Перейти к содержимому

Телесериал.com

Один из самых распространенных мифов гей-легенды

версия смерти Фредди Меркьюри.
Последние сообщения
Новые темы

  • Тема закрыта Тема закрыта
В этой теме нет ответов
#1
maysa
maysa
  • Автор темы
  • Младший участник
  • PipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 16 Авг 2008, 20:07
  • Сообщений: 72
  • Откуда: Moscow
  • Пол:
Один из самых распространенных мифов гей-легенды — что Брайан Мэй, Роджер Тейлор и Джон Дикон ничего не знали о заболевании Фредди. Они якобы узнали об этом позже всех, после того, как это знали все «близкие друзья», под которыми подразумевается половина лондонских геев. Источниками дезинформации на этот раз стали сами экс-члены «Queen». Брайан Мэй после смерти Фредди сказал, что они ничего не знали, «только догадывались», и Фредди сообщил им только за несколько месяцев до своей смерти. Хотя в одном из поздних интервью он проговорился, что Фредди с самого начала попросил коллег помочь ему делать музыку и нормально провести оставшиеся годы.

Скорее всего, они связаны с Фредди обетом молчания. Все факты говорят о том, что они узнали о случившемся одними из первых.

Прежде всего, эти трое мало похожи на кретинов — а только кретины могли по несколько недель проводить с Фредди и не понять, что он умирает.

Как порядочный человек, Фредди обязан был предупредить ребят о том, что «Queen» осталось существовать совсем недолго, и им пора более серьезно подумать о сольных карьерах.

Уже в 1987 году члены «Queen» заявили, что в будущем они откажутся от концертов и шоу — значит, все четверо знали причину этой непонятной для посторонних перемены.

Их выдавали глаза — на всех фото начиная с 1989 года их глаза пронзительно грустны.



В сентябре 1987 года пресса обратила внимание на несколько неожиданное событие — на остров Ибиса прибыли все четверо членов находившейся в отпуске «Queen». И прибыли они не вместе, а, по «совпадению», по отдельности.

Но члены «Queen» с 1977 года не проводили отпуск вместе — они достаточно уставали друг от друга на работе. И вдруг они «случайно» решили встретиться.

Возможно, они решили увидеться после девяти месяцев простоя, обсудить будущие планы и заодно отдохнуть.

Но если Роджер Тейлор решил, не покидая «Queen», создать собственную рок-группу «Кросс» и официально представил ее общественности — значит, он был уверен, что у него будет время для работы с «Кросс». Работа в «Queen» в обычных масштабах не оставила бы ему такой возможности — следовательно, он знал, что в будущем «Queen» будет работать вполсилы, и не мог не знать причину.

А год спустя, осенью 1988 года, Фредди еще раз приехал на Ибиса, и на этот раз он остановился не в отеле, а скрылся на вилле Роджера Тейлора, прячась от посторонних глаз. Тейлор не мог не знать об этом.

Начиная с 1989 года Роджер Тейлор и Брайан Мэй, по скрытности своей личной жизни мало уступавшие Фредди, вдруг резко изменили поведение — они стали выставлять напоказ свои семейные проблемы и устраивать скандальные и экстравагантные выходки.

Брайан Мэй публично признался в том, что актриса Анита Добсон — его любовница, позволив желтой прессе всячески муссировать эту тему. Через два года он развелся с женой — и предал свой развод огласке, прекрасно осознавая последствия. Он также сыграл на концерте скандально известной группы «Блэк Саббат», дав прессе повод для бурных дискуссий. Роджер Тейлор также выставил напоказ свой разрыв с гражданской женой Доминик, их брак ради детей, за которым последовал немедленный развод, уход к манекенщице Дэбби Лэнг...

За этим последовало бурное празднование его дня рождения с грохотом и фейерверками, перепугавшее соседей и вызвавшее визит полиции, кража из его дома интимной кассеты, на которой он был снят с Дэбби Лэнг и бурное обсуждение этой кражи в желтой прессе. Редко появлявшиеся с женами, они стали публично гулять в обнимку со своими новыми возлюбленными... и все это безобразие продолжалось два года, полностью прекратившись после смерти Фредди.

Даже некоторые биографы поняли подлинную причину случившегося. Конечно, Мэй и Тейлор не стали внезапно получать удовольствие от внимания прессы к их интимной жизни и скандальным выходкам. Они делали все это ради Фредди — строя из себя плейбоев и отвлекая внимание прессы от его умирания. Следовательно, они все знали...

Наконец, все позднее творчество «Queen» переполнено намеками, позволяющими подтвердить не только версию о насильственной смерти Фредди Меркьюри, но и знание этой тайны его коллегами.

«The Miracle» («Чудо»), первый альбом, выпущенный «Queen» после трехлетнего простоя, сразу вызвал оживленные дискуссии в прессе. Многие обратили внимание на странную обложку альбома — лица четырех музыкантов были слиты в одно. В будущем появилась версия, что это было сделано, дабы отвлечь внимание публики от измененного болезнью лица Фредди. Но тогда следовало вообще воздержаться от фотографий, поместив на обложку рисунок. Обложка имела иной смысл — члены «Queen», объединенные бедой, как бы слились в одно.



Именно с 1989 года творчество «Queen» стало анонимным. Раньше указывался автор каждой песни, за исключением тех, в создании которых принимала участия вся группа. Но начиная с «The Miracle» вместо имени автора писали просто «Queen». Авторские доходы также делились поровну.

Не случайным было и название альбома — сам факт его выхода был чудом. По всем научно-медицинским расчетам Фредди должен был лежать под капельницей — а вместо этого он выпускает новый прекрасный альбом.

Альбом начинается с необычных для «Queen» резких и хулиганских ритмов — можно подумать, что музыканты дурачатся, стуча во что попало. Звучит шуточная и дурашливая «Party» («Вечеринка»), плавно переходящая в «Khashoggi Ship» («Корабль Хашогги»). Легкомысленные песенка о том, как им хорошо и как они развлекаются, звучит жутко, если помнить, что Фредди в это время умирал. После слов «до свидания, вечеринка закончилась», завершающих первую песню, начинается вторая — со слов: «Кто сказал, что моя вечеринка закончилась? Ха-ха, да я в прекрасной форме...». А заканчивается символичным «никто не остановит мою вечеринку, никто не остановит мою...».

Песня адресована прежде всего Им — шокированным выходом нового альбома Фредди Меркьюри, на котором уже поставлен крест. И Фредди говорит им: «Вы меня слышите, сволочи? Да, это я. Я в полном порядке. Вы меня не остановили. Я вам еще покажу!». Выходка вполне в стиле Фредди Меркьюри — такие люди не сдаются.

Песня «Rain Must Fall» («Должна случиться неприятность») повествует о некоей удачливой звезде. У него все в порядке, он пользуется успехом и ведет сказочную жизнь — но с ним что-то случилось:



Я вижу по твоим звездам — твоя жизнь так восхитительна!

Все вокруг так заманчиво, твой мир так манит!

Ты хладнокровно играешь и выглядишь таким таинственным, милый!

Каждый твой день полон солнечного света,

Но в жизни каждого может случиться маленькая неприятность.



Вся песня намекает на эту «маленькую неприятность», которая способна не только повредить герою, но и уничтожить его репутацию, которой он очень дорожит:



Ты хочешь безупречную репутацию,

Но сейчас у тебя осложнения,

Потому что в жизни каждого

Может случиться маленькая неприятность.

Нетрудно догадаться, о какой неприятности идет речь.

Особенно пугают строчки:

Каждый, кто воображает,

Что тебя можно ослепить с помощью науки,

Только запугивают тебя недвижимостью и финансами.



Русские переводчики не случайно перевели «blind» («слепой», «ослепить»), как «охмурить», изменив таким образом весь смысл фразы. Слишком жутко звучит этот намек про ослепление с помощью науки — особенно если учитывать, что в последние дни своей жизни Фредди почти полностью ослеп — СПИД поразил его сетчатку.

И печаль, с которой Фредди исполняет песню, не оставляет никаких сомнений в ее подлинном смысле.

«Scandal» («Скандал») — пронзительная песня против желтой прессы — той, что бесцеремонно лезет в интимную жизнь знаменитых людей, превращая ее в ад, делая все их личные драмы и горести объектом всеобщего внимания:



Скандал — ты бросила меня, и теперь весь мир знает об этом.

Скандал — они превратили нашу жизнь в безобразное шоу.

Они увидят нашу душевную боль и разбитую любовь.

Они услышат мои мольбы, а я буду повторять «Бога ради».

Эй, скандал, и весь мир выставит нас дураками.

Жди плохие новости, приготовься к потокам слез.

Они бросят нас истекающими кровью, мы назовем их дешевками...



Легко понять этот крик замученного травлей знаменитого человека. И еще надо учитывать, что именно в 1989 году, когда была записана «Scandal», сразу двое членов «Queen», Брайан Мэй и Роджер Тейлор, попали в таблоиды как раз на тему краха семейной жизни. Но песня имеет еще один уровень.

В снятом на эту песню видеоклипе Меркьюри появляется на фоне огромного газетного заголовка «National Scandal» («Национальный Скандал»). Любовные драмы звезд — хороший повод для прессы и обывателей почесать языки, но, согласитесь, на скандал национального масштаба это не тянет. Зато одно событие, случившееся именно в «Queen», стало скандалом не только британского, но и мирового масштаба. Только случилось это через два года после выхода видеоклипа «Scandal».





Думаю, вы уже поняли, о чем идет речь — конечно, это смерть Фредди Меркьюри от СПИДа. Фредди намекает на будущий скандал, на тот публичный позор, на который его обрекает пресса.

И снова странные слова:



Сегодня — газетные заголовки, завтра -трудные времена,

И никто не сможет отличить правду от лжи.

И в конце концов эту историю надо поглубже спрятать —

Глубже, глубже, глубже спрятать!



Это выглядит как предложение скрыть свой разрыв от посторонних глаз, не выставляя его напоказ проклятой прессе, но Фредди говорит еще и о желании спрятать некую историю — какую, нетрудно догадаться.

В песне «My Life Has Been Saved» после слов «моя жизнь спасена» звучат странные и подозрительные слова: «Вот и мы продолжаем врать».

В песне «Was It All Worth Of It?» («Стоило ли все это усилий?»), завершавшей «The Miracle», «Queen» подводит итог своей работе, прощаясь со слушателями. Никто не знал, сколько еще осталось жить Фредди, и этот альбом вполне мог стать последним. Там сказано: «Стоило ли все это усилий — дышать одним рок-н-роллом, жить как отшельники? Стоило ли все это усилий, раз свистопляска закончилась?». И отвечают: «Да, это был стоящий опыт. Он стоил всех усилий». Ни умирающий Фредди, ни его команда ни о чем не жалели...

В том же 1989 году появилась малоизвестная песня «Hang On In There» («Задержись здесь»), изданная только на сингле и на CD-версии альбома «The Miracle». В ней откровенно говорится о Фредди, о его умирании:



Не уходи, не теряй свою таинственность,

Подожди немного!

Завтрашний день принесет еще один праздник.

Благодарим Господа за то, что ты еще жив!

Ты все еще участвуешь в пьесе.

Задержись здесь, задержись здесь,

И твои желания будут тебе дарованы!

Все твои проблемы исчезнут!

Не глупи, твой пик еще не достигнут!

... Твоя жизнь еще не окончена.

... Помолись о чуде, и оно возникнет!

... Подожди рассвета,

Просто подожди и увидишь, как все прояснится!



От этой песни невольно хочется плакать. Она не нуждается в комментариях — и она еще раз доказывает, что все члены «Queen» знали о болезни и скорой смерти Фредди.

Они так надеялись на чудо, на его спасение, на вмешательство свыше. Это не песня отчаяния, а полная надежды молитва — не надо, не умирай, ты не можешь, не должен, ты же не успел сделать все, что хотел, у тебя еще столько дел!

Тогда же была записана малоизвестная и до сих пор не изданная песня «I guess we're falling out». Там были зловещие строчки — «чувствую, кто-то всадил мне в спину нож... мы скоро выйдем из игры... а так еще хочется побыть здесь...».

В 1991 году «Queen» перешла от полупрозрачных намеков к прозрачным. Их новый альбом носил символическое название «Innuendo» («Косвенный намек»), и даже некоторые критики обратили внимание на зловещие и непонятные окружающим намеки группы, которые, по их же словам, прояснились только после смерти Меркьюри. Действительно, альбом, как и снятые в том же году видеоклипы, переполнен даже не косвенными, как заявлено в названии, а почти прямыми намеками как на скорую смерть Фредди, так и на ее причины.

Видеоклип «I'm Going Slightly Mad» («Я понемногу схожу с ума») — один из самых странных и зловещих видео, созданных «Queen». Этот сюрреалистический черно-белый клип — пантомима, состоящий сплошь из символики, по сложной образности напоминающий знаменитый шедевр Луиса Бунюэля «Андалузский щенок» и сопровождаемый странным и многозначительным текстом, считается одним из главных шедевров «Queen». Он вызывал и продолжает вызывать немало дискуссий, но их содержательный уровень, как правило, не поднимается выше табуретки. «Рассказ о гомосексуализме», «наряженный в нелепый парик Фредди фигурирует в обществе трех ручных пингвинов», «наряженная в невероятные костюмы группа виртуозно демонстрирует различные формы психоза», «умора» — таковы далеко не самые нелепые отзывы на этот клип.

Но все же многие отмечали, что клип производит тяжелое впечатление, многим после просмотра было немного не по себе. Ничего удивительного. Образ, символ, так же как и музыка, способен проникать глубоко в подсознание личности, и даже если человек не понимает ни значения увиденного, ни текста, которым сопровождаются данные образы — все равно подсознательно он поймет все правильно. Поэтому многим было страшно смотреть этот клип — даже если они ничего не понимали и смеялись над странным видеорядом.

На второй секунде клипа Фредди появляется в медицинском кресле, в котором он сидит, скрестив ноги. В течении доли секунды он оказывается мишенью в снайперской винтовке. О смысле этого жуткого намека нетрудно догадаться. Сидя в кресле, Фредди поет:



Когда постоянно растет температура,

И значение этого так понятно,

Тысяча и один желтый нарцисс начинают танцевать перед тобой...



Постоянно высокая температура — характерный признак СПИДа. Желтый нарцисс — известный со времен античности символ безвременной смерти. Фредди говорит о своей болезни и скорой смерти. Далее идут странные слова: «Пытаются ли они сказать тебе что-то?», — то есть слова про нарциссы не просто поэтический образ. «Ты потерял последний винтик», «ты просто не в форме, дорогой», «ты просто не понимаешь смысла происходящего» — для зрителя все увиденное останется забавой, он не понимает самого главного — ради чего Фредди затеял все это представление, что он хочет сказать.

Фредди постоянно говорит о случившейся с ним беде. Он несколько раз делает жест, означающий «страшно». Он перебирает волосы на своей голове и по очереди проводит ту же манипуляцию над Мэем, Тейлором и Диконом. Этот восточный жест означает «пепел (то есть «позор») на мою голову, а делая то же над своими коллегами, он добавляет: «и на ваши». Фредди говорит, что публично опозорен своей болезнью, а вместе с ним опозорена и вся «Queen», все его коллеги.

Он скоро умрет — поэтому говорит: «Всего одной волны не хватает до кораблекрушения», «я свалился с лихорадкой» (наряду с высокой температурой, лихорадка — один из признаков СПИДа), «я не вхожу, как обычно, в список лучших», «этот чайник выкипает» (в клипе в этот момент появляется выкипающий чайник — символ скорого конца). Фраза «я вяжу одной спицей, нитка разматывается быстро, это правда» (в кадре появляется вяжущий Джон Дикон) имеет сразу два страшных значения. Вязание одной спицей — символ мужской импотенции, неспособности к продолжению рода — именно это сделала с Фредди его страшная болезнь. Быстро разматывающаяся нитка — символ жизни, которая вот-вот прекратится, знак умирания. О слабости и неспособности к продолжению рода Фредди говорит в эпизоде, в котором он гоняется за Роджером Тейлором, разъезжающем на детском трехколесном велосипеде, и ходит среди играющих людей. Звучат слова «в эти дни я могу разъезжать только на трехколесном велосипеде». Трехколесный велосипед ассоциируется с детством, ребенком. Погоня за ускользающим «ребенком» означает, что у него никогда уже не будет детей — а вы не представляете себе, как это страшно для восточного мужчины, тем более для зороастрийца...

Появляется человек, переодетый пингвином (Брайан Мэй), и три живых пингвина. Пингвин — символ птицы, не способной к полету или лишенной этой способности, птицы с обрезанными крыльями.

Говорит Фредди и о презрении, которым он будет окружен из-за своей «срамной» болезни — он подползает к сидящим на скамье людям, как бы взывая к их сочувствию, но они высокомерно отодвигаются от него, а один из них в исполнении Тейлора грубо его трясет за грудки.

Несколько раз Фредди появляется со странной гигантской обезьяной. Сначала он заигрывает с ней со словами «я не совсем в форме». Эта сцена напоминает то эпизод из балета «Дочь фараона», то музыкальный номер из фильма «Кабаре». Затем он надкусывает банан, бросает его обезьяне, та ловит, но с отвращением отбрасывает. Далее обезьяна бежит от пингвина, а в одном из последних кадров она танцует, и у нее отваливается голова. Это одна из самых страшных сцен видеоклипа.

Обезьяна имеет множество значений в мировой культуре. Большая бесхвостая обезьяна в контексте клипа означает сексуальность, плодородие, продолжение рода. В Индии во время особых храмовых праздников женщины, желающие забеременеть, обнимают статую большой обезьяны. Говоря, что он «не в форме», Фредди сообщает о своем поражении как мужчины. Банан — фаллический символ, а надкусанный банан символизирует кастрацию и является знаком евнуха. Обезьяна с отвращением отбрасывает надкусанный банан, и это означает, что Фредди больше не полюбит и не захочет ни одна женщина — он евнух, не мужчина, он перестал быть мужчиной из-за своей болезни. Затем у обезьяны отваливается голова. Голова — символ продолжения рода и сильного мужского начала, с этим связано ритуальное обезглавливание врагов во многих культурах мира. Отпадение головы у обезьяны-сексуальности символизирует прекращение рода, конец мужской силы. Род Фредди пресекся — как и род его отца. Других сыновей у его отца нет, а дочери, по восточным понятиям, продолжают чужой род...

Появляющаяся в видеоклипе забинтованная голова символизирует смерть и одновременно сексуальную немощь. Это символ, восходящий еще к Древнему Египту. Другое значение этого символа, как и темных очков — «слепота» публики, ее неспособность понять Меркьюри.

Самый страшный эпизод видеоклипа — рука с ножницами отрезает галстук. Щелкающие ножницы — символ смерти, конца жизни. Согласно античной мифологии, жизнью человека распоряжаются три мойры — богини судьбы. Мойра Лахесис определяет судьбу человека от рождения до смерти, Клото «ведет» его, прядя нить его жизни, Атропос обрезает нить ножницами, когда приходит смертный час.

Фредди снова говорит о своей скорой смерти.

В сочетании с галстуком сцена имеет особую символику. Галстук — знак общественного статуса мужчины, мужского достоинства, респектабельности (мужчина должен появляться в общественных местах в галстуке), а также символ сексуальной мощи. Обрезание галстука означает, что болезнь не только обрекла Фредди на смерть, но и лишила его мужской силы — и одновременно он опозорен на весь мир как мужчина и как уважаемый, знаменитый человек. С точки зрения Меркьюри, его опозорили самым страшным для зороастрийца срамом, он уничтожен как мужчина — как в сексуальном, так и в общественном понятии этого слова.

В финале Фредди улыбается несколько ехидной улыбкой, давая знать, что он не сломлен и не собирается сдаваться...

Любопытно, что сексуально озабоченные биографы Меркьюри «не заметили» видеоклип, перенасыщенный сексуальной символикой.

В видеоклипе «I'm Going Slightly Mad» Фредди откровенно говорит о своей болезни, страданиях и скорой смерти, но, за исключением сцены в кресле, не говорит о ее причинах.

Не таков был снятый два месяца спустя, в апреле 1991 года, «Headlong» — самый страшный видеоклип «Queen».

«Headlong» совсем не похож на «I'm Going Slightly Mad». Похоже, Фредди решил, что предыдущий клип был слишком мрачен — и «Headlong» наполнен боевым задором и агрессивной воинственностью. Умирающий Фредди продолжал сражение.

Это единственный видеоклип «Queen» 1991 года, в котором Фредди снялся без грима. Он выходит на съемочную площадку какой есть — бледный, истощенный, похожий на высохшую мумию, но обладающий странной и завораживающей красотой умирающего. При этом Фредди поет весьма воинственный текст, сопровождая песню сверканием глаз и взмахом кулака. Он как бы говорит: «Посмотрите, люди добрые, что со мной сделали. Но я не собираюсь сдаваться. Я еще повоюю». Его одежда также имеет символический смысл — желтая блуза (знак воина — льва и одновременно знак скорой смерти) и синяя рубашка (цвет неба, траура, религиозности).

Воинственный настрой клипа сразу обращает на себя внимание. Все четверо музыкантов пребывают в каком-то странном злом возбуждении, они как будто бы выясняют с кем-то отношения. Глаза Фредди свирепо сверкают, он показывает кулак и другие ругательные жесты, поет свирепо и агрессивно. Со стороны может показаться, что он пришел не петь, а набить кому-то морду.

На протяжении всего клипа Фредди несколько раз повторяет:



И ты несешься, у тебя новая цель.

Ты несешься, неуправляем,

Ты думаешь, ты такой сильный — но это ты не можешь остановить,

С этим ты ничего не можешь поделать.

Ничего, нет, ничего ты не можешь с этим поделать.



Фредди говорит: «Ты, думаешь, сильный? Очень сильный? Но с этим ты ничего, нет, ничего не сможешь сделать». При этом он то показывает кулак, то воздевает руки в зороастрийской молитве, то дразнится. Его коллеги то валяют дурака, то свирепо вопят в кадр «ничего ты с этим сделать не можешь!».

В одном из эпизодов Фредди наклоняется к столу, и, внимательно грядя в камеру, говорит «Let me out of this cheap «B» movie» («Высвободите меня из этой низкосортного фильма»). Он произносит эти слова свирепо, подняв указательный палец. То есть — не записывайте меня в плохой фильм, в котором я не участвую, я не порнозвезда и не герой дешевой кинокартины. Фредди прямо намекает, что его болезнь получена не в результате разврата.

На протяжении всего видео Фредди постоянно танцует, делает сложные акробатические номера и нагло-вызывающе улыбается в кадр, как бы говоря, что с ним все в порядке. Сами его воинственные и издевательские танцы — вызов. Даже страшно подумать, чего это ему стоило — в то время он сутками не мог есть и спать от боли, на съемках он терял сознание от боли и слабости. И через страшную боль он улыбался, шутил, дразнился, танцевал, отжимался. «Headlong» — памятник невероятному мужеству Фредди Меркьюри.

В одном из эпизодов Брайан Мэй, стоя рядом со свирепо резвящимся Фредди, смотрит на него с улыбкой печали и восхищения. В другом кадре Мэй делает резкий жест крепкого ругательства, адресованного явно не ничего не подозревающим зрителям. Он поднимает большой палец вверх, все четверо постоянно делают подобные жесты, дразнятся, издают презрительные вопли.

Несколько раз музыканты сняты лежащими на полках, расположенных как на египетских фресках. Фредди лежит на нижней полке, на нем странный белый галстук. В одном из эпизодов он тянет галстук вверх и указывает на него взглядом. Символика более чем прозрачна: длинный белый галстук — знак удавки, насильственной смерти. Ближе к концу клипа появляется кадр, длящийся менее секунды, но крепко врезающийся в память — при словах «ты думаешь, ты очень сильный» все четыре полки сняты общим планом, Фредди лежит задушенный тем самым галстуком, шея свернута, край галстука пришпилен к полу. Этот эпизод подтверждает все самые худшие подозрения.



На мгновение группа появляется сидящей в креслах. Фредди откинулся назад, глаза его закрыты, и, судя по его виду, он на грани болевого обморока. На самом деле ему очень плохо — но он не сломлен и продолжает работать.

В конце клипа Фредди машет кулаком и свирепо говорит «хе-хе», вся группа издает боевой клич, а Фредди показывает язык.

Но наиболее откровенно Фредди сказал о себе в великой песне «The Show Must Go On» («Шоу должно продолжаться»). Это — предсмертная исповедь, самая откровенная, самая таинственная и одновременно одна из самых гениальных песен «Queen». Написанная Брайаном Мэем, она, похоже, была создана специально для Фредди. «The Show Must Go On» до сих пор пользуется популярностью во всем мире, считается символом погибающего, но не сдающегося артиста и звучит на похоронах людей искусства. Прощальный видеоклип, снятый на эту песню в октябре 1991 года, за месяц до смерти Фредди, представляет собой монтаж из фрагментов концертов и видеоклипов разных лет. Но это не просто набор кадров — клип представляет собой ряд сложных символов и образов. Начинается он с красного занавеса, за ним следует другой. Открывается дверь. В символике это означает тайну — Фредди хочет рассказать о себе кое-что важное. Звучат слова:



Пустой космос — ради чего мы живем?

Покинутые места — мы знаем, какой ценой!



Меркьюри снова задает религиозный вопрос: ради чего мы живем — неужели ради того, чтобы без остатка растворится в холодной пустоте космоса (именно этому учит нью-эйджевская философия)? Появляется толпа подростков, и это ответ на вопрос, ради чего жил Фредди Меркьюри — ради них, этих детей. Им он посвятил жизнь. Ради них отказался от обычного человеческого счастья, ради них он умирает.

Говорит он и о своем эмигрантском состоянии. Он покинул родину, прожил всю жизнь в чужих странах, добился успеха среди гордых и надменных чужаков — но какой ценой!



... Кто-нибудь знает, чего мы ищем?



Фредди, облаченный в белые одежды, отделен от зрителей решеткой, на которую несколько раз кидается. Решетка — символ несвободы, отчужденности, непонимания, разделения. Фредди говорит о той незримой стене непонимания и клеветы, которая выстроена между Фредди и людьми. Он хочет объяснить людям, что он вовсе не тот, за кого его принимают, но не может этого сделать. Одновременно это символ души, рвущейся на свободу — к этому времени измученный болезнью Фредди ждал смерти как избавления от мук.

Далее Фредди прямо говорит об истинной причине своей скорой смерти, отбросив все полунамеки:



Еще один герой — еще одно бессмысленное преступление,

За занавесом, в пантомиме.

Не вешай трубку — кто-нибудь хочет это сделать?



При словах «еще один герой» появляется Фредди — зрителю дается понять, что речь идет именно о нем, а не об абстрактном лирическом герое. «Еще одно бессмысленное преступление» — на экране страшный эпизод из «I'm Going Slightly Mad», в котором ножницы обрезают галстук. Мы уже знаем, что это рассказ о болезни Фредди Меркьюри. Значит, его заболевание СПИДом — это... правильно, бессмысленное преступление.

Половое заражение нельзя назвать преступлением — это нелепость, глупость, но не преступление. Заражение из-за халатности врача — преступление даже по уголовному кодексу, но не бессмысленное — скорее, нелепое. Итак, Фредди заявил, что против него совершено преступление.

«За занавесом» означает тайну, скрытую от посторонних глаз (о подобных вещах принято говорить «за кулисами»). Против Фредди Меркьюри совершено тайное преступление, о котором общество не знает и не узнает.

«В пантомиме» — в этот момент появляется Фредди в виде клоуна, делающий жест — «позор» и «страшно». Как известно, пантомима — это театральный жанр, в котором все играется без слов, одними жестами (за исключением близкой к балагану так называемой «английской пантомимы»). Речь идет о преступлении, совершенном в «пантомиме».

Посмотрим, чем «пантомимное» убийство отличается от театрального.

В классическом театре убийца называет свое имя и произносит длинный монолог, объясняющий, за что и почему он убил. В пантомиме безымянный убийца подкрадывается к жертве, молча наносит удар кинжалом, жертва падает, убийца удаляется. Следовательно, преступление против Фредди совершено молча и анонимным преступником.

Меркьюри говорит «еще один герой» и «еще одно бессмысленное преступление» — значит, в мире шоу-бизнеса уже было подобное. Действительно, было — это убийство Джона Леннона маньяком Марком Чэпменом. Но только убийство Леннона было скорее «театральное» — Чэпмен сделал из этого целый спектакль. Он не пытался скрыться, спокойно стоял, дожидаясь полиции, и с удовольствием отвечал на вопросы собравшихся вокруг него «зрителей». На допросах и на суде он в подробностях рассказывал о причинах преступления и о его подготовке, наслаждаясь всеобщим вниманием и возможностью говорить на весь мир. В свою очередь, убийство Меркьюри — «пантомимное». Его совершили в тайне, имя убийцы неизвестно, он не сказал ничего — просто сделал свое дело и ушел, а люди даже не знают, что совершено преступление.

Говоря «держи связь», Фредди обращается к зрителям, призывая их понять, о чем он хочет сказать. Появляется кадр с четырьмя полками из «Headlong» — то есть коллеги Меркьюри посвящены в тайну «бессмысленного преступления».

Фактически Фредди говорит: «Я — жертва бессмысленного преступления, совершенного в глубокой тайне и в молчании. Кто-нибудь, поймите, что я хочу сказать!». И поет он эти строки с грустью и отчаянием в голосе.

Постоянно повторяется припев:



Шоу должно продолжаться,
Шоу должно продолжаться!
Пусть мое сердце разрывается,
Мой грим отслаивается,
Но моя улыбка остается!



Обычно припев трактуют так: шоу должно продолжаться, несмотря на смерть актера, умирающий актер продолжает играть роль на сцене и будет это делать до самой смерти. Биографы сделали из Меркьюри переполненного гордыней полоумного паяца, не желающего признавать факт собственной смертности. Были и такие комментарии: «Фредди остался шоуменом до конца. Он хотел, чтобы все продолжалось без него. Он не желал и слышать о роспуске группы после своей смерти».

Какая глупость! И какое неуважение к его смерти!

А я бы сказала — Фредди остался воином до конца. Каждый раз, когда в клипе звучит «шоу должно продолжаться», Фредди и его коллеги выбрасывают вперед кулаки и говорят о намерении продолжать борьбу. Появляется то Фредди, идущий по сцене в боевом танце и раздающий пинки кому-то невидимому, то Брайан, стреляющий из гитары. Меркьюри говорит не о сценическом шоу, а о духовной войне, которая должна быть продолжена — пусть он смертельно ранен и скоро сойдет с дистанции. Поэтому и сопровождает каждое слово о шоу воинственный взмах кулака.

Фредди надеется на то, что его музыка останется с людьми — как и его улыбка, которую невозможно забыть. Все наносное, внешнее уйдет — и останется главное. А еще он говорит, что улыбается людям, превозмогая муки боли, и любит их, несмотря ни на что.

Далее Фредди говорит о своей неудачной личной жизни и о том, что он всегда надеялся на лучшее, о любви к людям, которой, по его словам, «он еще продолжает учиться». И снова говорит о скорой смерти:



Я скоро сверну, угол уже близко,

Снаружи наступает рассвет.

Но внутри я сквозь боль рвусь к свободе.



При словах «я скоро сверну» Фредди стоит под стрелками часов, затем, закрывая его и циферблат, в кадре появляются Роджер, Брайан и Джон. Прозрачный символ — скоро пробьет его час, и он покинет этот мир, их останется трое. Говоря о рассвете, Фредди снова намекает на свой скорый уход на тот свет. Появляется стрелка, идущая вниз — намек на скорое «схождение в землю». Пробивающий стену поезд — из того же ряда символов.

Под торжественную музыку идут батальные сцены, в одной их них Мэй стреляет из гитары, в другой Фредди скрестил свой меч-микрофон в союзе с Горцем — победителем Каргана, рушатся стены и летит вниз «S» — знак поверженного Сатаны. Меркьюри снова говорит о тайной войне, которую «Queen» вела с помощью музыки. Хотя Фредди скоро умрет, но война не окончена — она будет идти всегда.



Моя душа раскрашена, как крылья бабочки.

Вчерашние сказки разрушатся, но никогда не умрут.

Я умею летать, друзья мои!



При словах о раскрашенной, как крылья бабочки, душе Фредди появляется на фоне огромной надписи «Национальный скандал». Тем самым он говорит о том, что истинная его душа никому не интересна — всех волнуют исключительно сальные истории и сексуальные скандалы. Слово «скандал» расположено за его спиной, что является иллюстрацией восточного выражения «дурная молва за ним по пятам ходит» (дословно — за его спиной). Но слова о неумирающих сказках на фоне Фредди в костюме волшебника означают, что «волшебство «Queen» и все, что делал Фредди, навсегда останется с людьми. При словах «я умею летать» Фредди совершает «полет души»: цитата из «I Want To Break Free» — снова намек на скорую смерть.



Я приму это с улыбкой, я никогда не сдаюсь.

Продолжайте шоу...

Я заберусь на самый верх, я превзойду всех,

Я найду в себе силы вынести это.

Продолжайте шоу!

Шоу должно продолжаться...



Фредди улыбается, а в следующем кадре поворачивается задом. На Востоке это знак крайнего презрения, так там «посылают» обидчиков. А дословный перевод этого жеста с языка знаков — «педерасты!». Фредди сказал негодяям все, что о них думал, и показал, что умирающий, изувеченный, опозоренный — он все равно издевается над ними и смотрит на них с улыбкой презрения и победы.

Одновременно Фредди говорит: «Вам моя задница нужна? Вам ведь только это интересно? Получайте!»

Фредди говорит и о том, что найдет в себе силы вынести все чудовищные муки, он примет свои испытания с улыбкой и не сломается — и все равно он лучший, он — Король. И это не хвастовство — Фредди Меркьюри уходил из жизни в статусе Короля Рока. Он дошел до верха — пусть и ценой собственной жизни.

Несколько раз повторяется «продолжайте шоу» — и на экране всякий раз возникают лица подростков-поклонников. Именно к ним обращается Фредди с призывом продолжать шоу, то есть продолжать войну со злом. Одновременно он обращается и к музыкантам — продолжайте войну ради них, за эти юные души.

При последнем восклицании «шоу должно продолжаться» он машет кулаком. Последние аккорды уходят вдаль. Фредди закрывает дверь — исповедь окончена. В предпоследнем кадре он показывает язык — он не сдается.

«The Show Must Go On» — настоящая боевая песнь воина, сраженного на поле битвы. В старинных героических преданиях смертельно раненый великий воин произносил так называемые «речи», в которых говорил о своих подвигах, о том, что сделал ради людей, чем прославил свое имя. А если он был подло сражен со спины — тогда убийце доставалось как следует, и все вокруг пели хульную песню на негодяя. И Фредди исполнил свою прощальную песню. Чем-то она напоминает последние речи его тайного героя Исфандияра — великого воина-зороастрийца, также сраженного с помощью подлости:



Не плачь! Все это небом и луною

Предрешено — свершенное со мною!

Вот буду мертв и буду я зарыт,

Но ты не плачь о том, что я убит.

... Вот сколько тайно, да и явно я

Трудился в сих пределах бытия

Во исполненье Божьего завета

Во имя правды, разума и света!

Когда ж мой подвиг в мире воссиял

И руки Ахримана я связал —

Судьбина лапу львиную простерла,

Клыками львиными впилась мне в горло.

Но ведаю, хоть умираю я,

Что не напрасно жизнь прошла моя.

Пусть слава дел моих навек затмится,

Посев мой для потомства всколосится...



После смерти Фредди журналисты все донимали свидетелей вопросами — раскаялся ли Меркьюри, пожалел ли он о своей беспутной жизни. Мэри Остин на все подобные вопросы отвечала: нет, он ни о чем не жалел — и она не соврала. Он действительно ни о чем не жалел — потому что знал, за что умирает, и не боялся смерти.

Не случайно Фристоун сказал, что Фредди не имел в виду свою смерть — он прекрасно понимал, что эта песня — ключ к тайне, раскрытие которой надолго способно отправить за решетку его и его друзей.

В песне «Ride The Wild Wind» («Прокатись на диком ветре») постоянно проговариваются странные слова: «Living life on the razors edge» («Живешь на острие ножа»). Биографы со свойственной им оригинальностью трактуют эти слова как намек на развратный образ жизни Меркьюри, при котором он все время находился под риском заражения СПИДом (а Дэвид Брет даже использовал эти слова в качестве названия своей книги о гей-похождениях Меркьюри). Однако речь идет о совсем другом риске: вся карьера Фредди — это именно хождение по острию ножа, с которого он в конце концов сорвался...

В том же 1991 году «Queen» выпустила ремикс своей старой песни «Flash». Но ремиксом ее можно было назвать весьма условно — новая работа не имела ничего общего с оригиналом 1980 года. От прежнего текста остались всего две строчки, а музыка, в отличие от нежного и мелодичного оригинала, была резкой и неприятной и очень напоминала хэви-металл. Непонятно, зачем вообще надо было выпускать эту песню — непонятно, если не знать о «тайне «Queen».

Песня начиналась с того же, с чего начинался в 1980 году альбом «Flash Gordon» — с заимствованного из фильма диалога между императором Мингом и его советником Портсом. Тогда речь шла об их намерении уничтожить Землю, а затем начиналась песня о Флэше — спасителе Вселенной. Но в варианте 1991 года диалог взят не из фильма и не имеет к нему никакого отношения, а от его содержания, как и от вкрадчивых голосов исполнителей, становится не по себе:

— Testament, I'm Ports. - What can we possibly summon today? How about new Flash Gordon they call Queen (leader of Queen)? I heard he's quite popular on his planet Earth. Ha, I'll destroy this Flash Gordon. But first, I'd like to f... him before the annihilation.

- Император (Testament), я Портс. — Кого мы можем призвать сегодня? Как насчет нового Флэша Гордона (далее неразборчиво, но очень похоже на «лидер Queen» или «которого они зовут «Queen»)? Я слышал, он очень популярен на его планете Земля. Ха, я уничтожу этого Флэша Гордона. Я хорошо уделаю его перед аннигиляцией.

Далее идет песнь о Флэше, и постоянно повторяется — «Flash one time warning to... Flash two time warning to...» (Флэш — однажды предупреждали... Флэш — дважды предупреждали...). Весьма прозрачная аллюзия. Флэш в данном случае — это Фредди, борющийся с силами зла. Он слишком им мешает, и они принимают решение уничтожить его. Песня постоянно намекает на «предупреждения», которые посылали «Флэшу» его враги. Первое, второе... третьего не было. Но они рано смеются — смертельно раненый, но не сломленный Фредди посылает жесткое боевое послание. Музыка напоминает военный марш, только в более «тяжелом» варианте, и Фредди не поет, а читает текст, в его голосе — металл.

Намеки последовали и после смерти Фредди. В 1995 году, спустя четыре года после распада «Queen», ее экс-члены преподнесли приятный сюрприз своим поклонникам, выпустив новый альбом с опять же символическим названием «Made In Heaven» («Создано в раю», «По воле небес»), в основу которого вошли записи, сделанные Меркьюри незадолго до его смерти. Особый смысл имела и обложка альбома: трое экс-членов «Queen» были сфотографированы на берегу Женевского озера рядом с памятником Фредди Меркьюри. Они стояли спиной к зрителям, выстроившись, как на параде, и скрестив руки на груди. Казалось, они отчитывались за «проделанную работу», и не перед зрителями — их взгляды были устремлены к небу...



В самом альбоме «Made In Heaven» намеков почти не было — до самого конца. Альбом завершала композиция «It's A Beautiful Day» («Это прекрасный день»), с которой он и начинался. Но на этот раз звучала несколько иная вариация песни. После многозначительных слов «я чувствую себя хорошо, я чувствую себя правым, и никто, никто меня не остановит» на все лады повторяется «никто меня не остановит», и вступает боевая восточная мелодия, напоминающая песни персидского героя — явный намек как на происхождение Фредди, так и на его борьбу, которую он не прекратил до самой смерти. Но самое интересное впереди. Песня имела продолжение — самое странное и загадочное музыкальное произведение, когда-либо созданное за всю карьеру «Queen».

Началась двадцатиминутная музыкальная композиция, никак не заявленная в альбоме и формально продолжавшая «It's A Beautiful Day». Это самый длительный инструментал, написанный за всю историю «Queen» и занимавший треть альбома. В некоторых изданиях «Made In Heaven» она фигурирует под названием «Track 13», но чаще всего вообще не упоминается. Еще более странным было ее звучание — набор низкочастотных звуков, среди которых едва можно было разобрать подобие музыки (на CD музыка звучит наполовину слабее). Критики хвалили альбом, но отметили странную, скучную и слишком затянутую концовку, которая, по их мнению, предавала альбому слишком мрачно-мистическое звучание, напоминала о смерти Меркьюри и расстраивала слушателя. Некоторые считали, что это симфония памяти Меркьюри, но все сходились во мнении, что она портит замечательный альбом, и помещать ее туда было ошибкой. Многие слушатели альбома выключали свои плееры, не дослушав до конца. Из большинства поздних изданий «Made In Heaven» (на кассетах) концовку вообще выкинули — издававшая альбом фирма «EMI» посчитала, что она занимает слишком много пленки и все равно не пользуется популярностью у слушателей. У квиноманов композиция получила название «тринадцатой вещи». Многие поняли, что здесь какая-то тайна, и в фан-клубах «Queen» началась многолетняя и абсолютно бесплодная дискуссия на тему «загадки тринадцатой вещи». Уже несколько человек заявили, что разгадали загадку — и предоставили очередные детские сочинения. Потому что никто и никогда не разгадает ни одной из загадок «Queen», пока не вырвется из плена «мифологии для педерастов».

«Загадка тринадцатой вещи» действительно существует, и разгадывается она до обидного легко.

Прежде всего, ее надо слушать на предельной мощности магнитофона (кто слушает на CD, надо просто усилить звук) — тогда вялые звуки превратятся в оригинальную и многоуровневую музыку. «Queen» впервые в своей истории использовала систему «тайного послания».

И слушать ее надо очень внимательно, не отвлекаясь ни на минуту — и тогда вы поймете все. Это самое страшная музыка, когда-либо написанная «Queen» — после нее трудно заснуть, и почти невозможно заставить себя прослушать ее еще раз. И на основании этой композиции можно заводить уголовное дело по факту убийства Фредди Меркьюри. Музыка тем и хороша, что для ее понимания не нужно знания языков.

Композиция продолжает «It's A Beautiful Day», но эта тема звучит вдалеке. Ближе слышны воинственные звуки, напоминающие игру домры — восточного музыкального инструмента. Слышен слабый звон, воинственные звуки домры усиливаются. Появляется торжественная, похожая на церковную музыка, вдалеке слышен хор. «Церковная» тема звучит громче, но одновременно появляется тревожная тема, через мгновение она усиливается, но не забивает «церковную». «Queen» доводит до совершенства свой излюбленный метод «музыкального многоголосия» — когда одновременно звучат несколько антагонистических музыкальных тем, и все они хорошо слышны.

Постепенно тревожная тема начинает доминировать, хор исчезает, музыка становится все более угрожающей. Слушатель напрягается и замирает, как при просмотре хорошего детектива. Воинственные звуки восточной музыки усиливаются, и звучит тема эпического героя, скачущего во весь опор навстречу врагам (что это так, поймет любой, кто хоть раз в жизни слышал народную музыку Востока). Через несколько мгновений в «воинскую» тему встревают злобные, неприятные звуки, они звучат параллельно, словно стремятся забить друг друга. Наконец воинская тема совсем уходит, сменяясь на страшную, тревожную музыку. Слышен голос Фредди. Он несколько раз насмешливо кричит: «Are you runny?» («Ты убегаешь?»). Тема меняется, снова вдалеке звучит «It's a beautiful day» параллельно с тревожными нотками. Звуки становятся более низкими, на секунду вдалеке вступает хор и снова исчезает. Параллельно с «тревогой» появляются странные и угрожающие звуки, напоминающие приглушенный шум вентилятора или пропеллера вертолета (кстати, в поздних видеоклипах «Queen» постоянно появляется вентилятор). Музыка стихает, слышен только шум вентилятора. Неожиданно раздается резкий звук падающего предмета, заставляющий вздрогнуть, чьи-то шаги, а вслед за этим — странный мелодичный звон. Похоже на перезвон хрустальных подвесок на люстре или на звяканье медицинских колб. «Шум пропеллера» не утихает. Вступает тревожная высокочастотная музыкальная тема. Появляется напоминающий свист высокочастотный ультразвук, он усиливается, параллельно начинается тревожно-траурная фортепьянная тема, в отдалении снова звучит хор. Тревога усиливается, сюжет приближается к кульминации, слушатель весь в напряжении, его не оставляет ощущение, что сейчас произойдет нечто ужасное. Ультразвук забивает все прочие музыкальные темы, усиливается, наконец, настолько, что больно режет слух и становится невыносим. Наконец, немного помучив слушателя, ультразвук отступает, но его сменяют низкочастотные звуки, звон, дребезжание, шаги — кто-то крадется по коридору, что-то стукнуло. Слышен хохот Фредди — но это не веселый смех, а наводящий ужас хохот обреченного, смеющегося в лицо убийцам. Свирепый смех Фредди усиливается. Слышен странный звук «кумпа-кумпа», чье-то тяжелое дыхание, шаги, стуки. Раздается приглушенная автоматная очередь, и сразу за ней вступает пронзительно-печальная фортепьянная музыка, словно оплакивающая чью-то смерть.

Слышны странные глухие звуки, они стихают... и кто-то поспешно убегает по коридору. Звуки вентилятора резко смолкают — словно кто-то выключил механизм. Минутная пауза. Странный ехидный голос говорит «Зет» — то есть конец.

Брайан Мэй, автор «тринадцатой вещи», писал музыку ко многим детективам и триллерам. На этот раз он написал самый короткий и самый страшный триллер в своей жизни. Это не может быть ни аллегорией смерти, ни рассказом об умирании от СПИДа. Ни смерть, ни СПИД не звенят стекляшками, не стучат, не громыхают и не убегают по коридору, предварительно расстреляв кого-то из автомата. Смерть по неосторожности — трагедия, но не основание для страшной истории, а композиция построена по всем законам триллера. И, конечно, анонимная «тринадцатая вещь» — это не «симфония памяти Фредди Меркьюри». Если бы члены «Queen» захотели просто написать что-либо, посвященное памяти Фредди, они написали бы нормальную трехминутную песню.

Брайан Мэй назвал «Made In Heaven» хорошим финальным заявлением. Действительно хорошее — никто теперь не в праве сказать экс-членам «Queen», что они ничего не говорили. Они не смогли молчать и хранить в себе эту ужасную тайну — и заявили на весь мир о своей боли.

Наконец, в последней песне, созданной «Queen», «No One But You» («Никто, кроме тебя»), посвященной памяти Меркьюри, весьма зловеще проходит тема Икара, изображенного на обложке сингла и в видеоклипе — на фоне слов «Только лучшие умирают молодыми. Они летят слишком близко к солнцу». А после трогательных слов «мы никогда не осознаем это чувство, что тебя нет» звучит ужасное: «Как и то, что это было запланировано».



Весьма странно выглядела и обложка альбома “Queen Rocks”, в который вошла «No One But You». Картинка изображала… взорванный герб Queen.

В своем сольном творчестве Брайан Мэй также не оставил без внимание тему страшной судьбы Фредди. В его сольном альбоме «Back To The Light» («Назад к свету»), в песне с символическим названием «Resurreсtion» («Воскрешение»), он говорит:



Моя душа плачет,

Она рвется на свободу.

Я истратил свою жизнь

В долине лжи.

Я доберусь до утреннего света

Сквозь ночь.

Я жертва жертвы заговора.

От покинутого тела

Улечу на свободу.

Воскресение приходит!



А в песне «Nothing But Blue», по его собственным словам, написанной, когда умер Фредди, есть странные строчки:



В моей жизни нет ритма,

Она совершенно расстроена.

Я все пытаюсь им сказать,

Что мы вскоре увидимся,

Но правда все равно возвращается.

Думаю, ты знаешь, что я имею в виду!

Нет, я всего лишь подавлен...

Нет смысла плакать —

Это не то, что сделал бы ты.

Живые или умирающие —

Мы продолжим нашу борьбу!



... Есть древняя легенда о царе Мидасе, под страхом смерти запрещавшем своим слугам разглашать постыдную тайну — что у него козлиные уши. Его слуга, страстно желая поведать кому-либо мучившую его тайну и одновременно боясь гнева царя, ушел далеко в поле, выкопал ямку, быстро проговорил в нее «у царя Мидаса козлиные уши», закопал ее и ушел. На этом месте вырос тростник, из него сделали дудочки, и все эти дудочки пели только одну песню, возглашая человеческим голосом «У царя Мидаса козлиные уши!».

И все позднее творчество «Queen», как те тростниковые дудочки, говорит о тайне, которая рано или поздно выйдет на поверхность и станет достоянием всего мира: Фредди Меркьюри невиновен. Его подло убили. Не верьте его убийцам, не верьте их пропаганде. Он не блудник, погибший от разврата — он воин, павший в неравной битве. Запомните это раз и навсегда.



***

Итак, осенью 1991 года война подходила к логическому концу — Фредди умирал. Хозяевам оставалось только немного потерпеть и подождать развязки.

Поскольку «Queen» ждал скорый конец, враги слегка ослабили свою хватку. Критика стала немного мягче, «Queen» наконец получила награду Британской Индустрии Звукозаписи как «лучшая британская группа 80-х», видеоклип «Innuendo» получил единственную в карьере «Queen» награду на фестивале в Чикаго, влиятельная американская фирма «Holliwood Records» заключила с группой договор на выпуск в США их альбомов. Опалу сняли с фильма «Горец», с опозданием на три года он стал культовым и в США, принес огромные прибыли, было снято продолжение — обычный пошлый боевик.

Жизнь Фредди в последние три года — это постоянная, ни на минуту не прекращающаяся мука. Невыносимые боли не оставляли его ни на мгновение. Он сутками или даже неделями не мог спать и есть и был вынужден принимать сильнейшие обезболивающие, чтобы поспать хотя бы один-два часа в неделю. Он стал похож на мумию. Единственным его утешением в эти страшные годы становится музыка... Порой он не мог говорить из-за сильной одышки. В песне «Queen» «Mother Love» («Материнская любовь»), последней песней, записанной Фредди, есть строчки: «Мое тело болит, но я не могу заснуть. Только мои мысли составляют мне компанию... Мне нужно немного покоя перед смертью...».

И за эти годы невыносимых страданий никто не услышал от него ни крика, ни стона, ни жалобы. Он умирал, как настоящий мужчина и воин, и сквозь боль он еще шутил и подбадривал всех вокруг него.

Биографы Пушкина восхищаются тем, что он терпел невыносимые боли три дня — Фредди Меркьюри терпел еще более страшные боли три года, и еще продолжал шутить и смеяться.

И он сквозь чудовищные физические страдания, сквозь муки боли продолжал работать — и как работать! А ведь он испытывал не только физические, но и нравственные муки. Он прекрасно понимал, что его смерть опозорит его на весь мир, что журналисты превратят его в главного гея и первого развратника, что его доброе имя навек погибло — как и его род. Помимо своей религии, превыше всего на свете парс дорожит двумя вещами — детьми и репутацией. У Фредди нет ни того, ни другого — и никогда уже не будет.

И он не озлобился, не ожесточился, не проклял этот мир и людей, не бросился в бессмысленной злобе заражать всех вокруг — хотя мог бы. Он продолжал любить людей. И по-прежнему записывал прекрасную музыку — духовные гимны, молитвы и трогательные лирические баллады.

Представьте себе, чего это ему стоило. А он сквозь такие страдания продолжал нести любовь, радость и надежду людям, которым было намного лучше, чем ему самому.

Он работает, записывая альбомы и снимая видеоклипы, появляется на экране с сияющими глазами и торжествующей улыбкой — и мало кто знал, что на съемках он падал в обморок от боли, что записи много раз проходилось прерывать, чтобы привести его в чувство, и все вокруг умоляли его прерваться и отдохнуть, а он говорил: «Все в порядке, я должен это закончить — и я это сделаю».

На съемках видеоклипа «I'm Going Slightly Mad», во время которых Фредди изнемогал от боли и должен был постоянно отдыхать, он был единственный, кто вспомнил об изнемогающих от жажды пингвинах. В суматохе съемок о них забыли, в павильоне было жарко — и пингвины тихо страдали... И только погибающий Фредди не забывал постоянно подходить к ним и поить водичкой... Одна эта история разом убивает все, что наговорили о Фредди!

Все свидетели, кроме Джима Хаттона, говорят, что никогда не видели ни таких страшных мук, ни такого мужественного, достойного умирания. Меркьюри умирал с мужеством, достоинством и благородством своих предков, не желая никого беспокоить своими страданиями и не терпя никакой жалости. Умирал он совершенно спокойно, с чувством выполненного долга и исполненной миссии, прекрасно понимая, что и на том свете ему нечего бояться. Грешные люди не умирают так, как умирал Фредди Меркьюри.

Брайан Мэй, глядя на Фредди, испытывал почти мистическое чувство — то, что происходило, невозможно было объяснить. Фредди слабел с каждым днем, почти не мог ходить, в студии он должен был лежать, от его тела осталась еле видная тень — но дух его крепчал с каждым днем. Физические силы его покинули — но не душевные. Происходящее было чудом в высоком, религиозном смысле этого слова. Фредди и его друзья молились о чуде — и оно произошло.

Фредди продолжал петь, продолжал записывать новые альбомы. У него не пропал голос, даже когда СПИД почти полностью уничтожил его тело — а это абсолютная медицинская аномалия.

Скажут, что СПИД — болезнь коварная, ее течение непредсказуемо, и болезнь просто пощадила его горло. Но в случае с Фредди это объяснение не годится.

Осложнение на горло почти всегда бывает при СПИДе, и Фредди здесь не был исключением. Он страдал одышкой, пневмонией, порой не мог говорить. СПИД имеет особенность до предела обострять все имеющиеся у человека болезни — а Фредди с молодости страдал ларингитом, его связки периодически отекали, и он не раз вынужден был отменять концерты, иногда срывал голос прямо на концертах. Следовательно, уже в первые месяцы с момента начала болезни он должен был потерять голос. Но этого не произошло.

У Фредди не было тела, не было горла, не было легких — но он продолжал петь, и голос не покидал его. Последнюю запись он сделал за несколько месяцев до смерти.

Но это еще не все. Его голос не только не пропал — он стал лучше. Брайан Мэй говорил, что голос Фредди вопреки всему с каждым годом становился сильнее, и это правда — чтобы убедиться в этом, достаточно прослушать несколько его поздних записей. Скажите любому врачу, что СПИД на последних стадиях своего развития благотворно влияет на голосовые связки — он рассмеется вам в лицо и будет прав.

То, что случилось с Фредди Меркьюри, невозможно объяснить никакими медицинскими причинами. Это — чудо.

Говорят — Бога нет, чудес не бывает... Вот оно, перед вами — чистое чудо, без подставок и фальсификаций! Голый факт, от которого никуда не деться, живое свидетельство Божьего покровительства, оказанного Фредди Меркьюри!

Видеоклип «This Are The Days Of Our Lives» (британская версия), последний, в которым снялся Фредди, был превращен в зороастрийскую молитву. Изнемогавший от боли Фредди улыбался и молился. Он воздевал руки к небу, подносил ладонь к лицу в зороастрийском жесте любви к Богу и поднимал вверх сияющие необычным светом глаза. Последними его словами, сказанными в камеру, были «I still loves you» («Я все еще люблю тебя»). При этих словах Фредди поднял сияющие глаза к небу. Затем он внимательно посмотрел в кадр, склонил голову в коротком поклоне, улыбнулся странной и язвительной улыбкой и еще раз проговорил эти слова, а затем взмахнул рукой — и ушел. Эта трогательная сцена стала прощальной.

Один из биографов с удивлением отмечал, что в «This Are The Days Of Our Lives» лицо умирающего Фредди излучает такой свет и радость, какой редко встретишь у здоровых людей. Верное замечание. Только этот господин вряд ли поймет, почему у умирающего, измученного страшной болью Фредди лицо светилось, а глаза сияли.

А это был внутренний свет — то, что верующие люди называют «внутренняя благодать». И сияющие глаза умирающего Фредди Меркьюри — еще одно доказательство того, что есть Бог, есть духовный рок, и есть праведные рок-музыканты, к которым не липнет никакая грязь их среды.



Кен Дин пишет, что лондонские таксисты, проезжая в районе дома Меркьюри, снижали скорость, приглушали фары и отказывались брать пассажиров. Казалось бы, какое им дело до молодежной рок-звезды? Простые люди Англии восприняли смерть Фредди, как свою личную потерю — и им было наплевать, что о нем говорят...

В короткий срок была сфальсифицирована жизнь и смерть Фредди Меркьюри. Были изданы десятки фальшивых биографий, оскорбительных статей и вымышленных интервью, несколько липовых мемуаров «друзей», поставлено несколько гомосексуальных фильмов и спектаклей, созданы специальные сайты в интернете, заработали свои люди в фан-клубах и в самой корпорации Меркьюри... Убийцы не жалели никаких денег, чтобы скрыть свое преступление, опозорить своего смертельного врага и максимально нейтрализовать его влияние на молодежь.

Так состоялась одна из величайших мистификаций XX века. И она будет продолжаться до тех пор, пока миллионы квиноманов во всем мире не поймут, наконец, что их кумира зверски убили, а их самих все эти годы бессовестно обманывали. Когда это случится, это будет началом переворота в сознании молодежи — и не худшей ее части. Конечно, убийцы сделают все, чтобы не допустить это, но рано или поздно это произойдет. С Фредди хватит его мученической смерти — а незаслуженного позора он натерпелся достаточно. Он заслужил добрую память, и он ее получит.

Иначе быть не может. Может быть, Бог попустил такую несправедливость на некоторое время, чтобы в будущем его имя воссияло очищенным от клеветы. Это время придет, и клеветники будут посрамлены и опозорены в глазах людей.

В заключение хотелось бы вспомнить слова православного священника Михаила Ходанова. Они относятся к другому рок-певцу — Игорю Талькову, но удивительно подходят к нашему герою:

«Всеведущий Господь знал о времени и часе грядущей кончины поэта и допустил ей, по неисповедимому промыслу своему, свершиться в виде насильственного убийства. Смерть эта стала для поэта поистине мученической — за правду, за обличение зла и за незаурядное гражданское мужество. «Никогда ничего не бойтесь», — часто говорил он, обращаясь во время выступлений к зрителям и ободряя их...

Страдания умерших в мучениях за правду и за други своя имеют великую цену в очах Божиих. Ими страдалец не только омывает множество своих грехов, но и создает в обществе здоровую духовную закваску для прихода иных неустрашимых исповедников и борцов, для противостояния злу, которого так много в этом мире».

И когда Брайан Мэй в своей мемориальной песне “No one but you” сказал про ангела, тянущегося к небесам, это не было поэтической метафорой — он знал, что говорил.
 



Похожие темы
  Название темы Автор Статистика Последнее сообщение

0 посетителей читают эту тему: 0 участников и 0 гостей