Перейти к содержимому

Телесериал.com

Самый родной и любимый (Мейсон и, конечно, Мэри, а также СиСи, София, Идэн, Круз, и некоторые новые лица...)

Последние сообщения

  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 499
#11
elrisha
elrisha
  • Автор темы
  • Участник
  • PipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 14 Мар 2010, 20:57
  • Сообщений: 250
  • Пол:
Глава XIII – Первенец





Если бы сейчас, спустя 30 с лишним лет после всего произошедшего, кто-нибудь потребовал от Памелы Пэперидж Конрад Кепвэлл дать однозначный ответ на вопрос, кого она любила больше – Ченнинга Кепвэлла или Гранта Кепвэлла, она бы не справилась с этой задачей. Это ей было просто не по силам – она никогда не знала ответа на этот вопрос.

Памеле часто хотелось вернуться назад – в то время, когда ей только должно было исполниться 18, и ее, цветущую девушку, богатую наследницу с прекрасными перспективами на будущее, провожали взглядом все без исключения мужчины.

Однако братья Кепвэллы навсегда переменили ее жизнь: умный, чуть нагловатый, безмерно щеголеватый и склонный к рискованным, необычным поступкам Грант был мало похож на знающего себе цену, аристократично-хладнокровного, элегантного, обладающего тонким чувством юмора Ченнинга. Но они ей нравились оба. С Грантом она чувствовала пульс жизни со всеми ее соблазнами и возможностями, на которые так бывают щедры молодость и большие деньги. Ченнинг же, одним своим присутствием рядом с Памелой, превращал ее в королеву, именно с ним она впервые почувствовала себя женщиной – роскошной, роковой, сексуальной.

Памела знала, что Ченнинг появился на ее дороге не случайно – она никогда его ни о чем не спрашивала, но скорее чувствовала, чем понимала, что происходит между ним и Грантом. Впрочем, ей это было и не интересно.

Памеле достаточно было видеть, что оба брата сходят по ней с ума. Девушка бесстыдно нежилась в этой удвоенной страсти и вовсе не собиралась делать между любовниками выбор. Осознание же того, что она ходит по лезвию – вынужденная секретность встреч с Ченнингом и постоянное ожидание бури ревности со стороны Гранта, только удваивали остроту ощущений Памелы.

Где-то в глубине души, она до сих пор считала эти месяцы самыми лучшими в своей жизни. И не только потому, что чувствовала себя героиней романа с классическим любовным треугольником. Главное заключалось в том, что в то время у нее было все, что она хотела от жизни и о чем в последующие годы могла только мечтать – оба брата Кепвэлла. Ченнинг и Грант, со всей их ненавистью и любовью, принадлежали лишь ей одной - только ее объятьям и губам, только ее постели и только ее желаниям...

Развязка грянула, как гром среди ясного неба, и она все-таки встала перед выбором. Терзаниям ее положил конец банальный расчет – оказаться женой сосланного в Филадельфию опального Гранта показалось гораздо менее заманчивым, нежели стать в перспективе хозяйкой огромного особняка на Парк-лейн и супругой президента нефтяной компании.

_______________________________________

Вопреки ее ожиданиям, Грант после жестокой драки с Ченнингом, не сказал своей бывшей любовнице ни слова – он просто исчез. Дальнейшее же было похоже на сон - и красивая, но отнюдь не роскошная свадьба, и быстрый отъезд в Кембридж, и первые месяцы семейной жизни в уютной, но вовсе не похожей на особняк Кепвэллов, маленькой квартире.

Ченнинг был заботливым и нежным, но большую часть времени посвящал учебе, а также постоянным консультациям и переговорам с отцом по телефону. Еще, будучи студентом, он уже приступил к управлению «Кепвэлл интерпрайзерс», и это занимало все его свободное от юридических книг время. Памела же, которой не хватало былой остроты в отношениях - романтических прогулок по пляжу и жарких свиданий в роскошных номерах отелей – откровенно заскучала. Изучив в Кембридже все магазины и салоны красоты, она все чаще уезжала одна на машине в соседние города, и даже, втайне от мужа, увлеклась скачками. А еще, постоянно вспоминала Гранта – когда дело касалось развлечений, его фантазия не знала предела. В отличие от Ченнинга, младший брат Кепвэлл знал, как можно сочетать работу с отдыхом...

Когда же Памела поняла, что беременна, она испытала самый настоящий шок. От перспективы на 20-м году жизни оказаться по рукам и ногам связанной кричащим младенцем и мужем-трудоголиком, ей стало дурно. Отмахнувшись от подбежавшего к ней испуганного врача, она выскочила на улицу и присела на скамейку.

Памеле хотелось совсем иного – званых приемов, прогулок на яхте, поездок в Ниццу и Париж... Ей и ее мужу все это было доступно – беда была в том, что Ченнинг вовсе не стремился к красивой жизни. Он казался вполне счастливым на фоне своих книг, контрактов, и красивой молодой жены, ждущей его вечером в небольшой квартире с видом на парк.

Наверное, именно тогда, на скамейке у входа в клинику, Памела впервые испытала по отношению к Ченнингу нечто похожее на ненависть – она больше не чувствовала себя рядом с ним королевой. Она чувствовала себя... беременной женщиной. Совсем скоро от ее стройной талии не останется и следа, а походкой она будет напоминать пингвина! Таких женщин она видела каждое утро – они медленно прогуливались по парку перед их домом и в своих бесформенных платьях выглядели просто ужасно...

Памела опустила взгляд себе на живот и разрыдалась – ее вдруг окатило горячее, почти истерическое, желание избавиться от этого ребенка сию же минуту. Через полчаса, утерев слезы и припудрившись, она еще раз зашла в клинику – на сей раз, чтобы записаться в очередь на аборт...

Памела просчиталась в одном – совершенно упустила из виду, что наблюдавший ее доктор Арнольд Риверс был сыном семейного врача Кепвэллов и близко знал, как старшего Ченнинга, так и ее мужа. И потому миссис Кепвэлл сразу поставили на особый учет для VIP- пациентов, а Риверс посчитал нужным лично поздравить Ченнинга с будущим отцовством.

Придя домой поздно вечером, Памела сразу почувствовала неладное. Ченнинг сидел не в кабинете, а в гостиной - за тремя опустошенными, и четвертой уже начатой, бутылками «Пино Нуар» редкого урожая. Он, конечно, был не только в курсе ее беременности, но и желания сделать аборт...

Ченнинг не стал устраивать допрос, чтобы выведать причины жестокого и странного решения жены. Брезгливо оглядев Памелу с головы до ног, он рывком прижал ее к стене, и, обдавая крепким запахом алкоголя, хрипло прошептал:

- Послушай меня внимательно... Если что-то случится с этим ребенком... Если ты сделаешь аборт, если у тебя будет выкидыш... Я тебя убью... Я тебя убью так, что никто ничего не узнает. Ты меня поняла?... Я спрашиваю, ты меня поняла?!!

Крик оглушил Памелу – она первый раз увидела Ченнинга таким злым и... опасным.

- Я поняла..., - оттолкнув мужа от себя, она быстро скрылась в спальне.

_________________________________________

Спустя несколько недель все стало по-прежнему: Ченнинг, казалось, забыл о намерении жены сделать аборт, а Памела делала вид, что никогда ни о чем таком и не думала. Она еще раз посоветовалась с врачом, и тот также отговорил ее от искусственного прерывания беременности. Первый аборт мог стать в будущем причиной бесплодия, а Памела прекрасно понимала, что ее мужу нужен наследник.

Кроме того, взглянув на ситуацию под другим углом зрения, она осознала, что ребенок станет лишним связующим звеном между ней и Ченнингом. Ведь таких звеньев было очень мало... Чем дольше они жили друг с другом, тем все более очевидной становилась оглушающая правда – они совершенно чужие друг другу. Помимо секса, у них, собственно говоря, больше и не было ничего общего. Они любила разную музыку, смотрели разное кино, предпочитали разную еду, и имели несхожие взгляды на жизнь. Причем, в их случае правило о том, что «противоположности притягиваются» совершенно не работало. Скорее, для них оно звучало, как «противоположности раздражаются...».

Но, чем больше Ченнинг отдалялся от Памелы, тем сильнее в ней крепла решимость удержать его рядом с собой, во что бы то, ни стало. Даже с помощью рождения ребенка... Она не могла объяснить, почему так произошло - почему она не разошлась с ним, но все дальше и дальше заходила в своих отчаянных попытках вновь стать для него важной.
Ведь она не зависела от Ченнинга ни деньгами, ни положением, ни чем-либо еще... Это походило на странную игру, в которую Памела играла с все возрастающей маниакальной одержимостью. Так, что даже не замечала своих постоянных ошибок.

Однако беременность, которая протекала крайне тяжело, на игру была вовсе не похожа. Тошнота не проходила почти все девять месяцев, у Памелы постоянно кружилась голова, она ненавидела все запахи на свете, и в первую очередь аромат своих любимых, невероятно дорогих, духов. Казалось, весь мир встал с ног на голову и перевернулся шиворот-навыворот...

Роды были не легче. Промучившись почти 40 часов кряду, Памела сразу же провалилась в вязкий сон. Она даже не услышала первого крика своего ребенка. Ей принесли его спустя несколько часов – крохотного мальчика с карими глазами. Теперь у нее был сын...

Дальнейшее также вспоминалось ей кошмарным сном. Не хватало молока, и мальчик постоянно плакал, так что пришлось нанять няню, чему Памела была безмерно рада. Первые дни и недели она не чувствовала по отношению к малышу ничего, кроме раздражения. Ребенок хныкал, пищал, пыжился и пачкал пеленки, а его ручки и ножки казались такими хрупкими, что до них было страшно дотрагиваться.

Зато Ченнинг был безмерно счастлив, и даже жертвовал своей работой и учебой для того, чтобы лишний раз побыть с сыном. Он просто смотрел на то, как малыш спит, носил его на руках, целовал крохотный носик. И Памелу вдруг стало раздражать то, что муж уделял их сыну гораздо больше времени, чем ей самой. Он смотрел на этого маленького человечка и откровенно им любовался – осознание того, что у него теперь есть наследник, как-то даже преобразило Ченнинга. В 21 год с первенцем на руках он выглядел еще более сильным и уверенным в себе мужчиной.

Именно желание хоть как-то поддеть мужа, двигало Памелой, когда она, прекрасно зная, что сын должен наследовать семейное имя всех старших сыновей в роду Кепвэллов – Ченнинг, тайно от мужа записала мальчика в документах под именем Мейсона Ламонта Кепвэлла.

Муж был разъярен. Однако буря скандала в их доме в тот день была прервана телефонным звонком – старший Кепвэлл скончался рано утром в своем огромном пустом доме.

_______________________________________________

Ченнинг, который знал, что его отец смертельно болен, был готов к такому финалу, и поэтому внешне казался спокойным. Памела и не догадывалась о буре переживаний в его душе. По правде говоря, все церемонию похорон она была больше занята тем, что разыскивала глазами в толпе людей Гранта. Но он так и не появился в Санта Барбаре...

Спустя положенное для траура время, Памела с энтузиазмом принялась осваивать роль хозяйки огромного особняка и армии слуг. С течением времени это у нее получалось все лучше – о приемах блистательной миссис Кепвэлл писали в самых модных журналах Западного побережья. В дом на Парк-лейн пытались попасть и политики, и знаменитости... Лишь два человека не разделяли успеха Памелы – ее муж и ее сын.

Ченнинг закопался с головой в работу, иногда уже в семь утра уходя из дома, и появляясь обратно далеко за полночь. С Памелой он был вежлив, но не более того. Казалось, она больше совершенно не интересовала его... Очень редко, буквально через силу, Ченнинг устраивал прогулки к морю или в парк вместе с женой и сыном, которые, как правило, заканчивались очередным скандалом со стороны Памелы. Ее злило, что все обращенные к ней вопросы Ченнинга ограничивались Мейсоном и домом. Когда же Памела заводила речь об очередном приеме или аукционе, в глазах Ченнинга появлялись презрительные искорки.

Такая невозмутимость выводила Памелу из себя, и вместо того, чтобы попытаться найти причину холодности мужа, она стала совершать один эксцентричный поступок за другим. Втайне она надеялась, что Ченнинг хотя бы разозлится до такой степени, как это было после того, как он узнал о ее решении сделать аборт. Но муж оставался равнодушным – и после того, как ему донесли, что у Памелы появился любовник, и после того, как ее арестовали за вождение в пьяном виде, и даже после того, как она одна на все Рождество уехала в Европу...

Однако от кого досада Памелы на жизнь возрастала еще больше, так это от Мейсона. В ней, наконец, проснулись положенные чувства к сыну. Она любила мальчика, но не могла себя заставить гулять с ним, рассказывать ему сказки, и, уж тем более, купать его или кормить. От выходок Мейсона, который то и дело норовил что-нибудь разбить или испачкать, у нее сразу же начинало ломить в висках, и Памела спешила его сбыть няне или Розе, с которыми сын вел себя гораздо спокойнее и послушнее. Роза как-то попыталась объяснить ей, что так происходит, потому что Мейсон пытается привлечь внимание матери, но миссис Кепвэлл было спокойнее думать, что мальчик просто капризничает. От иногда просыпающегося в ней чувства долга, молодая женщина бежала, как от чумы, а крепкие объятья и доверчивые глаза сына были в этом серьезной помехой.

Что касается Ченнинга, то он с течением времени как-то незаметно отдалился не только он самой Памелы, но и от Мейсона, а также от всего дома в целом. Если Памела панически боялась чувства долга, то Ченнинг чувствовал, что начинает задыхаться при виде своей неудавшейся семьи. Работа была его спасением, и все, что этому мешало, его злило. Даже для Мейсона в этом правиле он стал все реже делать исключения. В слезах мальчика он видел слезы и капризы Памелы, и поэтому пришел к решению, что сын должен воспитываться в строгости. То, что строгость очень часто превращалась в обыкновенную черствость, СиСи, а именно так тогда все его уже называли, заметить не позволяла нехватка времени...

_______________________________________________

Конец семейной жизни СиСи и Памелы наступил за несколько месяцев до пятого дня рождения Мейсона. У Ченнинга появилась любовница – красивая миниатюрная блондинка по имени София. Памела поняла, что ее муж не на шутку влюблен, да он этого и не скрывал, и поэтому в ожидании разговора о разводе, почти каждый вечер появлялась за ужином навеселе. А, однажды, когда СиСи улетел на несколько дней в Сан-Франциско, привела прямо домой и оставила до утра одного из своих приятелей.

Ченнинг возник в дверях спальни все с тем же невозмутимым выражением лица. Памела, которая, как всегда, смешала алкоголь с антидепрессантами, сидела на краешке кровати, мучимая сильнейшей головной болью, а ее любовник, абсолютно нагой, в живописной позе разметался поперек кровати.

На лице СиСи промелькнула уже хорошо знакомая Памеле презрительная улыбка.

- Чтобы к вечеру твоего духа не было в этом доме. Мейсон останется со мной.

Памела и не собиралась претендовать на сына. Она до последнего оттягивала прощание с Мейсоном, который весь день под присмотром Розы и няни пролежал у себя в комнате с температурой, пока не дождалась того, что мальчик сам, босиком, и в одной пижаме, сбежал с лестницы и вцепился ей в ноги.

- Мама, ты что уезжаешь? Мама? Мама, не уезжай...Мама, можно я поеду с тобой?

Памела присела на корточки и обхватила ладонями залитое слезами лицо сына. Ее сердце вдруг пронзила острая жалость – ведь, Мейсон, пожалуй, единственный, кто ее по-настоящему любит...

- Я скоро приеду обратно. Слышишь? Будь хорошим мальчиком, веди себя хорошо, и я вернусь за тобой. Я обещаю...

Памела и сама не знала, что говорит. Истерика и дрожь Мейсона, у которого вновь поднималась температура, казалось, начали передаваться и ей самой.

- Я буу-д-д-уу х-хоо-роо-шоо сее-бяя веес-ти, маа-ма.. Вооозь-ми меее-няя с сссо-боой..., - всхлипывая и задыхаясь, Мейсон намертво вцепился в плечи матери, и, как заведенный, повторял одно и то же...

В Памеле вдруг мгновенно созрела решимость. Обернувшись к стоящей рядом бледной Розе, она порывисто приказала:

- Принесите теплое одеяло. И какую-нибудь одежду... Мейсон поедет со мной!

- Но, Памела... У него температура и сильный кашель, - всплеснула руками Роза.

- Кому я сказала! Быстро! Поедешь со мной прямо сейчас, Мейсон?

Малыш, прекратив плакать, ничего не ответил, и только сильнее сомкнул руки вокруг шеи матери.

- Отдай ребенка Розе! Немедленно! Ты слышишь, что я сказал, Памела?! – вдруг раздался из темноты холла, где был второй вход в дом, голос СиСи.

Никто, включая, Розу, не пошевелился и не издал ни звука. Только, когда СиСи дотронулся до сына, чтобы отобрать его у Памелы, раздался оглушительный рев. Ченнинг поморщился, но все-таки выдернул Мейсона из рук жены.

- Лучше уходи по-хорошему, Памела! Прошу тебя... Не делай все то, что испортила, еще хуже...

- Это я все испортила?!....

- Памела!!! Уходи!!!

СиСи с трудом удерживал на руках извивающегося Мейсона. Мальчик отчаянно плакал и кашлял.

Когда за женой закрылась дверь, СиСи, навесу держа сына под мышки, как котенка, грозно вгляделся ему в глаза, и приказал:

- Не смей плакать, Мейсон! Ты - мужчина! Ты - Кепвэлл! Ты не должен плакать!

Мальчик на мгновение затих, а затем разревелся еще громче.

- Маааамааа! Я хоооочууу к маааамееее!

- СиСи, отдайте мне его!

Роза, крепко прижав Мейсона к себе, шикнула на стоявшую с открытым ртом и широко выпученными глазами няню, и бегом поднялась по лестнице.

Вопли Мейсона наконец стихли. СиСи вышел из оцепенения, мрачным взглядом оглядел пустой темный холл и бросился к выходу. Ему просто необходимо было сейчас увидеть Софию. С ней все будет по-другому... Вчера ночью, она сказала ему, что беременна, и он долго целовал ее счастливые глаза...

__________________________________________

Проснувшись, Тед встревожено приподнял голову от подушки, и тут же блаженно улыбнулся. Прошедшая ночь не была волшебным сном – Лилиан по-прежнему лежала рядом, и смотрела на него своими изумрудными глазами.

- Доброе утро, мистер Кепвэлл. Ну, вы и соня, скажу я вам...

Тед склонился к девушке с поцелуем, а затем, замотав одеяло вокруг бедер, вскочил на колени.

- Доброе утро, красавица. У меня для тебя подарок...

- Подарок?... Вот так сразу? С утра пораньше?

- Ну, во-первых, утро уже далеко не раннее... А во-вторых... Посмотри под подушкой!

Лилиан в восхищении уставилась на кольцо с огромным брильянтом, сверкающем на дне черной бархатной коробочки.

- О, Боже! Тед! Откуда ты его взял? Когда ты успел?!

Тед нежно провел рукой по светлым волосам девушки и вновь притянул ее для поцелуя.

- Еще вчера... Но, ночью мы так...увлеклись, что я забыл...Я про все забыл...Кстати, не хочешь все повторить? Или сначала позавтракаем?

Вместо ответа Лилиан откинулась на подушки...

К реальности их вернул настойчивый звонок в дверь. Лилиан легко выпорхнула из-под одеяла, на ходу накидывая на себя шелковый халатик.

- Ну что ты со мной делаешь?... Обычно босс не приносит своей секретарше бумаги домой с нижайшей просьбой заняться, наконец, работой...

Арчер, наблюдая за тем, как смутилась Лилиан, от души расхохотался и вручил ей целую стопку разноцветных папок.

-Я уезжаю...на пару дней ...может на неделю... Ты знаешь, что со всем этим делать.

Лилиан одной рукой удерживая бумаги, другой безуспешно пыталась поправить съезжавший набок халат.

- Эндрю, может ты зайдешь?...

Арчер хохотнул еще громче.

- Да, нет, я спешу. Спасибо. Теду, кстати, привет передавай... Скажи, что я ему позвоню завтра.

Лилиан попыталась изобразить на лице недоумение.

- Теду? А с...С чего ты взял? Что я...Что он...

Арчер быстро сбежал по ступенькам к желтому такси.

- Да ладно тебе. Его машина стоит у тебя перед домом. И потом, я давно догадывался на ваш счет. Только слепой может не замечать, что с ним творится при твоем появлении. Рад за вас, ребята. Когда вернусь, посидим вместе. Все, пока.

________________________________________________

- Да, Джулия. Извини... Извини... Я знаю... Я должен был позвонить... Я не мог... Вчера... Да, ты, конечно, уже знаешь... Ты была там?... Я не знаю, Джулия... Пожалуйста, не начинай....Я не знаю...Не спрашивай меня об этом… Прошу тебя…Это все из-за того...Я не знаю, как объяснить... Вчера... Ты же...Я не знаю, как это объяснить...По-крайней мере, точно не по телефону...Я скоро приеду... у меня сейчас есть кое-какое дело...Во сколько? Да, тогда я позвоню... Извини меня еще раз, пожалуйста. Я должен был позвонить. Хорошо. Пока... Поцелуй Саманту...

Мейсон положил телефонную трубку и со вздохом огляделся. Он не помнил, как оказался в этом мотеле – номер был не шикарный, но вполне сносный. Воспоминания о вчерашнем дне и, особенно, о вчерашнем вечере выплывали, как из вязкого тумана. Чувствовал себя он вполне нормально, только слегка кружилась голова. И внутри, где-то в области сердца, застыло что-то горячее и ноющее...

«Мэри... Я же ведь видел тебя вчера... Я даже дотрагивался до тебя...»

Мейсон посмотрел на свои руки – пальцы подрагивали мелкой дрожью.

«Идиотизм...Я сам довел себя до такого состояния... Я вчера просто очень сильно перепил...».

Машина осталась у отеля...А может и еще где-то... С облегчением нащупав в кармане бумажник, Мейсон перепрыгнул через газон, чтобы сократить путь к офису управляющего мотелем, как вдруг за стеклянным стендом для газет и журналов увидел собственную фотографию. Рядом было помещено еще несколько снимков – к счастью, более мелких, и не слишком четких – вход в «Ориент-экспресс», Джулия, держащая на руках Саманту, и, наконец, СиСи Кепвэлл с сильно распухшей губой и злым выражением лица.

Мейсон застонал и тихо выругался. Имя автора статьи было ему хорошо известно - Дэвид Питерс. «Война» с репортером длилась уже больше 10 лет, с тех пор, как Мейсон, тогда помощник окружного прокурора, надолго засадил за решетку двоюродного брата Питерса - Уолта, который был довольно крупным наркодиллером.

Однако, называя таксисту адрес их бывшей с Мэри квартиры, Мейсон все-таки не смог удержаться от улыбки, представив себе, как неподражаемый СиСи Кепвэлл сегодня с утра любовался на свое отражение в зеркале…

«Нечего было меня удерживать. Он думает, что всегда знает, как лучше...», - уже хмуро подумал Мейсон.

Перед глазами вдруг всплыла сцена из детства. Отец вырывает его из рук матери, а затем крепко удерживает, больше даже не давая посмотреть в ее сторону... В следующий раз он увидит Памелу только спустя 30 лет. Это произошло совсем недавно, менее года тому назад...


Памела взбила рукой волосы и кокетливо посмотрелась в зеркало. Помимо нее, одетую в черное, блестящее платье, на заднем плане также отражалась фигура Гранта, затянутого в смокинг, и с неизменной трубкой в руке.

- Мадам, самолет уже заждался нас.

Грант шутливо поклонился в сторону Памелы и протянул ей руку. Она звонко рассмеялась в ответ.

- Подумать только, всего через несколько минут мы будем в Лас-Вегасе! Как же я соскучилась по этому городу!

- Признаться, я тоже, - Грант выпустил дым и состроил трагическое выражение лица, - Тем более, очень приятно там погулять на полную катушку на деньги Ченнинга! Кстати, в прошлый раз, у меня не было времени спросить, как все-таки у тебя это получилось?

- Мейсон оплачивает мои счета. И пустой банковский чек, который мне достала Лилиан, я ему подсунула среди прочих бумаг. Он был очень занят, разговаривал по телефону, и поэтому быстро все подписал. Даже не глядя...

Памела закинула в сумочку духи и сделала несколько глотков вина.

- Надеюсь, ты знаешь, что делаешь Грант. Получается, что я подставила собственного сына...

Грант открыл дверь, пропуская Памелу вперед себя.

- Ничего, поверь мне, это все ему же на пользу...

 

#12
elrisha
elrisha
  • Автор темы
  • Участник
  • PipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 14 Мар 2010, 20:57
  • Сообщений: 250
  • Пол:
Глава XIV - Из Калифорнии… Из Санта Барбары…

Мейсон наспех привел в порядок взъерошенные после душа волосы, и как угорелый бросился к гардеробному шкафу. Вытащив наугад темный костюм, он за несколько секунд влез в брюки, и уже надевая пиджак, тихо выругался, заметив, что пуговицы на рубашке застегнуты неправильно. На секунду остановившись, он махнул рукой, решив разобраться с этим позже, и схватив со стола ключи с бумажником, бросился к выходной двери.

- Мейсон, ты куда?!

Джулия, сонная, с наброшенным на плечи легким одеялом с удивлением смотрела то на мужа, то на часы, которые показывали без 15 пять утра.

- Джулия, я не хотел тебя будить. У тебя же сегодня важное заседание в суде…

- Да что случилось?... Куда ты собрался?

Мейсон попытался пригладить ладонью непослушную челку и вздохнул.

- Идэн рожает.. София позвонила 15 минут назад...

- Что-то не так?

- Да, кажется что-то пошло не так…

Мейсон подошел к Джулии и взял ее за плечи.

- Не волнуйся. Я думаю, что все будет хорошо. Но, я лучше поеду в больницу.

- Я поеду с тобой! - выпалила Джулия в одном порыве.

- А Саманта? – Мейсон укоризненно улыбнулся тому, как жена на мгновение забыла о дочери.- Джулия…

- Ох, Мейсон…Я кажется не проснулась еще…

Джулия улыбнулась в ответ, и на мгновение прильнула к груди Мейсона.

- У тебя рубашка застегнута неправильно… Звони мне ладно? Я все равно уже не засну…

Сев в машину, Мейсон сделал несколько глотков из фляжки с виски, и резко надавив на педаль газа, с шумом выехал из гаража.

…………………………………………………………………………………………………

Когда родилась Идэн, ему уже шел восьмой год. Крайне трудно восприняв отъезд матери и появление в его жизни Софии с грудным Ченнингом, который сразу же стал всеобщим любимцем, маленький Мейсон не ждал от появления еще и сестренки ничего хорошего.

София и Роза пытались подготовить его к этому событию – рассказывали, как он будет ее защищать, и как он будет с ней гулять. Но в ответ на все восторженные предсказания Мейсон упорно и угрюмо молчал. Он не отдавал себе в этом отчета, но тогда ему казалось, что проявить свою заинтересованность – это значит проявить свою слабость. Подсознательно он внушил себе, что если не показывать свое отношение к Софии и братику с сестренкой, тогда вернется мама и все станет, как раньше …

Впрочем, сестра, на удивление, оказалась намного лучше и интереснее Ченнинга. Идэн очень быстро из маленького пищащего комочка красного цвета превратилась в голубоглазую и светловолосую куклу с длинными ресницами. Когда из детской выходили все взрослые Мейсон строил сестренке смешные рожицы – в ответ она заливисто хохотала и хватала его за лицо своими маленькими пальчиками. А однажды он даже осмелился изучить ее яркие цветные заколки, которые каким-то чудом умудрялись удерживаться на мягких волнистых волосах.

Через 20 с лишним лет Мейсон воскресит в памяти те далекие чувства – это произойдет, когда он во второй раз возьмет на руки свою уже немного подросшую за его отсутствие дочь. Да и случайность ли то, что Джулия решила назвать ее Саманта Идэн?… Он не знал, что в то утро так обострило его чувства – то ли нежный и уютный мир детской спальни после недель грязи и боли плена в пустыне, то ли первые отцовские чувства...

Мейсон долго сидел над колыбелькой, смотрел на спящую дочь и пытался совладать с горячим водопадом нежности в своей душе.

Это было особое чувство – такое испытывают мужчины только по отношению к самым дорогим в своей жизни женщинам. Когда кажется, что можно умереть на месте хоть за прядь волос с их головы, когда хочется носить их на руках, бесконечно слушать их голос и смех, когда даже готов целовать руки… Это выражается по отношению к матери, к дочери, к любимой женщине, к сестре всегда по-разному, но суть остается одна и та же…

Такое он испытывал к Мэри – она всегда была для него не только женщиной, которую он страстно желал и с которой вечность готов был заниматься любовью. Иногда он со смехом признавался себе, что чувствует себя и отцом и братом Мэри, так невыносимо порой он хотел оградить ее от всего плохого в этом мире, и даже не ласкать, как женщину, а просто смотреть на нее, смешить и баловать. А порой он чувствовал себя ее сыном. У нее было много разных взглядов, все из которых он бесконечно обожал, но особенно выделял из них два – затуманенный и горячий взгляд желания, и нежный и добрый взгляд заботы. Когда она с переживающими нотками в голосе расспрашивала его об очередной ссоре с отцом, или о не слишком успешном заседании в суде, ему иногда чудилось, что он маленький, и это с ним разговаривает Памела, сидящая на краю его кровати. Только, голос Мэри был во много раз нежнее и роднее. И этот голос был настоящий, а не выдуманный. …А еще он был уверен, что Мэри уж точно никогда его не покинет...

Эту же нежность Мейсон испытывал каждый раз, когда общался с Самантой, и ее же чувствовал, хоть чаще всего и скрывал это самым тщательным образом, по отношению к сестрам. Тогда у колыбельки дочки он вдруг вспомнил маленькую Идэн и первый раз испытанное им чувство братской теплоты и ответственности.

Пока сестра была маленькой, у них были хорошие отношения – Идэн было интересно общаться со страшим братом, который вечно придумывал что-нибудь смешное и необычное, а Мейсону нравилось быть нужным и важным.

Все испортилось, когда он отправился учиться в Гарвард. Идэн за это время стала амбициозной и целеустремленой девушкой, и, кажется, из всех детей стала намного ближе Ченнингу, ну и, конечно, к их младшей сестре – Келли. Затем и сама Идэн отправилась учиться, после чего решила самостоятельно пожить в Европе.

В момент ее возвращения в Санту Барбару Мейсон и Идэн смотрели друг на друга волком и устраивали по каждому поводу словесные перепалки. Сестра с успехом заняла место погибшего Ченнинга в глазах отца, став для него самой большой надеждой и утешением. А Мейсон вновь тщетно пытался быть хорошим сыном – выполнять все указания СиСи и не иметь собственного мнения... Однако эти «старания» привели лишь к обратному результату – своим сообщением о том, что Ченнинг-младший вовсе не был Кепвэллом, Мейсон отправил отца в кому, рассорился со всей семьей и особенно с Идэн, с которой у него затем началось изнурительное и бессмысленное соперничество за руководство семейной компанией.

К счастью, со временем все опять поменялось в лучшую сторону. Они не говорили об этом, но Мейсон занл, что Идэн поняла – на его решение жениться на Виктории в немалой степени повлияло и его желание подстраховать ее с Крузом брак. Даже в самые плохие моменты их отношений Мейсон всегда отдавал себе отчет в том, как сильно любит сестру. Хотя она никогда не прощала ему его ошибок и почти всегда принимала сторону отца.

Так случилось и в этот раз – после того, как Идэн безуспешно попыталась поговорить с Мейсоном об исчезнувших деньгах, и особенно после широко разрекламированного журналистами скандала Мейсона и СиСи у лифта «Ориент-экспресса», все общение Идэн с братом свелось к сухому приветствию. Мейсон понимал, что должен сделать первый шаг, но почему-то не решался.
…………………………………………………………………………………………………

Поднявшись на нужный этаж, Мейсон первым делом увидел отца, который стоял возле автомата с кофе с поникшей головой. Стаканчик уже давно наполнился ароматной дымящейся жидкостью, но СиСи не двигался – нахмурив лоб, он смотрел куда-то в одну точку.

У Мейсона вдруг похолодело внутри – он нерешительно постоял за спиной отца, а потом тихо тронул его за локоть.

- Как Идэн? С тобой все в порядке?

СиСи вздрогнул, резко обернулся, и, увидев сына, недовольно поморщился.

-Идэн будет в порядке. А ты здесь что делаешь?

Мейсон вгляделся в лицо отца – на подбородке все еще виднелся синяк. Впрочем, под глазами у СиСи также залегли сизые тени, и он весьма заметно осунулся.

- Ты себя хорошо чувствуешь? – помимо воли вырвалось у Мейсона.

- Да иди ты к черту со своей заботой. Так чтобы вообще больше никогда не попадаться мне на глаза!

СиСи со злостью вышвырнулся полный стаканчик с кофе в мусорную корзину и направился к комнате ожидания, специально оборудованной для родственников, ожидающих вестей от врачей. За стеклянными дверьми виднелись фигуры Круза с хныкающим Чипом на руках, Келли и слоняющегося из стороны в сторону Теда.

Мейсон по инерции сделал несколько шагов следом за отцом, но потом замялся и опустился в кресло напротив стенда с информационным табло.

Он ненавидел запах больницы, ненавидел ее звуки, ненавидел ее стерильный вид… Ненавидел по многим причинам, но самое главное, потому что эти стены все еще напоминали ему о Мэри – казалось, что вот-вот она,– в белом халате, надетом поверх легкого платья, появится в одной из раздвижных бесшумных дверей…

По правде говоря, если бы сейчас так и произошло, он бы ничуть не удивился. За три недели, что прошли с той сумасшедшей ночи на крыше отеля Кепвэллов, он видел Мэри еще несколько раз – однажды она померещилась ему на пляже, затем в парке, когда он гулял с Самантой, и около дома отца, куда он приходил, чтобы поговорить с Рубеном.

Дело даже дошло до того, что в прошлую субботу Мейсон вновь пришел в их старую квартиру, основательно напился для храбрости и…принялся ее ждать. Но туда она почему-то не пришла, и он так и заснул в одиночестве. Наутро пришлось мучительно долго оправдываться перед Джулией – сказать, что он ждал встречи с Мэри, было, конечно, и дико, и смешно, или просто дико смешно. Кому как…

Мейсону же было не до смеха. Поначалу он пытался понять, что с ним происходит, тщательно следил за своим поведением и реакцией на другие события, но никаких признаков сумасшествия, кроме преследующего его призрака Мэри так и не обнаружил. Мейсон, как юрист понимал, что сам к себе он, конечно, далеко не беспристрастен, но рассказывать о галлюцинациях человеку в белом халате почему-то не хотелось.

В конце концов, Мейсон нашел еще один повод не обращаться за медицинской помощью - честно признался сам себе, что…ему нравится…ждать встречи с Мэри. Пусть даже таким страшным и странным способом, но она снова вошла в его жизнь… И будто стала незримо присутствовать повсюду – это наполняло его существование странной теплотой, хотя также и бесконечно изводило… Ведь, где-то глубоко внутри своего «я», Мейсон даже надеялся, что однажды она снова к нему приблизится. И это будет действительно она. Он бы многое отдал, чтобы еще раз увидеть ее такую, как раньше, услышать ее голос, вновь почувствовать ее руку у себя на щеке…

Мейсон настолько сильно погрузился в свои ощущения, что когда действительно почувствовал у себя на щеке, ближе к виску, легкое прикосновение женской руки, вздрогнул, как ужаленный, и резко вскочил на ноги.

- Боже мой…Мейсон! Извини, я не хотела тебя пугать… Просто, хотела спросить, как у тебя дела, но ты о чем-то глубоко задумался…Так что пришлось тебя растормошить.

София виновато улыбнулась, одновременно пытаясь прочитать на лице пасынка ответы на свои вопросы. С ним всегда было так, с самого детства – заглянув в его глаза, она могла понять больше, нежели выслушав его слова или же наблюдая его язвительные улыбки.

- Привет, София… Это ты извини меня. Я, и впрямь, задумался… Что-нибудь слышно об Идэн? Она же справится?

- Конечно, справится… Я уверена, что сейчас выйдет врач и объявит нам, что все хорошо, и что Круз в третий раз стал папой.

- Я надеюсь…

Мейсон оглядел коридор и опустился на кресло рядом с Софией. Она вновь попыталась заглянуть ему в глаза. Но взгляд пасынка был каким-то неопределенно-мутным. Определенно, его мысли были заняты чем-то еще.

- Как у тебя дела?

- Наслаждаюсь заслуженным отпуском...

Мейсон потер кончиками пальцев виски и, вдруг, встретился взглядом с отцом, который через прозрачную дверь скептически оглядел сына и жену, а затем демонстративно отвернулся.

Эта пикировка не ускользнула и от Софии.

- У СиСи в последнее время какие-то нелады в компании. Он мало спит, иногда на ночь остается в офисе. Насколько я знаю, на «Кепвэлл интерпрайзерс» сейчас работает три смены лучших аналитиков…

У Мейсона на мгновение заныло где-то между желудком и сердцем – знакомое ощущение. Оно всегда приходило, когда он переживал по поводу отстраненности от дел семьи или компании. Особенно, в трудные времена.

- Для СиСи Кепвэлла нет ничего невозможного, - Мейсон попытался натянуть на себя безразличную маску и с трудом удержался от уточняющего вопроса.

Однако София поняла его без слов.

- Насколько я знаю, кто-то «атакует» компанию. Пытается скупить контрольный пакет акций и проникнуть в правление.

- Но уж тут-то у отца точно нет слабых мест. Я имею в виду членов правления.

София вздохнула.

- Как оказалось, есть... Похоже, СиСи может доверять не всем своим, казалось бы, самым испытанным партнерам. Причем, предателями оказались те, кто с ним с самого начала. Это просто ужасно…

- Какой сюрприз! - мрачно процедил Мейсон, передавая мачехе стаканчик с капуччино. -Пусть больше доверяет чужакам, и верит, что его обворовал собственный сын…

- Вопрос с этими деньгами нужно прояснить. Я знаю, что он отдавал твою подпись на экспертизу - в лаборатории подтвердили, что она действительно твоя…

Мейсон дернулся, а затем медленно перевел взгляд с темно-коричневого пятна на рубашке, на мачеху.

- Боже мой, и ты туда же?!..

- Прекрати, Мейсон! Я верю, что это просто недоразумение. Но ты же знаешь, что твоему отцу недостаточно просто верить.. Ему всегда нужны факты, доказательства…Поэтому пока все не прояснится, СиСи будет думать…

- Мне плевать, что он думает! Если ему выгодно считать меня вором, пусть считает! Если он так низко думает обо мне, что верит в то, что я обокрал его, что тут можно еще добавить?!

- Доказательства…

- Я всю жизнь только тем и занимаюсь, что предоставляю ему доказательства! Он, надеюсь, не думает, что это я, или я ТОЖЕ, стою за атакой на «Кепвэлл Интерпрайзерс»? А то ведь…

Мейсон озвучил этот вопрос, не думая, в запале, но когда заметил, как София вдруг отвела взгляд в сторону, осекся, и уже тихо переспросил:

- София?!... Он, что правда, так думает?...

София медленно и безвольно кивнула головой. Теперь уже Мейсон пытался поймать взгляд мачехи, чтобы утвердиться в своих догадках, которые вдруг пронзили его словно острой стрелой…

- Этот разговор…Ты ведь завела этот разговор, чтобы прощупать меня, да? Как я буду реагировать на слова о том, что кто-то «атакует» компанию?

- Мейсон! Ты что?!…, - София, наконец, подняла на пасынка глаза, в которых плескалось безмерное смятение.

- Это отец попросил тебя поговорить со мной… – продолжать напирать Мейсон. Он уже не спрашивал, а обличал. - Поэтому мы остались в поле его видимости. Поэтому он бросил на нас такой красноречивый взгляд…

- Господи, Мейсон, прекрати!..

Мейсон криво усмехнулся.

- Передай своему мужу, что вы – плохие актеры!… Черт возьми, София! Я ведь сначала «купился» на твой полный заботы тон…

-Мейсон!...

- Что здесь происходит? Мне кажется или вы забыли об Идэн? - послышался вдруг голос Круза.

София и Мейсон растерянно обернулись к улыбающемуся Кастильо, бережно державшему на руках спящего Чипа.

- Энрике весит почти четыре килограмма и отлично себя чувствует. Его мама тоже.

Мейсон облегченно выдохнул, и, поцеловав сопящего Чипа, потрепал Круза за плечо.

- Я очень рад! Слава Богу! Пойду, позвоню Джулии. Я зайду сегодня днем. Поцелуй, пожалуйста, Идэн за меня.

Не оборачиваясь на Софию, которая также бросилась поздравлять зятя, Мейсон спешно направился к лифту.

Уже светало. По Санта Барбаре расползался румяный рассвет, щекоча первыми лучами солнца верхушки пальм и причудливо подсвечивая крыши домов. Энрике определенно родился в хороший день…

Мейсон, отрапортовав Джулии о состоянии Идэн и с наслаждением выпив кофе в небольшом уличном кафе с сонными официантами, медленно вел машину по все еще пустым улицам. Он попытался вновь прокрутить в голове слова Софии об атаке на «Кепвэлл интерпрайзерс», как вдруг перед его внутренним взором отчетливо возникло улыбающееся лицо Гранта.

Мейсон резко надавил на тормоз и потрясенно застыл, вцепившись руками в руль. Как же он мог забыть про этот разговор! Нет никаких сомнений, что за «атакой» на компанию СиСи стоит именно его брат! Кто еще, кроме другого Кепвэлла мог убедить одних из самых верных членов правления предать Ченнинга? Неужели отец совсем списал Гранта со счетов и ни о чем не догадывается?

…………………………………………………………………………………………………

Мэри, не спуская глаз с шумно плескающегося в бассейне Мэтью, тщетно старалась успокоиться. Но вот уже третью неделю она пребывала в смятении и не находила себе места. Ее тщательно выстроенный жалкий мирок, в котором хоть прозрачной лентой, хоть старыми клочками бумаги или ветошью, но все воспоминания были надежно прикрыты, развалился как карточный домик...

Сны никогда не были в ее власти, но в реальности ей раньше хоть как-то удавалось контролировать образы из прошлого, и она чувствовала себя более-менее уверенной… И вот теперь она снова абсолютно нагая стоит на пронзительно холодном зимнем ветру…

Ощущения были столь сильные, что по телу Мэри даже пробежала дрожь, несмотря на то, что стрелка термометра все уверенней подползала к отметке 40 градусов по Цельсию выше нуля. И откуда только этот парень свалился на ее голову?! Впрочем, в том то все и было и дело…

Из Калифорнии…Из Санта Барбары…

…………………………………………………………………………………………………….

В тот день они с Мэтью, пользуясь отсутствием Марка, который опять улетел в одну из своих многочисленных командировок, наслаждались полной свободой – объелись мороженным и отправились кататься на велосипедах.

Этот парень, резко выделяясь золотистым цветом своих волос и пронзительно голубыми глазами на фоне черноволосых и кареглазых испанцев, подошел к ним во время пикника в парке.

Когда Мэри услышала калифорнийский акцент, ее сердце сначала замерло, а затем бешено заколотилось. Щеки сразу же залил румянец.

Но дальше было только хуже…

Мэри, до безумия истосковавшаяся по Америке, по дому, просто не могла не разговориться с этим очаровательным доброжелательным молодым американцем. Тем более, что он был так мил, и Мэтью сразу к нему потянулся, быстро начав называть его имени.

Эндрю…

По делам бизнеса на несколько дней прилетевший в Испанию…Недавно переехавший из Сан-Франциско в Санта Барабару, и, несмотря на столь молодые годы, уже сумевший поймать удачу за хвост….Парню удалось получить должность помощника менеджера в компании одного из самых богатых людей Западного побережья … самого СиСи Кепвэлла!...

Бывают же в жизни такие совпадения! Бывают же такие чудеса!...

Это имя произвело в голове Мэри настоящий взрыв. Она даже побледнела.

- Мэри, вам не хорошо? – сразу же бросился к Эндрю.

- Все хорошо. Это жары. Бывает… Все хорошо…

Мэри смотрела на этого парня во все глаза – она просто проглатывала его взглядом – он всего несколько часов назад был там, где окончилась ее прежняя жизнь. Где для всех она умерла…

Мир во время разговора с Эндрю сузился для Мэри до лица этого еще недавно незнакомого, но теперь такого уже родного, парня. Благо в этот момент Мэтью, полностью поглощенный обстрелом голубей виноградинами, вел себя на удивление спокойно и не мешал разговору.

Сейчас Мэри не могла вспомнить, как и почему они с Эндрю стали разговаривать о Кепвэллах. Он постоянно шутил и рассказывал разные смешные истории из своего прошлого и настоящего. Как-то незаметно дошла очередь и до его нынешнего работодателя.

- У богатых свои причуды, - Эндрю хохотнул, и стал перечислять Мэри всех членов династии Кепвэллов, делая акцент на то, кем они друг другу приходятся и как у них там все запутано.

- Я не сразу разобрался. Честное слово! Они еще к тому же все слегка чокнутые. Знаете, с очень богатыми людьми всегда нужно быть начеку.

Эндрю широко улыбнулся и подмигнул Мэтью. А потом вдруг притворно ужаснулся.

- О, Боже! Я, надеюсь, вы сама не наследница многих миллионов?!

- Я…? Нет…, - Мэри грустно улыбнулась.

Перед ее глазами встали картины огромного и часто такого пустого особняка Кепвэллов. Иногда там часами можно было не увидеть никого, кроме слуг, которые, зная крутой нрав СиСи, старались даже в его отсутствие вести себя ниже травы и тише воды…

А потом.. Через какое-то время, рассказав несколько смешных эпизодов своего общения с Идэн Кастильо и Тедом Кепвэллом, Эндрю заговорил о нем…О Мейсоне…

- Единственный нормальный человек во всем этом многочисленном семействе – старший сын СиСи Кепвэлла – Мейсон.

Сердце Мэри подпрыгнуло к самому горлу, а потом также резко ухнуло вниз. А затем она просто почувствовала, как ее глаза округлились, а брови поползли вверх. От удивления... Это Мейсон – самый нормальный из всех Кепвэллов?!

- Мне с ним часто приходится сталкиваться по работе. Замечательный человек. Умный, рассудительный, с хорошим чувством юмора, – продолжал Эндрю.

Мэри даже прикусила язык, чтобы удержать вопросы, которые просто просились сорваться с ее губ: «Мейсон стал работать в «Кепвэлл интерпрайзерс»!?, «Мейсон -рассудительный»?!

Арчер протянул Мэтью полную горсть нащипанных виноградин и смущенно улыбнулся.

- Наверное, я просто ему завидую….

- Кому? Эт…этому… Мейсону…?, - с трудом выдавила из себя Мэри.

Эндрю кивнул.

- Это нечестно, что одним людям все дается с самого рождения, а другие должны убиваться за каждый доллар…Мало того, что ему в жизни всегда все доставалось готовеньким на блюдечке с голубой каемочкой, так ему еще, судя по всему, чертовски повезло в личной жизни…

Теперь уже Арчер прикусил язык. А немного ли он выболтал для первого раза? Не заподозрит ли она, что весь этот разговор подстроен нарочно?

Но Мэри вела себя так, как и ожидал Арчер – эмоции в ней с лихвой перехлестнули логику. Чуть опустив голову, она нервно перебирала руками край пледа и, конечно, пыталась переварить только что услышанные слова…

- Вы простите, что я с вами так разоткровенничался… И стал рассказывать то, что вам совершенно не интересно… Просто у меня мало друзей, а на душе всего накопилось…И я тут случайно – мы с вами, может, никогда больше и не увидимся…

- Да нет, что вы… Мне очень приятно поговорить с тем, кто только что приехал из Калифорнии. Я же вам говорила, что провела там…наверное, лучшие годы своей жизни…

Мэри мучительно пыталась придумать безвинный вопрос, чтобы опять вернуть разговор к Мейсону…Но ничего не приходило в голову. И поэтому она, избегая смотреть Эндрю в глаза, просто спросила:

-А что вы подразумеваете под личным счастьем? Вот у…этого Мейсона…оно какое?

Арчер мысленно улыбнулся до самых ушей, но на самом деле натянул на лицо устало-разочарованную маску…

- Два года назад у меня погибла невеста…

Мэри попыталась что-то сказать, но он остановил ее жестом…

- Не говорите ничего… Она погибла трагически. Я ее очень любил….И до сих пор не могу оправиться… Я постоянно думаю о ней…Ищу везде…Когда внутри носишь такую ношу трудно видеть перед глазами чужое счастье…Причем такое неприкрытое, здоровое…настоящее…Я бы сказал, бьющее через край….

Арчер наблюдал за Мэри, как наблюдает опытный рыбак за наживкой, на которую попалась крупная рыба… Чуть тянешь, а потом ждешь, не соскользнула ли добыча… Убеждаешься, что нет и тогда тянешь дальше…

Мэри смотрела на Мэтью и молчала…

- Я, наверное, просто завидую, - продолжал тихо Арчер. – Странно видеть, как некоторые люди просто купаются в любви… Этот парень – наследник огромного состояния. Он очень хорош собой… Это понятно даже мужчинам…И у него красавица жена - лучший в городе юрист, в которой он просто души не чает… Она часто приходит к нему на работу с их очаровательной дочкой – Самантой. Я бы тоже хотел иметь такую дружную семью…Чтобы также, как он, не стесняясь, у всех на глазах, целовать и баловать своих жену и детей….

Мэри с остановившимся лицом продолжала молчать.

- Простите, вам, конечно, не интересно слушать про совершенно незнакомого человека… А вы, вы счастливы с вашим мужем? По крайней мере, вы кажетесь счастливой мамой…

Мэри встряхнула головой и с трудом оторвала взгляд от сына.

- Эндрю, нам пора… Приятно было познакомиться…Приятно было пообщаться… Я надеюсь, что все у вас будет хорошо…

- Я тоже… Я вас еще увижу…с Мэтью?...

- Может быть… Мы часто гуляем в этом парке… До свиданья, Эндрю…

Арчер долго смотрел Мэри вслед. Эта женщина совершенно свела его с ума. Такого наваждения в своей жизни он еще не чувствовал… И чем дольше он наблюдал за ней, тем сильнее оно становилось… Так хотелось прижаться к ее губам, сорвать с нее это легкое платье и сжать в своих объятьях… Так хотелось увидеть в ее глазах ответные чувства…
Арчер понял, что точно никогда не отдаст ее обратно Мейсону. Он просто никогда не узнает, что Мэри жива! В ней самой нужно было до конца задавить надежду на встречу с Кепвэллом. Мэри должна поверить, что он забыл ее, что она больше не нужна ему. Потом нужно будет разобраться с Марком. И тогда, рано или поздно, но она будет принадлежать ему! У нее просто не будет выхода!


…………………………………………………………………………………………………

Мэри сделала несколько больших глотков горячего чая, но ее продолжала бить дрожь. Конечно, глупо было надеяться, что Мейсон все еще любит ее…. Если бы он хотя бы знал, что она жива… Но она сама виновата…Она умерла для него…А он просто стал жить дальше…Нашел свое счастье…остепенился…стал мужем и отцом…кажется, помирился со своей семьей… Как хорошо, что он счастлив! А то, что было у них… Это просто было сумасшествие… Это все равно не продолжалось бы долго… Да и бывает ли такая любовь? Может им тогда просто все почудилось?...Они оба были одиноки и загнаны в угол… А жизнь…Жизнь…Это совсем другое…

Мэри спрятала руки в ладони, и, вдруг, в голос разрыдалась. Все, что она копила в себе прошедшие годы стремительно вырвалось наружу… Испуганный Мэтью мигом выбрался из бассейна и бросился к ней на шею…Прижимая сына к груди, Мэри, чуть слышно прошептала:

- Но, как же я люблю тебя, Мейсон…Как же я тебя люблю…

 

#13
elrisha
elrisha
  • Автор темы
  • Участник
  • PipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 14 Мар 2010, 20:57
  • Сообщений: 250
  • Пол:
Глава XV

Джокер

- Сани ! Мне тебя послал сам Бог!

Мейсон крепко обнял, а затем, отстранившись, со смехом быстрым жестом растрепал волосы стоящего напротив него улыбающегося мужчины. Тот добродушно хохотнул в ответ и, изловчившись, набросился на Мейсона, проделав с его головой то же самое.

- Ты и раньше никогда не мог избегнуть моего возмездия!

- Не правда!

- Да, было время… Слушай, ты почти не изменился!

-Так я тебе и поверил! Вот ты точно остался таким же красавчиком, как и был! Ну как, завел себе гарем?

- Я бы с радостью. Да только я боюсь, что все другие жены, помимо моей Ясмин, будут слепыми… Ревнивая и бешенная, как фурия – кому хочешь глаза выцарапает!

Мейсон задорно хохоча, кивком указал Сани на кресло за столом напротив себя. Для встречи с лучшим другом был избран один из самых дорогих и изысканных ресторанов в Санта Барбаре. Впрочем, это место обладало еще одной немаловажной характеристикой, на которую ориентировался Мейсон – здесь было спокойно и просторно. Посетителей пока было мало, и мужчины в одиночестве сидели на крытой тентом террасе с великолепным видом на океан.

Сегодня Сани Зейдан (его полное имя Мейсон никогда не был в состоянии не то что запомнить в правильном порядке, но даже просто сносно прочитать по бумаге) впервые приехал в США за те годы, что прошли с момента их с Мейсоном выпуска из Гарварда. Он был французским гражданином арабского происхождения и жил то в Париже, то в Марселе.

Сани и Мейсон разговорились в первый же день занятий и оставались неразлучными друзьями, все то время, пока из них с помощью теории и практики лепили первоклассных юристов. По окончанию учебы дружба не только не угасла, но даже успела пройти проверку на прочность.

Семь лет назад Сани и его жена Ясмин попали в ужасную автокатастрофу, в результате которой лишь чудом остались живы. Однако со времени аварии и до того момента, как Зейдан почти полностью оправился и вновь смог приступить к работе прошло больше года. Номер резиденции Кепвэллов набрал младший брат Сани - Джемаль Зейдан , который треснувшим голосом сообщил о случившемся. Первым же рейсом вылетев в Париж, Мейсон несколько дней продежурил в больнице, прежде чем Сани наконец-то пришел в себя, и после эмоционального общения с многочисленными родственниками, настойчиво попросил позвать «мистера Кепвэлла». Заходя в палату, Мейсон не смог сдержать слезы – и потому, что Сани нисколько не сомневался в том, что он находится в этот момент поблизости, и потому, что увидел, каким жалким и искалеченным выглядел его друг на белоснежной, обложенной мониторами и трубками больничной постели.

Мейсон всегда восхищался Сани – считал его намного способнее, одареннее, красивее и выносливее себя. Когда же Сани принимался протестовать, Кепвэлл, не поддаваясь на просьбы «заткнуться», монотонно перечислял всех девушек, которые подходили к нему с просьбой, чтобы он познакомил их с Зейданом, а также напоминал о том, что в отличие от него – сына нефтяного магната, Сани оплачивает свою учебу в Гарварде с помощью стипендии, которую он получил только благодаря своей несомненной одаренности.

Что же касается внешности Зейдана, то она и впрямь впечатляла – выше далеко не маленького Мейсона, он также обладал выразительным лицом, на котором особенно выделялись огромные темно-карие глаза. Кроме того, к числу достоинств Сани можно было причислить атлетическую фигуру, знание пяти языков и поистине энциклопедический склад ума.

Когда Кепвэлл и Зейдан брались за что-то совместно, их считали непобедимой командой, но все равно в университете Мейсона и Сани многие недолюбливали. Мейсона – за меткие шуточки и за откровенное игнорирование большей части своих однокурсников и однокурсниц, которых Кепвэлл считал напыщенными маменькиными сыночками и дочками. Сани - за то, что он был очень умен, а также за то, что он был чужак. Зейдан был старшим сыном в многодетной и бедной арабской семье, иммигрировавшей во Францию из Алжира. Он и сам не знал, откуда взялись его яркая внешность, таланты и тяга к знаниям. Но даже весь этот внушительный «багаж» все равно не мог помочь ему получить уважение и признание «золотых мальчиков» из богатых семей, в кругу которых он вдруг оказался.

Тем сильнее оказалась его привязанность к Мейсону, который также относился к числу богатейших наследников Америки, но при этом очень от всех них отличался. Прежде всего, Кепвэлл не был снобом - никогда ничем не хвастался и не пытался изображать из себя умирающего от скуки аристократа, как делали многие его ровесники из числа тех, чье детство прошло в огромных особняках под присмотром нянь, гувернанток и прочей прислуги.

Мейсон, наоборот, был прост в общении, хотя постоянно и сыпал порой чрезмерно заумными для понимания остротами, а также был неистощим на различного рода изощренные выдумки и трюки. Причем, что больше всего нравилось Зейдану, друг удивительным образом сочетал в себе душевную искренность и какую-то элегантную закрытость, флегматичность и бесшабашность. Это двойственность касалась и знаменитых, порой доводивших врагов Кепвэлла до исступления, шуток, в которых он мог красиво соединить откровенную пошлость с чем-то очень изысканным, например, с изречениями Шекспира или европейских философов.

Как со временем подметил Сани, Мейсон вообще был полон контрастов. Очень часто в его глазах, помимо задорных и шкодливых искорок, появлялась едва заметная тень странной для его возраста усталости и какой-то, видимо, трудно выразимой, тоски. Сани понимал, что причины всех противоречий в характере Мейсона нужно искать в его семье, но о ней друг говорил мало. Зейдан только знал, что Кепвэлл рано лишился матери, и что у него сложные отношения с братом и сестрами, а также с отцом. Но он никогда не догадывался, до какой степени… Пока по истечении третьего года учебы, Мейсона не навестил отец - высокий вальяжный мужчина с грозным взглядом.

Сани, к тому времени прекрасно изучивший характер друга, буквально нутром почуял, как он напрягся при появлении СиСи Кепвэлла. Взгляд Мейсона, который безуспешно пытался напустить на себя приветливо-спокойную маску, лихорадочно заблестел, и как оказалось не напрасно. СиСи Кепвэлл за время своей двухчасовой инспекции почти всем в своем сыне остался недоволен, в том числе и «его способностью выбирать себе странных друзей»… Последняя фраза была сказана довольно громко и не без брезгливых ноток в голосе, так что Сани, сидевший у себя комнате (гостиную они делили с Мейсоном на пару) внутренне содрогнулся и принялся ожидать ответа младшего Кепвэлла. Он не заставил себя долго ждать.

- Я уже вышел из того возраста, когда ты мне мог давать советы по поводу того, с кем мне дружить. Увы, папа… Но у тебя все еще есть шанс потренироваться на Ченнинге – выпалил младший Кепвэлл, чуть хрипловатым от явно сдерживаемой злости, голосом.

Когда СиСи наконец уселся в свой блестящий автомобиль и выехал с территории университета Сани вышел из комнаты и тихо присел на диване рядом с Мейсоном, который с мрачным выражением лица опустошал ранее припрятанную бутылку с виски.

- Кто такой этот Ченнинг? – не удержался от вопроса Сани.

СиСи Кепвэлл в потоке своих нравоучений Мейсону, наверное, упомянул это имя раз 50…

Как понял Сани, его другу досталось из-за него от отца и семь лет назад… Мейсону тогда и впрямь пришлось туго – чтобы поддерживать «на плаву» юридическую фирму находящегося в больнице Зейдана, в Париж приходилось вылетать порой до 4-х раз в месяц. СиСи поведением старшего сына был очень недоволен – он считал, что Мейсон завел себе во Франции любовницу и убегает туда, чтобы вволю покутить, поскольку в Калифорнии из-за его загулов фамилия Кепвэлл нередко попадала на страницы «желтой» прессы. Мейсон же каждый раз сходил с трапа самолета, действительно, в весьма своеобразном виде – выжатый, как лимон и с кругами под глазами. После напряженных заседаний в Санта Барбаре в качестве помощника окружного прокурора, сидеть в Париже над делами юридической конторы Сани, где вся документация к тому же велась на французском, было довольно трудно. Но другого выхода не было – Зейдан вложил в фирму все, что у него было, а без должного руководства все бы закончилось не только разорением (тут Мейсон готов был помочь Сани), но и полной потерей репутации. Клиенты бы не простили не доведенных до конца дел….

……………………………………………………………………………………………………

Во время ужина Сани отвечал на многочисленные вопросы Мейсона, а также подробно рассказал о том, чем он теперь занимается – в последние три года дела Зейдана резко пошли в гору и из бедного адвоката он превратился в богатого бизнесмена. Про себя же Мейсон рассказывал очень мало - только упомянул о том, что опять повздорил со своим отцом, и на сей раз, кажется, очень серьезно…

- Я был в отъезде… В Бостоне, во Флориде…. Понимаешь, я тебя хочу попросить кое о чем…

Мейсон отодвинул от себя чашку и потянулся к бутылке с виски. Он довольно долго молчал – Сани все это время, не проронив ни слова, терпеливо пил кофе. Наконец, Мейсон вновь заговорил – только на сей раз гораздо тише, будто чего-то опасаясь.

- «Кепвэлл интерпрайзерс» последние недели жестко «атакуют»… Отец и его команда –аналитики, юристы…. пока держаться, но… я не думаю, что у них это еще долго будет получаться… Там много нюансов…Сейчас на подробности нет времени… Просто скажу, что в ход уже пошли «грязные» методы – шантаж, подкуп и все такое… В результате, Кепвэллы уже потеряли некоторых, как казалось верных и проверенных, людей среди членов правления и держателей акций… Если так покопаться, конечно, моего отца есть за что шантажировать… В любом большом бизнесе… Понимаешь….

Сани, пристально наблюдавший за Мейсоном, который наливал себе уже четвертый бокал виски за вечер, покачал головой.

- Если честно, Мейсон, я ничего не понимаю. Мне нет никакого дела до того, как ведет свои дела СиСи Кепвэлл, но… Давай начистоту, а? Ты, как я понимаю, находишься в ссоре со своим отцом, он уволил тебя из компании, но при этом ты, наверняка, пытаешься выяснить, кто стоит за «атакой» на «Кепвэлл интерпрайзерс»? Так?! Это такой вид семейной благотворительности что ли? Я тебе никогда не говорил, но твой отец…

Мейсон вздохнул, сделал несколько внушительных глотков и жестом прервал Зейдана.

- Все гораздо хуже, Сани… Мой отец считает, что я тоже… стою за атакой на «Кепвэлл интерпрайзерс»…

При этих словах, Сани, который сидел, удобно облокотившись о спинку широкого кресла, резко подобрался и крепко сжал плечо Мейсона.

- Как это так?!!... Ты не мог! Никогда!....

- Ты знаешь, иногда мне кажется, что стоило бы…

Мейсон выцедил из бокала последние остатки янтарной жидкости и потянулся за новой порцией. Сани мягко, но, в тоже время, решительно остановил его руку и потряс за плечо.

- Эй, дружище, ты что-то стал много пить… Давай, пока ты еще трезв, подробно введи меня в курс дела о том, что у тебя тут происходит…

По мере того, как Мейсон рассказывал Сани события последних месяцев – начиная от появления в их семье Эндрю Арчера и истории с попыткой заняться виноделием в Чили и заканчивая, якобы, украденными им 10 миллионами долларов – Зейдан становился все серьезнее и мрачнее. В конце концов, он с шумом отодвинул от себя тарелку с десертом, и грозно сверкнул черными глазами в сторону Мейсона, который потянулся за очередным стаканом спиртного.

- Я согласен. То что, что ты мне рассказал, действительно, является серьезным поводом для того, чтобы напиться…. Но разве тебе это поможет?...

Мейсон медленно сделал еще один глоток, а затем выплеснул остатки виски вместе со льдом через перила веранды и усмехнулся.

- Есть вообще-то еще кое-что… Но… Сейчас это неважно… Ты прав... Если я сейчас напьюсь лучше не будет… Будет, как всегда… А мне тебя нужно кое о чем попросить… Ты как долго планировал оставаться в Калифорнии? Вообще в Америке?

- Я собирался уехать в воскресенье…

- А сегодня среда… Нет… Я хочу, чтобы ты уехал завтра. Пойдем, прогуляемся по пляжу, а потом купим тебе билет…

- Я думал, ты мне рад…

Зейдан с удивлением и тревогой смотрел на Мейсона, который неуверенной походкой направился к выходу из ресторана, по пути отослав воздушный поцелуй роскошной блондинке, полчаса назад усевшейся от них через два столика и не сводящей с Кепвэлла пристального взгляда, разбавленного недвусмысленной улыбкой.

- Может нам стоило еще немного остаться? Познакомил бы меня с этой блондинкой…Она кто?

Сани задорно подмигнул Мейсону. Но тот, даже не улыбнувшись, нажал на кнопку вызова лифта и мрачно процедил:

- Она?...Стерва….

……………………………………………………………………………………………………

Сани минут 20 сидел рядом с одеждой Мейсона, который, настояв на том, что ему нужно освежиться, исчез в пенистых волнах закатного океана. Зейдан при всем желании не смог себя пересилить, чтобы составить другу компанию – он терпеть не мог холодную воду, а океанское течение у Санта Барбары было очень прохладным, если не сказать больше. Сани уже начал беспокоиться, когда Мейсон наконец-то появился на берегу и тяжело рухнул на песок.

- Извини, что заставил тебя ждать. Но я кажется, действительно, перебрал сегодня… Да, и по любому, нам лучше было уйти из ресторана. Эта очаровательная блондинка, которая так тебе понравилась, - Лилиан, секретарша Арчера. Но, я думаю, что она работает на Гранта. В последнее время она постоянно вьется вокруг меня, так что большей частью приходится изображать перед ней из себя пьяного идиота….

- Ну не так уж, чтобы очень изображать…., - парировал Сани, за что тут же получил довольно чувствительную тычину в живот.

Однако следующие слова Мейсона, который прежде чем продолжать разговор огляделся, хотя они и сидели на пустынном пляже, уничтожили в их беседе всякие признаки веселия.

- Послушай. В Бостоне и Флориде мне удалось ускользнуть от всевидящего ока Гранта и довольно много про него разузнать. Прежде всего, меня интересовало, откуда он взял столько денег, чтобы начать атаку на «Кепвэлл интерпрайзерс». Как оказалось, я был прав – от моего дядюшки тянется след к самым влиятельным наркобаронам в Майами. И, как я понимаю, Грант не будет гнушаться ничем – все с чем столкнулся мой отец в последние недели – это только начало… И я не уверен, что СиСи Кепвэлл выстоит в этой схватке – Грант заручился большими связями и запасся большими средствами…. Поэтому единственный способ остановить его – это получить достаточно доказательств его связей с преступным миром. А остальное – дело техники… Мне уже удалось добыть довольно много информации, хотя все равно этого пока недостаточно… Но, самое поганое – это то, что я боюсь… Я боюсь… боюсь, что у меня мало времени. Пока мне удается пребывать в роли обиженного папой, вечно пьяного и всем на свете недовольного наследника…бывшего наследника миллионов…. Но, думаю, Грант уже догадывается…

- А как тебе удалось добыть всю эту информацию?

Мейсон, отряхивая брюки от песка, устало улыбнулся.

- Ну, у меня есть несколько друзей, которые занимают весьма серьезные посты в ЦРУ и ФБР… Кое-что удалось урвать от них… А самое главное…. Сани, я несколько лет работал помощником окружного прокурора… А ты сам знаешь, что не всегда на скамье подсудимых оказываются те, кто этого заслуживает….Было и так, что ход каких-то дел притормаживался…Ну, указом сверху… Это все политика, деньги…Словом, ты и сам все понимаешь… Но у меня…скажем так…в личном архиве…осталась парочка досье на довольно влиятельных людей… Словом … Вообщем, ты можешь назвать это шантажом, но на самом деле я всего лишь попросил об услуге…

Мейсон замолчал и вгляделся в сверкающие глаза Сани – по опыту он знал, что это не предвещает ничего хорошего. И действительно тот стремительно вскочил на ноги и выпалил:

- Да, мне плевать, как все это называется! Ты что совсем рехнулся?!! Да я просто счастливчик, раз имел шанс еще раз побеседовать с тобой, прежде чем придет приглашение на твои похороны! Ты в одиночку решил спасти компанию своего отца? Поиграть в героя захотелось?! То, что СиСи Кепвэлл повесил на тебя всех собак, еще не значит, что ты должен доказывать свою невиновность… вот таким вот способом! Подумай хотя бы о том, что у тебя есть дочь! Разве у твоего отца меньше денег и связей, чем у Гранта? Как может компания, чья история насчитывает уже почти два века истории так легко пасть под ударом какого-то, пусть и очень влиятельного, мафиози?!

- Сани, не все так просто! За Грантом стоит мафия – это так! Именно это я и хочу доказать. Но сам он ведь тоже Кепвэлл! И, по сути, он имеет такое же право на «Кепвэлл интерпразерс», как и мой отец… Что-то произошло раньше…еще до моего рождения…и это связано с моим дедом…что-то произошло из-за чего все наследство досталось только моему отцу…И я думаю, что теперь Грант собирается предъявить свои права…В том числе, возможно, и в законном порядке! Это, во-первых. А, во-вторых, нельзя просто так вытащить на свет историю о связях Гранта с мафией…пока нет убойных доказательств, делать этого нельзя!

- Ну, а хотя бы поговорить со своим отцом ты можешь? Разве не будет легче бороться с Грантом, если вы будете делать это сообща?

- Да, конечно...Но, пока я пользуюсь тем, что Грант знает о нашей ссоре с отцом… Так, карты как бы не раскрыты и мне легче было улизнуть из Санта Барбары и добыть информацию… И, кроме того, я не уверен насчет Арчера…

- Да уж, насколько я могу судить по твоему рассказу, этот парень появился в вашей семье явно неслучайно…

Мейсон усмехнулся.

- Еще бы!….Он просто какая-то реинкарнация Ченнинга!… Или…О, нет!... Знаешь, надо бы сходить проверить семейный склеп…Ну, все ли там на месте…

Сани, не скрывая своего бьющего через край возмущения, словно лев, расхаживал вокруг Мейсона.

- Ты и сам можешь там оказаться! Причем заметь, по соседству со своим братцем! Может хоть это тебя остановит! Все шутишь... Что тебе точно удалось узнать об Арчере?...

- Мало чего… Он воспитывался в приемной семье. Небогатой, но очень приличной. Его родители разбились на машине, когда Арчеру было 16 лет. Затем ему удалось получить стипендию для учебы…Словом, все это ерунда….Меня интересует его настоящее, а с этим не густо. Он либо усердно работает в компании отца, либо… Знаешь, за последний месяц он пять раз зачем-то летал в Испанию… Просто на выходные…

- В Испанию?

- Да, в Гранаду…

- В Гранаду?...Странно… А, ты думаешь, Грант не заинтересовался, куда это ты ездил?

- Конечно, заинтересовался… Но официальная легенда состоит в том, что я хочу уехать из Санта Барбары. Собственно, это не легенда. Я действительно хотел… И хочу…

- Чем я тебе могу помочь? Почему ты хочешь, чтобы я уехал, в такой момент?...

Сани вновь присел на песок - по-арабски подобрав ноги и нахмурившись. Мейсон невольно улыбнулся тому, как забавно смотрелся его смуглый друг на фоне ярко переливающихся за их спинами пирса и причала для яхт. Хотя декорации явно подкачали, казалось, все, что Сани сейчас не хватает для того, чтобы выглядеть живой иллюстрацией к сказкам Шахерезады, так это тюрбан на голове и почему-то непременно белогривый конь…

Зейдан, заметив по выражению лица Кепвэлла, что с его губ готова сорваться очередная шутка, вздохнул.

- Мейсон, ты не исправим!

- Молчу! Молчу! Надеюсь, когда все закончится, мы сможем с тобой по-настоящему отдохнуть….А пока, Зейдан, я хочу, чтобы ты завтра улетел отсюда подальше. Но прежде, возьми вот это.

Мейсон протянул Сани маленький ключ и сложенный вчетверо лист бумаги.

- Что это?

- Это ключ и шифр от моего сейфа в банке, который находится в Лос-Анджелесе. Там хранятся почти все оригиналы документов, фотографии, две пленки…Словом все, что мне удалось добыть на Гранта… Если со мной что –нибудь случится, отдай это моему отцу. Если же и с отцом что-то случится….Словом там есть все инструкции… И еще там мое завещание, и два письма – одно предназначено мой жене Джулии, а другое – моей мачехе Софии Кепвэлл.

- Ты уже и завещание составил? И письма прощальные написал?!

Сани вцепился Мейсону в плечи, пытаясь заглянуть ему в глаза, но тот мягко отстранился.

- Сани, это серьезно. Я как раз думал, каким образом тебе передать ключ и шифр, так чтобы это не вызвало подозрений. А тут ты, собственной персоной… Словом, просто замечательно, что ты решил принять участие в этой выставке в Сан-Франциско… Но завтра я хочу чтобы ты уехал. Я сам отвезу тебя в аэропорт и посажу на самолет, чтобы удостовериться, что ты действительно уехал. Ты все равно тут не сможешь мне ничем помочь…. Все будет хорошо… Вот увидишь! Я скоро поговорю с отцом. Мне только нужно всего лишь несколько дней, чтобы уточнить еще один момент… Кстати, для этого придется навестить родовое поместье… Если отец не переложил их… Я знаю, где в его кабинете находится тайник…И знаю, что там лежат какие-то тетради, исписанные рукой моего деда. Сдается мне, что перед разговором с любимым папочкой с ними явно стоит ознакомиться. Странно, что я не сделал этого раньше…

Сани, который в темноте уже почти перестал различать лицо Мейсона, до боли сжал в руке только что переданный им ключ. В его семье всегда с почтением относились к предчувствиям и он, несмотря на свое западное образование, не был исключением. Поэтому Зейдану вовсе не нравилось, как у него тяжело заходилось сердце в ответ на пытающийся казаться спокойным и веселым голос Мейсона. А еще…в голове почему-то засело название этого испанского города…Гранада…Странно…Очень странно…

……………………………………………………………………………………………………

Как только за Памелой закрылась дверь, Грант со всего роста упал в огромное кресло и издал звериный рык. Эта женщина ему не просто надоела – она сводила с ума, заполняя собой все пространство! От нее тошнило, от нее кружилась голова. А еще не хватало воздуха! Грант, сморщившись, поднес к носу рукав своего халата. Так и есть! Ее убийственно сладкие духи пропитали собой не только всю комнату – кажется, они пропитали даже его кожу! Просто не верится, что она когда-то была так молода и так красива, и он ее так безумно любил…Эту игру необходимо заканчивать! Уже можно раскрывать карты! Нанести визит братцу и следить за выражением его лица!

И тогда он вновь сможет весь день наслаждаться присутствием Лилиан!... Как же он по ней соскучился – по ее юному пылкому телу, по пышным формам и мягким губам! Ммммм… И, как невыносимо думать, что ей приходится обхаживать сыновей СиСи – изображать возлюбленную Теда, и… соблазнять Мейсона…?!

- Да, именно так!... Это будет идеальный вариант!

Грант хлопнул себя по колену и потянулся к телефону.

- Здравствуй, Эндрю…Рад, что застал тебя в Санта Барбаре.. .Встречаемся через час, -

Арчер сразу почувствовал, что голос Гранта звучит язвительно и недовольно…

……………………………………………………………………………………………………

«Эндрю, Эндрю, Эндрю….»

Грант, одетый в элегантный белый костюм, нетерпеливо мерил шагами комнату, сбрасывая пепел от сигары прямо на пушистый персидский ковер под ногами. Он был зол. В его тщательно продуманных планах, в которых пока что все шло как по маслу, наметился изъян – и им был Эндрю Арчер. Грант уже жалел, что именно ему он поручил разузнать загадочную историю воскресшей Мэри Дюваль. Мальчик, кажется, всерьез увлекся, причем, вовсе не тем, чем надо…

Поначалу казалось, что тайна бывшей возлюбленной Мейсона может принести свои дивиденды, но как только Грант узнал, что ребенок, которого родила Мэри, не приходится СиСи внуком, интерес к семье Маккормиков у него значительно снизился. Конечно, этих людей не стоит упускать из виду, ведь, как понятно, Марк ненавидит Кепвэллов, а такой человек всегда может пригодиться…Но не более того…По –крайней мере, сейчас лишние «игроки» были не к чему.

Бесполезной Мэри оказалась и в отношении дальнейших планов Гранта по поводу Мейсона. Причем, даже в качестве призрака… Грант искренне удивился тому, что его «дорогой племянник» для человека, как минимум раз в неделю встречающегося с приведением, держался очень даже неплохо. Свои «свидания» с потусторонним миром он ничем не выдавал, и на его поведении, за исключением случая с дракой у лифта «Ориен-экспресс», это никак не отражалось. Разве что Мейсон стал гораздо чаще пить и постоянно ругаться по этому (и не только) поводу со своей женой. И только то…

Грант даже собирался в какой-то момент временно махнуть на Мейсона рукой – ведь он, вопреки ожиданиям, не то что никуда не вмешивался и не пытался ничего разузнать, но даже не предпринимал попыток вновь поговорить с СиСи. А также, не искал новую работу, свел к минимуму общение с остальными членами семьи, и если не гулял по пляжу со своей дочерью, то усиленно напивался в баре.

И все-таки за Мейсоном была определена круглосуточная слежка, а также вокруг него постоянно увивалась Лилиан, которая параллельно время от времени продолжала исполнять и роль «призрака Мэри». Что делать дальше Грант не знал, решив, что потом придумает новый, непременно забавный и красочный, способ сполна расквитаться со строптивым племянником.

Но тут, агенты, вдруг, сообщили, что абсолютно трезвый Мейсон направляется в аэропорт... За ним удалось проследить до Бостона, но потом Кепвэлл загадочным образом исчез, что было очень плохим знаком. Когда же Мейсона вдруг «нашли» в Майами все сомнения Гранта и вовсе отпали, и он какое-то время колебался только в выборе способа…

……………………………………………………………………………………………………

- Я правильно понял? Ты собираешься сегодня показаться на публике? На приеме у мэра?!

Эндрю сидел на диване напротив Гранта, который был занят распаковкой только что полученных по почте сигар – клейкая бумага прилипла к коробке и цеплялась к рукам.

- Да, ты меня правильно понял.

Грант пытался казаться сухим и деловитым – Арчер должен почувствовать, что он им недоволен. Но не так, чтобы мальчишка замкнулся в себе. Тактика обхождения с Эндрю требовала тонкости в нюансах, по – крайней мере, до тех пор, пока он не узнает правду…

- Может тебе помочь?

- Спасибо. Я сам.

Грант наконец-то открыл посылку, и, набив портсигар, отшвырнул остальные упаковки на стол. Затем медленно прошелся до зеркала и придирчиво оглядел себя с головы до ног.

- Ты мне понадобился вовсе не для этого…

- А для чего?

Грант обернулся и в упор посмотрел на Арчера.

- Нам пора попрощаться с Мейсоном.

Эндрю выдержал экзамен на «отлично» – на его лице не дрогнул ни один мускул. Он остался невозмутим – так, словно речь шла об очередном контракте.

- Ты уже знаешь, каким образом мы с ним…попрощаемся? Или это нужно продумать мне?

Грант остановился посередине комнаты и задумался.

- Да, кстати, а что бы ты предложил?...

- Существует много способов. Однако, учитывая пристрастие Мейсона к алкоголю, я думаю, наилучшим вариантом будет какой-нибудь несчастный случай…

- Фууу, Эндрю, как примитивно!... А я думал ты от меня чему-нибудь все таки да научился! Так не пойдет... Кроме того, нам предварительно придется поговорить с Мейсоном по душам. Я думаю, он что-то про нас узнал. Если честно, надо было тебя послушать с самого начала…

От этих слов Арчер передернул плечами и слегка побледнел, но опять-таки кроме этого больше ничем не выдал своего волнения.

- Но, тогда нам нельзя тянуть! Кстати, я действительно предупреждал…

Грант расплылся в улыбке и согласно кивнул.

- Да, надо было тебя послушать, мой мальчик... Надо было… Признаться, я думал, что встреча с призраком давно погибшей возлюбленной выбьет у Мейсона почву из-под ног… Но он оказался крепким орешком. Кстати, а что там насчет этой Мэри?

И вновь Грант с удовлетворением отметил выдержку Арчера – с невинным видом он сообщил, что семья Маккормиков находится у него под контролем. Но не более того… На сей раз Грант, который знал о каждой встрече Эндрю с Мэри за прошедший месяц, состроил невозмутимый вид.

- А ты выяснил, каким образом она…воскресла? Как она могла оказаться живой, после того, как… умерла на руках у Мейсона?

- Выяснил. И это очень интересная, хотя и во многом запутанная история. Доктор Маккормик…

- Нет…Об этом потом… Сейчас Мейсон… Если честно, меня сильно беспокоит, что он, так же как и его странная возлюбленная, все еще живой… Но действовать топорно мы не будем... Во-первых, запомни, что в любом, даже идеально разыгранном несчастном случае, при желании всегда можно найти следы, указывающие на то, что оно таковым не являлось. А уж то, что расследование гибели Мейсона Кепвэлла будет поручено лучшим полицейским в городе, или даже в штате, сомневаться не приходится. К тому же, поскольку мы упустили время, нет никаких гарантий, что Мейсон не успеет, или уже не успел, что-то сообщить СиСи, или кому-нибудь еще… Поэтому ниточка неизбежно потянется к нам… Ну, и наконец, как ты знаешь, я люблю из всего устраивать яркое шоу, и уж, поверь мне, смерть Мейсона Кепвэлла я постараюсь обставить со всем своим режиссерским талантом. Не смогу себе отказать в этом удовольствии! Просто не смогу!

Арчер, который еле удержался, чтобы не рассмеяться при словах о «режиссерском таланте» своего шефа, тем не менее, выглядел крайне заинтригованным.

- Так что же ты задумал?

- Я тут подумал и решил, что одной гибели Мейсона, даже учитывая, что он нам может серьезно помешать, будет явно недостаточно. Я собираюсь…. лишить СиСи…. обоих сыновей, тем самым полностью уничтожив его морально. А затем и финансово!

Грант громко расхохотался и несколько раз довольно чувствительно похлопал Арчера по спине.

- Учись мой мальчик! Учись!

- Я все равно не совсем не понимаю….

- Ты сам говорил, что Тед Кепвэлл по уши влюбился в Лилиан…

Арчер кивнул и тут же понимающе улыбнулся.

- А она в последнее время по твоему поручению постоянно вертится вокруг Мейсона…, так что Теда это уже начинает раздражать. Он мне говорил об этом…

- Вот завтра вечером мы и откроем малышу Теду жестокую правду жизни… В твою задачу входит как следует напоить его и накрутить против Мейсона. Какой сюжет! Младший сын нефтяного магната в припадке ревности убивает своего старшего брата! Ты также должен будешь приглядеть за Тедом то время, пока мои люди будут беседовать с Мейсоном. Как только он расскажет нам о своих приключениях в Майами, привезешь Теда в условное место. Скорее всего, это будет домик Кепвэллов в горах. Детали мы еще обговорим завтра утром. Ну, а пока можешь отдыхать. И я тоже собираюсь провести вечер в приятной компании местного бомонда.

Грант вновь раскатисто расхохотался – на его лице так и играло полное довольство самим собой. Арчер, уже будучи в дверях, вдруг остановился.

- А почему ты так уверен, что Мейсон расскажет нам о том, что ему удалось узнать?

- А это самое простое. Я думаю, жалобный плач его прелестной маленькой дочурки будет убедительным доводом в пользу предельно откровенного разговора...

……………………………………………………………………………………………………

Придя в свою квартиру, Арчер первым делом достал из дипломата фотографию Мэри и водрузил ее на стол. Эта женщина должна принадлежать ему! Он избавит ее от мужа-идиота и увезет далеко-далеко! А достойной наградой за все ее мучения будут его страсть и деньги Кепвэллов! Грант – полнейший придурок! Нужно только дождаться, пока он разберется с Мейсоном и со своим братом, и тогда наконец можно будет от него избавиться… Он и его брат…Два старых придурка! Два старых богатых придурка, которые никогда не знали никаких трудностей в жизни… Уж он то им покажет, что такое настоящий талант!…

- Но спешить я не буду…

Арчер откинул голову на спинку кресла и, закрыв глаза, еще раз прокрутил в голове разговор с нанятыми им в Испании ищейками. Эта информация по деньгам стоила ему нескольких месяцев работы в «Кепвэлл интерпрайзерс», но он не жалел… Грузный, неряшливый, и с виду совершенный профан – частный детектив Рамирез, оказывается, умел творить чудеса. Три дня назад он рассказал душещипательную историю, которая вложила в руки Арчера дополнительный козырь. А после смерти Мейсона этот козырь и вовсе может превратиться в самый настоящий джокер!

Оказывается, четыре года назад рожала Мэри очень тяжело – после всех мучений, женщина еще месяц пролежала в полном беспамятстве в реанимации. И, конечно, не знала, что Марк… подменил ее сына. Доктор Маккормик подкупил весь персонал заштатной клиники, и сумел отвезти новорожденного в Мадрид, где проведенный анализ ДНК ясно показал, что он не может являться отцом этого, постоянно плачущего у него на руках, малыша...

При этом Марк прекрасно понимал, что ему позарез нужен ребенок - именно их общий с Мэри – хотя бы потому, чтобы как-то примирить жену с новой для нее жизнью и, конечно, с ним самим. Маккормик был уверен, что иначе Мэри не остановит даже ее вера, и он однажды найдет ее, либо с порезанными венами, либо с петлей на шее… Поэтому в короткие сроки, в одной из стран Восточной Европы Маккормик купил из детского дома ребенка... При этом, все прошедшее с тех пор время он держал руку на пульсе, поскольку точно рассчитал, что Мэри однажды сама закажет провести анализ ДНК Мэтью. Так и случилось. И тут снова все решили большие взятки работникам лаборатории…

Марк ни разу не пожалел о своем выборе – сын рос смышленым и здоровым. А об оставленном на пороге детского дома в пригороде Белграда сыне Мэри и Мейсона Маккормик старался не вспоминать…

 

#14
shvetka
shvetka
  • Магистр
  • PipPipPipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 27 Мар 2009, 23:16
  • Сообщений: 13937
  • Откуда: Тверь
  • Пол:
Зачем же сразу так много :shocked: Мне же это в жизни не прочитать вот так сразу :cry: А начало понравилось :) Я так понимаю на дворе 88 год, раз Иден готовится стать матерью, а Келли с Джефри :look: или все таки 89-й? ;) раз Ченнинга убили 10 лет назад. :look:

Сообщение отредактировал shvetka: Понедельник, 15 марта 2010, 07:14:32

 

#15
Julmers
Julmers
  • Активный участник
  • PipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 12 Окт 2008, 09:30
  • Сообщений: 1197
  • Пол:
elrisha, очень рада, что теперь могу ваш фанфик прочитать и здесь тоже! ура! :)

очень интересно развиваются события, сюжет просто потрясающий
И, конечно же, очень переживаю за Мейсона и Мери.
 

#16
Мэйси
Мэйси
  • Постоянный участник
  • PipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 28 Янв 2010, 02:01
  • Сообщений: 4780
  • Пол:
Вообще, это лучшее из всего, что я читала про Мейсона - настолько достоверно и небанально все выписано - все эти чувства-переживания-события... - это что-то просто. :good:
elrisha, у Вас прям Талантище, ей Богу!
Одна только просьба - не затягивайте с продолжением, ПОЖАЛУЙСТА!!! :)

Сообщение отредактировал Мэйси: Понедельник, 15 марта 2010, 11:16:31

 

#17
Clair
Clair
  • Заслуженный участник
  • PipPipPipPipPip
  • Группа: Модераторы
  • Регистрация: 21 Сен 2006, 06:20
  • Сообщений: 6612
  • Пол:
Elrisha, я давно с большим интересом слежу за Вашим фиком и очень рада, что Вы решили его здесб выложить, теперь и я смогу его комментировать.
Я смотрю, Вы это в день своего юбилея сделали, я Вас с ним поздравляю! Фото/изображение с Телесериал.com
 

#18
elrisha
elrisha
  • Автор темы
  • Участник
  • PipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 14 Мар 2010, 20:57
  • Сообщений: 250
  • Пол:
Спасибо) Да, так получилось, что в юбилей) Спасибо за комменты - всегда очень интересно читать отзывы!) Продолжение, кстати, уже на подходе)
 

#19
natala
natala
  • Активный участник
  • PipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 5 Фев 2010, 13:03
  • Сообщений: 1982
  • Откуда: Украина
  • Пол:
elrisha! Примите и от меня поздравления :rose: :rose: :rose:
Очень нравиться Ваша история, всегда с огромным нетерпением ждала продолжения. Очень надеюсь, что здесь дело побыстрей пойдет, ну хоть чуть-чуть :look: , ну пожалуйста :look: .
 

#20
marusik
marusik
  • Заслуженный участник
  • PipPipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 4 Мар 2008, 17:39
  • Сообщений: 5420
  • Откуда: Саратов
  • Пол:
Elrisha, здорово, что вы и здесь решили разместиться! Люблю ваш фик, очень нравится, как вы описываете отношения Мейсона с окружающими, его размышления.

С Днем рождения вас! :rose: :rose: :rose: :rose: :rose:
 


0 посетителей читают эту тему: 0 участников и 0 гостей