкий плащ практически не защищал, а туфли, обутые в спешке успели промокнуть. Но тем не менее он практически не чувствовала холода. Было то, что беспокоило гораздо сильнее.
- Тебе нужно уходить. Тебя уже ищут. Только недавно обыскивали твою квартиру…
- Что? – Возмущённо вскрикнула девушка, не дав договорить. – Да как они смеют лазить в моих вещах!
- Теперь это не важно. Появляться тебе там нельзя. Уезжай, - посоветовал Дима, возвращаясь к запорожцу.
- Если не собираешься меня сдавать, помоги мне, - произнесла Лобова, надеясь, что найдёт сторонников, которые помогут ей.
- Я не могу, - ответил Матвеев, не поворачиваясь.
- Почему? – Просто спросила Тори. За последние сутки она устала задаваться этим вопросом, но каждый раз он возникал сам по себе.
- Боюсь, тебе будет хуже.
- Хуже уже не будет. Хозяин не успокоится пока не получит то, что хочет. Я ему перекрываю кислород, а, значит, он сделает всё, чтобы меня убрать. Но прежде чем он это сделает, я хочу уничтожить бумаги. Одной мне не справится.
- Ты и сейчас думаешь о бумагах, а не о том, как сохранить жизнь, - упрекнул девушку Матвеев. Но уже готов был дать согласие помочь Виктории.
- А «жизнь… такая пустая и глупая шутка…» - процитировала она Лермонтова, едва заметно улыбаясь, тем самым говоря, что за жизнь не имеет смысла бороться. Улыбка вышла горькой и неестественной. Улыбаться причин нет. Хотя почему бы не посмеяться в лицо смерти? Может, когда встретит, обязательно посмеётся.
- Пошли в дом, там и поговорим, - пригласил Дима в дом Викторию, открывая перед ней калитку. Ворота гаража он оставил открытыми, оставив всё так, как было в момент ремонта машины.
Через час Вика, закутанная в плед, сидела в уютной гостиной, обогретой камином. Устроившись в кресле с чашкой кофе, она поведала Дмитрию о том, что знала.
- У меня есть подозрение, что всё начал Азимут, и работает он с подачи Саида. За последний год, если мы работали вместе, дело заранее проиграно. В этот раз ты успела забрать бумаги, и он решил отомстить. К тому же ты мешаешь Саиду и Хозяину. Испортила им не один план, - сказал Дима, когда Виктория закончила свою краткую исповедь.
- Не я одна. Не забывай, мы работали все вместе, - поправила друга Виктория.
- Верно, значит и мы на очереди. Но нас не тронут, пока мы нужны. Вот так из лидеров превратились в пешек, - горько усмехнулся Матвеев. Вика не могла с ним не согласиться. Прав как никогда. Их группа считала лучшей, а теперь ими собирались вертеть как пожелают. А они, если не выполнять приказы, то хотя бы создавать видимость, что выполняют.
- Вернём мы своё положение или нет, зависит от нас.
- Кто ещё с нами? – Поинтересовался Матвеев.
- Слепцов.
- Ты ему веришь?
- Верю, - ответила девушка.
Такой ответ несколько удивил Матвеева. Ему казалось, что Вика не кому не верит. Но видать для кого-то бывают исключения.
Слепцову Тори верила как ни кому. И верила, что в его загадочной молчаливой натуре кроется кто угодно, только не предатель. К тому же его дружба проверена годами. Собственно говоря, она верила всей своей команде, но некоторые из них способны на предательство. Винить их не за что, этому их научила работа. Дело превыше всего. Для них это нерушимый закон. Так что Вика ждала, что не все встанут на её сторону. Но надежда умирает последней, и она надеялась, что команда её поддержит.
- Я позвоню Слепцову, скажу, что ты у меня. Ты же наверняка не сказала ему, что идёшь ко мне, а заодно налью тебе ещё чаю, - забрав пустую чашку, он вышел из гостиной. Поначалу Вика не обратила внимания. Решил позвонить, так пусть звонит. Но глаза наткнулись на телефон. Зачем идти куда-то, если можно позвонить отсюда? Тори испуганно покосилась на дверь. Только этого не хватало! – Как озарение возникло в голове. Она захотела подойти к двери и подслушать разговор, но Матвеев вернулся с горячим чаем.
- Позвонил. Он скоро подъедет, - сказал он, ставя чашку на стол и садясь в кресло.
- Не стоило ему звонить. Я бы потом сама с ним связалась, - произнесла Тори, пряча глаза под длинными ресницами.
- Не хочу от него потом получить. Ты же знаешь, его беспокойство за тебя порой переходит все границы, - улыбнулся Матвеев. Но от этой улыбки Вика наоборот сжалась. Опять интуиция нашептывала о чём-то плохом.
Дима, только не ты. Пожалуйста, не говори, что ты меня предал, - молила Тори, сжимая в руке чашку с чаем.
- Привет. Спасибо, что позвонил, - в гостиной появился промокший насквозь Слепцов. Виктория облегчённо выдохнула, интуиция ошиблась.
- Всегда пожалуйста, - весело ответил Матвеев. – Уезжайте, скоро приедет Азимут.
- Ты и ему позвонил? - Дёрнулась Вика, разлив чай.
- Нет, это он мне позвонил. Вик, я привык, что мной командуешь ты, и не хочу подчиняться кому-то другому. Идите уже, у вас мало времени.
Дмитрий помог собраться Виктории и вывел пару к чёрному ходу.
- Увези её как можно дальше, - сказал на прощание Дима и захлопнул дверь.
- Я не собираюсь прятаться! – Возмутилась Вика.
- А я хотел тебе предложить поездку во Францию, - разочарованно протянул Слепцов. Вика улыбнулась, соглашаясь на такое маленькое путешествие. Хоть на какое-то время сбежать от дождей и ветров в тёплом уголке на юге Франции.
 

#8
ИВАН
ИВАН
  • Автор темы
  • Магистр
  • PipPipPipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 22 Апр 2003, 17:28
  • Сообщений: 13807
  • Откуда: Москва
  • Пол:
глава 7

- Не плохая работа. До этого результаты были хуже, - говорил Саид, рассматривая конверт, что только что передал ему Азимут. Он был запечатан, и в таком виде его собирались передать Хозяину. Но пока аль Рашид не спешил с ним расстаться.
- Теперь ты выполнишь обещание? - Спросил Михаил, сидя в кресле напротив Саида. Обещание заключалось в возвращение работы родителей и всего их имущества, отобранное, когда они согласились работать на Хозяина. Что их сподвигло согласиться работать на такого человека, осталось тайной, которую Михаил пытался разгадать не один год. В чём конкретно заключалась их работа, он тоже не знал, но догадывался. Последние пять лет жизни они работали над биологическим оружием. Возможно, они создали действительно что-то стоящее, и их сын считал обязанным присвоить это себе.
- Обещание? – Удивлённо спросил Саид. – Ах, да, помню. Но я смотрю, ты сорвал кулон, поэтому не посчитал нужным выполнять твою просьбу.
- Что? – Сорвался с места Азимут.
- Твоя работа ещё не окончена. Где вторая половина бумаг? - Саид оставался спокойным, никак не реагируя на гнев и возмущение Михаила. Он даже не поднимал на него глаза, продолжая вертеть конверт в руках, ища признаки подлинности документов. Он должен быть уверен, что это не подделка.
- Мы ищем, - успокоился Азимут и вернулся на место. Но настроение было уже не то, что вначале встречи.
- Ищите. Лобова больше не мешает?
- Нет, она исчезла с горизонта. Уже как неделю о ней ничего не слышно. Думаю, беспокоится не о чем.
- Я бы так уверен в этом не был, - засомневался Саид в словах Миши. Он бросил конверт в сейф, закрыв его на ключ, и вернулся в своё кресло. Похоже, было на то, что сомнения в подлинности пропали.
Михаил сидел, слегка опустив голову, пряча ненавидящий взгляд. Приходило понимание, что всё напрасно. Работа родителей, на которые они потратили годы, возвращена не будет, а сами они погибли зря. Как можно было надеяться на другой результат? Вроде не наивный ребёнок. По привычке он хотел сжать кулон, но рука скользнула вниз. Его больше нет, он уничтожен. Своими руками погубил всё: карьеру, родителей, жизнь. Не только свою жизнь, но и других. Собственно говоря, о погубленной жизни других он беспокоился мало.
- Если Хозяин посчитает нужным, тебе всё вернут. А жаль, особняк в пригороде Сиднея мне нравился.
- Забирай, - безразлично бросил Азимут, поднимаясь.
- Уже уходишь? Можешь идти, но тогда ты потеряешь то, положение, что есть сейчас. Тебе же нравится, что люди твои пешки, игрушки в твоих руках. Не стоит это отрицать. Ты тех же кровей, что и мы.
Миша замер. Что говорить, Саид прав. Слова больно кольнули по самолюбию, но и не стоило отрицать сказанное.
- Что ты от меня хочешь? Я делаю всё, что скажешь. Я тоже пешка, как и они, как и ты.
Больше не говоря ни слова, Азимут покинул кабинет. Путь никто не преграждал, и он спокойно смог покинуть дом террориста. Гнев раздирал душу, но выплеснуть его нельзя. Короткий разговор закончился неудачно, но он не освобождал Михаила от его обязанностей перед Хозяином.
- Когда-нибудь я сам стану королём этого мира, - произнёс он вслух, отъезжая от дома и бросая косой взгляд на дом, словно слова обращены к Саиду. Частично так оно и было.
Саид же остался в кабинете, только усмехнувшись на слова Азимута.
- Я не пешка.
- Ты моя левая рука, и не забывай об этом, - дверь открылась, и вошёл Хозяин. Это был крупного телосложения человек, одетый в чёрное свободно одеяние, скрывающее фигуру, и в маске, под которой пряталось лицо. Его голос, как приятная музыка, ложился на слух, заставляя невольно прислушиваться и верить. И этим голосом он поддерживал в своих подчинённых иллюзию, что они находятся на равных с ним, а на самом деле они были только средством достижения цели, то есть простые пешки, которые он убирал как только они становились не нужны.
Увидев гостя, Саид поднялся навстречу.
- Я не ждал вас сегодня, - засуетился он вокруг Хозяина.
- Я знаю. Во внезапном появлении есть своя прелесть. Но ты и сам должен это понимать, так что мы, не теряя времени, перейдём к главной цели моего визита. Чем порадуешь?
Хозяин расположился на кушетке, скрестив ноги и сложив руки на коленях. Под его маской нельзя рассмотреть его выражение лица, и Саида это пугало. Он не знал чего ждать, и приходилось только предполагать реакцию на ту или иную новость.
- Мне передали первую половину бумаг. Хотите взглянуть? – Спросил Рашид, готовый достать конверт из сейфа.
- А вторая половина?
- Ищем, - ответил мусульманин.
- Плохо. Должны уже найти, - не оправдал ожидания Саида Хозяин. Тот ждал совершенно другого ответа.
- Скоро найдём. Нам больше никто не мешает. Азимут задействовал все возможные силы. В ближайшее время бумаги будут найдены.
Не смотря на попытку заверить Хозяина, что всё будет так, как сказано, было не похоже, что Хозяин поверил. А его действительно мучили сомнения. Он не верил Саиду, а тем более подобным заверениям.
- Хорошо. Я даю вам ещё месяц. За месяц вы должны закончить поиск бумаг, - сказал он. Ему надоело ждать. К цели идёт не один год, а всё не сдвинулся с места. Сколько можно? Тем более все преграды убрали, так почему нельзя сделать решительный ход? Но этот ход рискованный. Если российский филиал удалось вывести из строя, то другие не дремлют. Но обвести их вокруг пальца так просто, что стоит поражаться их глупости. Сколько групп удалось убрать, и сколько уберёт, пока достигнет желаемого. Слабое место есть у всех, а найти его – дело времени.
- Месяц, это крайний срок. Не сделаешь, как сказал, я найду тебе замену, - пошёл на угрозу Хозяин. Подобный ультиматум вынуждают ставить собственные же люди. Но без этого никак, стоило только увидеть, как побледнел Саид. И всё-таки он всё понимает, - подумал террорист, пряча самодовольную улыбку под маской. И откуда эта страсть смотреть на испуганные лица людей? Сколько можно увидеть чувств, стоит только упомянуть об угрозе смерти! Чего её бояться? Переход в новый мир. Душа продолжает жить в ином мире, продолжает существовать без тела, так же чувствуя. Даже чувствуя и зная больше, чем находясь в телесной оболочке.
- Я сам со всем справлюсь, можете мне поверить! – Пролепетал Саид, испугавшись угрозы. Знал, что его не отпустят просто так, его уберут, а умирать в его планах нет. Он очень любил жизнь во всех её проявлениях, тем более занимаемое им место стоит дорого. Оно досталось ему не просто. Пришёл в армию простым рядовым, неопытным мальчишкой. Он боролся за свою страну против СССР, а когда они ушли, то радовался такой маленькой победе. Но война не была завершена. Ещё многое стоило преодолеть. Он учился быть настоящим бойцом, безжалостным, бесстрашным, но его подвела страсть к деньгам. Он уже был в звании генерала, когда на него вышел Хозяин. Ему предложили хорошие деньги, райскую жизнь и власть. Много власти, что позволит ему удовлетворить своё честолюбие.
Эта была призрачная власть, но он всегда это отрицал, хоть и понимал. Он показывал себя перед подчинёнными злым и бессердечным, а сам боялся Хозяина.
- Я верю, но ты подписался сам. Не подведи меня, - словно просьба, но с нотками угрозы. Теперь не отвертеться, надо как-то выкручиваться. Но что делать? Главное, чтобы не подвёл Азимут.
После недолгого прощания, гость ушёл, а Саид попытался дозвониться Михаилу, но в трубке приятный женский голос повторял одно и то же: «абонент временно недоступен или находится вне зоны доступа сети. Попробуйте перезвонить позднее». Нужно действовать быстро и решительно, но действие без нового командира «Альфы» не возможно.
- Пришлите мне сержанта Бодрида, - отдал распоряжение он охраннику за дверью. Тот, отдав честь, отправился на поиски. Через некоторое время Шамиль Борид появился в кабинете Саида и стоял перед генералом по стойке смирно в ожидании приказа.
- Ты хотел исправить свою ошибку? – Для начала спросил генерал. Он вновь сидел в кресле за рабочим столом, и выглядел так, словно и не было встречи с Хозяином.
- Если позволите, - незамедлительно ответил сержант, готовый тут же приступить к исполнению.
- Найди Азимута и проучи его для начала, а затем приведи ко мне, желательно живого.
- Есть, генерал! – Отдав честь, он ушёл на поиски Михаила. Только где его искать, он не представлял.
А Азимут в это время лежал на кровати в номере гостиницы, где недавно жил Слепцов. В комнате ещё остались признаки того, что отсюда велось прослушивание, ещё кое-что валялось из аппаратуры. Можно подумать, в номер не заглядывала горничная, хотя уже прошло достаточно времени после ухода клиента. Дешёвая гостиница и дешевое обслуживание. М-да, можно было выбрать и что-нибудь лучше. Ни чем не примечательный одноместный номер, окна закрывали простенькие шторы с цветочным узором, в углу телевизор, у стены, напротив кровати, шкаф для вещей, в метре от телевизора кресло, а около кровати стояла комод, на нём светильник, книга, забытая кем-то и открытая на сто сороковой странице. Обычный роман, рассказывающей о жизни двух девушек, которые из жизни привилегированных особ опустились до проституток. Прочитав пару страниц, Михаил положил её обратно. Такие книги читать он не любил, даже презирал, как и тех, кто их пишет. Было смешно представить, что её читал Слепцов. Нашёл время!
- Что он узнал? И почему ничего не сказал мне? Стоит задать ему эти вопросы при следующей встречи. Если бы он узнал, что и я работаю на Хозяина, он бы не стал молчать. Узнать бы кто Хозяин… - рассуждал он вслух, изучая потолок. Там ничего примечательного не было. Потолок покрыт обоями с цветочками под цвет штор, а может шторы подбирали под цвет обоев. Эти обои не успокаивали, а раздражали, как и вопросы без ответов. Надо многое сделать, прежде чем раскроют. Кажется, уже сам запутался в себе. Оставалось слушать только себя, но внутренний голос как назло молчал, не желая ничего говорить и хоть как-то помочь. А зная, что у Хозяина грандиозные планы, Михаил догадывался, что его в покое не оставят. Нужно собирать команду и заниматься промывкой мозгов. Если бы это было так просто… Слепцов пропал, Матвеев и Кошкина отправились на поиски Вики, Румянцевы тоже в поисках беглянки. Остаётся Эванс, но, если узнал, что ему передали фальшивые бумаги, теперь ненавидит его ещё больше. Значит, команды нет. Остался один, как и тогда, в детстве. Одинокий мальчик, сидящий на берегу моря и строящий замок. Он совсем один, родители опять в командировке, бабушка занята работой. Заниматься им больше не кому. Няня? Ей не до него, она сидит в шезлонге и читает очередной задушевный роман, в конце которого обязательно расплачется. А мальчик грустно смотрит на неё, и глазами просит поиграть с ним. Но она не замечает. И ему ничего не остается, как играть одному. Он строит замок, о котором мечтает, где будет жить с родителями, и они не будут больше уезжать, и закончится этот бесконечный поток нянь-однодневок, которым дела нет до чужого ребёнка. Они в конце получат деньги и уйдут. Бабушка перед сном почитает сказку и оставит на ночь одного. Она швея, и ей поступает очень много заказов, над которыми бывает работает и ночью. На следующий день начнётся всё с начала, по тому же кругу.
Грустно было об этом думать… Рука дёрнулась, и замок сломался. Миша растерянно на него смотрит. Надо начинать теперь сначала.
- Можно я буду играть с тобой? – Мальчишеский голос за спиной напугал. Мальчик обернулся. Голос принадлежал соседскому ребёнку. Он раньше никогда не подходил и не здоровался. Всё, что знал о нём Миша, это он живёт с бабушкой, у него есть мать, но сам Михаил её никогда не видел. Существовал такой некий мифический призрак: она есть, и в то же время её нет. Как похоже! Но ему зато не нанимают каждый день новых нянь. Вот и на прогулку он вышел с бабушкой. Она расположилась не далеко и присматривала за внуком.
- Можно, - пожал плечами безразлично Миша, отодвигаясь в сторону. Он недоверчиво косился на мальчика, ожидая подвоха. Не верил он людям уже в 7 лет.
- Меня Марк зовут, - представился сосед, протягивая руку и дружески улыбаясь.
- Миша, - ответил на пожатие младший Азимут и тоже улыбнулся, правда, сдержанно.
- Пусть замки девчонки строят, а давай поиграем в войну, - задорно предложил Марк. Миша удивлённо открыл рот. Он никогда не играл в эту игру, было не с кем, да и бабушка всегда говорила, что война это плохо.
И вот война превратилась в жизнь. Строить замки на песке действительно было глупым занятием, реальность оказалась гораздо суровее, и с ней не поспоришь. С того дня Михаил уже не был одинок, и, осознавая сколько ошибок совершил и сколько совершит, это далёкое чувство одиночества проявляло себя опять. Как в те 7 лет, до знакомства с Марком, ставшим ему другом на долгие годы. А он вот так просто уничтожил эту дружбу. Жизнь научила, что надо быть только за себя, а друзья ничто. Но как оказывается, друзья значат куда больше.
- Поэтому Вика и выживет, потому что она не одна, - грустно усмехнулся Азимут. Он не верил, что Вики больше нет. Если о ней ничего не слышно, это не значит, что она мертва. Внутренний голос упорно твердил, что она ещё проявит себя и испортит не один план. Рушит замки один за другим, не задумываясь о том, что губит жизнь. А сколько эта жизнь загубила таких же ни в чём не повинных жизней? Чёрт! Это бесконечный круг, из которого не выбраться. Они будут бегать по кругу ещё долго, прежде чем найдут разлом, и бег остановится.


- Как только я найду её, я сначала задам ей хорошую трёпку, а потом задам пару вопросов! Ну как она могла! Я до сих пор в это не верю. Если что-то не устраивает и появились какие-то планы, могла поделиться с нами, - возмущалась Аня Кошкина на весь гостиничный номер. Она то садилась на кушетку, то вскакивала, то опять садилась, и так бесконечно. Она не могла сидеть на месте от раздиравшего её гнева. Её подруга, мало того командир, вдруг убивает друга и соратника по заданию. Такое не укладывалось в голове.
- Аня, я понимаю тебя, но будь добра, сиди спокойно, от того, что мельтешишь, голова уже идёт кругом.
В отличие от Ани, Дима сидел спокойно и наблюдал за подругой. Он-то знал, что Вика никого не убивала и отдыхает себе сейчас в компании Слепцова на берегу моря, но рассказывать об этом не имел права.
- Да тебе плевать на неё! За время нашей поездке ты всегда вёл себя так, будто тебе безразличен результат наших поисков! – Взъелась Кошка на Матвеева.
Лучше бы молчал, - вздохнул парень. И правда, лучше было бы рот держать на замке, так как Аня разразилась длинной тирадой о том, какой Дима плохой друг, и что кроме машин его ничего не интересует.
- И вообще, тебе девушка не нужна, потому что у тебя машина есть, - закончила девушка свою длинную эмоциональную речь.
Ну, это было слишком. Последняя фраза просто убивала. Если она так думает…
Дима резким движением притянул к себе Аню и начал целовать. Страстно, проникновенно. Для Кошки это оказалось неожиданно, и первая её реакция была удивление, а затем она начала яростно сопротивляться. Она не слабая беззащитная девушка и вскоре была уже на свободе, прожигая гневным взглядом Матвеева.
- Ты… что… творишь?.. – задыхалась она.
- Прости, но сама напросилась. Хотел доказать, что меня не только машины интересуют, - ухмыльнулся Матвеев. Но под этой ухмылкой пряталось непреодолимое желание продолжения. Но рассчитывать на то, что оно последует, не приходилось.
- Доказывай на ком-нибудь другом, - прошипела Аня, и, хлопнув дверью, выбежала из номера.
Оставшись один, Дима развалился на кровати и закрыл глаза. Впереди ночь, но сон не шёл. Морфей никак не хотел забирать его в своё царство, зато фантазия решила поиграть, подбрасываю образы всевозможных продолжений поцелуя. Парень ворочался, стараясь избавиться от этих фантазий. Не потому, что ему неприятно, а потому, что Аня не согласится с ним быть. И только три часа спустя Морфей сжалился над Дмитрием.
Аня, добежав до лифта, остановилась. Куда идти? Она зайдёт в лифт, спустится, выйдет на улицу, дорогая поведёт куда-то в неизвестность, дойдёт до бара в конце улицы, зайдёт туда. Ничего такого, чего не видела. Громкая музыка, толпа посетителей: кто-то стоит группами, кто-то танцует, дёргаясь в такт музыке. Несколько парочек уединились по углам. У барной стойки одно свободное место. Девушка едва его успевает занять, подарив милую улыбку симпатичному парню, который чуть не занял место секундой ранее, не замечая, что к этому же месту приближается девушка. Он одаривает её не менее приятной улыбкой.
- Что будите пить? – Спрашивает он, не отрывая глаз от Ани.
- Текилу, - отвечает она, кокетливо улыбаясь. Закинув ногу на ногу, она в пол оборота поворачивается к парню.
- Две текилы, - говорит он бармену. – Максимилиан, можно просто Макс, - представляется он, сохраняя на лице улыбку, глазами поедая девушку. – А Вас как, прекрасная незнакомка? – спрашивает и целует руку. Подали текилу, и он сделал небольшой глоток.
Аня собралась было представиться, но внезапный возглас, разнёсшийся чуть ли не на весь бар, не дал ей назвать себя.
 



Ответить


  

0 посетителей читают эту тему: 0 участников и 0 гостей