Перейти к содержимому

Телесериал.com

Фанфик;)

Последние сообщения

  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 3
#1
Гость_Наталка
Гость_Наталка
  • Гость
Всем привет! Фанфиков у меня несколько, решила выложить этот;)

Договор
Малдер сидел и смотрел на Скиннера. Скиннер же, в свою очередь, молча и внимательно рассматривал Малдера, сидя напротив него. И продолжалось это так долго, что Малдер уже хотел поинтересоваться, а не влюбился ли в него помощник директора (хотя спрашивать такое у начальства и не рекомендуется. Категорически). В самом деле: не отводит глаз – и молчит. На нервы действует.
Но тут Скиннер заговорил.
- Агент Малдер, - начал он: - Вы не собираетесь остановиться? Вы понимаете, что это скоро станет известно всему Бюро?
- Известно что, сэр?… - спокойно спросил Малдер.
- Ваши отношения с агентом Скалли, - ответил Скиннер. Он смотрел на Малдера по-прежнему, но при произнесении этой фразы ему заметно хотелось отвести глаза. Скиннер стесняется говорить об этом? Что ж… Интересно.
- Вы понимаете, что это запрещено, Малдер? – теперь Скиннер вертел в пальцах ручку, с преувеличенным интересом разглядывая уже её.
- Я надеюсь, что вы меня поймете, сэр, - все так же спокойно отвечал Малдер.
- Я вас слушаю.
- Сэр, скажите, как вы сами относитесь к Скалли?
Скиннер почему-то покраснел.
- Продолжайте, Малдер.
- Вы знаете, что человек становится больным от долгого воздержания?
Скиннер молчал. Слышно было, как тикают часы в кабинете.
- Я вместе с агентом Скалли постоянно занят работой. Времени на личную жизнь у нас нет. Особенно это относится к Скалли. Единственный мужчина, которого она видит постоянно, это я. Возникновение сексуального напряжения неизбежно. А теперь представьте, что нам часто приходится делить по ночам один номер или даже одну кровать.
Скиннер представил это. Похоже, он сделал это относительно себя потому, что мечтательно вздохнул и покраснел еще сильнее, поймав себя на этом.
- Мы оба молоды и здоровы. Поэтому я не вижу ничего плохого в том, что происходит. Всё делается по обоюдному желания и без принуждения с чьей-либо стороны.
Малдер отбросил вежливо-официальный тон и заговорил доверительно:
- Если мы со Скалли хотим одного и того же, и это не принесет вреда никому, то к чему истязать себя запретами? Верите, ли нет, Уолтер, иногда я буквально сходил от ума от неудовлетворенного желания. Простите за подробности, но иногда у меня стояло 24 часа в сутки, и единственным местом, куда я хотел попасть после работы, попрощавшись со Скалли, был холодный душ.
Малдер замолчал, ожидая реакции начальника. Скиннер помолчал еще пару секунд, осмысливая только что выслушанную короткую исповедь.
- А как к этому относится к Скалли? – наконец спросил он.
- Дело в том, что…, - Малдер слегка замялся: дело в том, что это была её инициатива. Она первая заговорила об этом. Почти те ми же словами, которыми я с вами сейчас объяснялся. Наверное, я никогда бы не смог сделать первый шаг сам. Я скорее бы отрезал себе язык, чем признался бы в том, чего хочу. Я никогда не мог предположить, что Скалли может хотеть того же.
- Но вы же… друзья, - сказал Скиннер, похоже удивленный откровенностью Малдера.
- В этом и есть вся прелесть наших отношений, - ответил тот.
- Это физическое влечение или…,- начал Скиннер, но смутился и оборвал вопрос: - Простите, Малдер. Я не должен интересоваться этим. Просто сорвалось. Вы не обязаны отвечать.
- Мы друзья, - сказал Малдер, не обращая внимания на последнюю реплику начальства. - Я люблю Скалли, и это нормально для дружбы, мы уважаем друг друга и скучаем друг по другу. Но вместе с тем мы и хотим друг друга. Не находите ли вы, что это и есть идеальная любовь, Уолтер?
- То есть, насколько я понял, между вами любовь – дружба? – спросил Скиннер.
- Именно так, - ответил Малдер и улыбнулся.
Снова мимолетное молчание. Скиннер собирался с мыслями.
- Вы знаете, как я отношусь к вам обоим, Малдер, - сказал он: - Я бы не хотел препятствовать вашей связи. Я и не собираюсь. Но вы знаете, что наша работа тесно переплетается с риском, ежедневным риском, и иногда слишком близкие служебные отношения могут принести боль в случае, если… конечно, я не хочу этого, я готов сделать все возможное, чтобы этого никогда не произошло…
- Я знаю, сэр. Жизнь всегда легко потерять. Но это заставляет ценить каждое мгновение. Вам ли это объяснять? - Малдер усмехнулся: - Вы сами когда-то говорили мне что-то подобное, только в менее спокойных условиях.
- Да. Я помню. Малдер…. А если Скалли, а не ты?… Что тогда? Я не пытаюсь вывести вас из равновесия, не думайте. Эта мысль неприятна мне так же, как и вам.
По лицу Малдера пробежала тень. В глазах шевельнулась боль. А может это было лишь отражение мыслей о боли.
- Что тогда? – тихо и спокойно переспросил он: - Тогда в день, когда не останется никакой надежды, мир живых лишится еще одного человека. Я серьезно, Уолтер.
- Вы способны на самоубийство, Малдер?
- Жизнь уже теряла для меня смысл. Я предпочту осмысленную смерть бессмысленной жизни.
- Ладно, это ваши личные дела, - Скиннер собрался закончить разговор: - Поступайте как хотите, оба. ТОЛЬКО ЧТОБЫ У МЕНЯ В КАБИНЕТЕ БОЛЬШЕ НЕ ЦЕЛОВАЛИСЬ!!!…


Что произошло до разговора со Скиннером и отчасти послужило ему причиной:
В тот вечер она пришла к нему в комнату и легла рядом, заставив подвинуться.
- Устала, Скалли? - весело спросил Малдер, даже не представляя еще, для чего она это сделала (зачем? Такое было, и не раз. Достаточно, чтобы привыкнуть к спокойным линиям женского тела на другой стороне постели. Почти достаточно).
- Вечер, кровать, простыни…, - продолжал он: - Хорошо, правда?….
- Малдер, ты не находишь, что аскетизм сказывается на человеке не лучшим образом?
- О чем ты?.. – спросил Малдер, притягивая её к себе.
- Я имею в виду сексуальное воздержание.
Такой спокойный тон… Рука Малдера замерла на её плече.
- Ты….
- Конечно, можно заниматься мастурбацией, но это ведь совсем не то, что с живым человеком, правда?..
Малдер был согласен, что это правда, но промолчал. Он никогда не был в состоянии говорить со Скалли не такие темы. Почему мы боимся своих чувств?
- Если чувствуешь желание дома, в квартире, то это еще ничего. Его можно снять самостоятельно. Но когда это происходит на работе, или на совещании, где тебе нужно читать доклад…. Здесь я уже не могу справиться сама: вдруг меня кто-нибудь увидит? Желание – довольно мучительная вещь. Иногда у меня так болит там, и всё из-за него…
- Скалли… с тобой всё в порядке?… То есть… я хотел узнать, ты себя хорошо чувствуешь?
- Ты не понял? – она посмотрела на него: - Я же сказала, что больше так не могу.
Только не отводить взгляд … Только не…
- Скалли… э-э-з…
- Да? – спросила она, теснее прижимаясь к нему.
- Скалли, - голос Малдера зазвучал увереннее. Похоже, ему удалось собрать осколки самообладания в одно щербатое целое. Ну, что ж, за неимением лучшего… Всё равно всем известно, чем должны кончаться такие разговоры: - Представь, что ты возвращаешься после одного из таких совещаний.
- А… зачем?
- Слушай меня. Вот ты заходишь в лифт. Вместе с тобой заходит мужчина. Дверь закрывается. Ты всё еще чувствуешь сексуальное возбуждение, - кажется, не разу не запнулся на этих двух словах?: - И он делает попытку… изнасиловать тебя. Тебе это будет неприятно?
Скалли, ты первая начала.
- Физически – нет. Психологически – да.
- Значит, всё-таки неприятно?
- Но это неординарная ситуация! Хотя… это еще будет зависеть от того, приятен ли мне сам этот человек или нет.
- Скалли, а я тебе приятен?
Зачем сердце бьется так сильно? Как хорошо, что никто этого не слышит…
- Ты же знаешь, что да.
Она улыбается? Это…. Не может быть!
- И ты бы не сопротивлялась?
- Совсем чуть-чуть.
- А сейчас будешь?…

Всем известно, чем должны заканчиваться подобные разговоры. И это действительно так. Можно не продолжать?


Разговор, который произошел после разговора со Скиннером:
- От вас требуется только принять наши условия.
- И что это будут за условия?
- Перестаньте, Малдер. Вы, наверное, уже лучше нас это знаете. Условие одно. Только одно.
- Ну?..
- Хотите, чтобы я сказал? Пожалуйста, вы это услышите. Вы перестаете вмешиваться в дела Консорциума. Всё. Нетрудно запомнить, согласны?
- А если я откажусь, что тогда?

-Подумайте сами, Малдер.
- Вы меня убьете.
- Вы считает нас убийцами, - укоризненно и с сожалением сказал собеседник Малдера: - Думаете, убийство умного человека доставляет много удовольствия?
- Я не верю вам.
- Ваше дело. Можете не верить. Но вы сами не правы. Только ваши действия по отношению к нам предопределяют принимаемые к вам меры. Вы ищете истину? Но вы ищите её для себя, так не лучше ли и оставить её при себе? Вы пытаетесь предать огласке то, что известно вам. Я не буду отрицать того, что это правда. Но если это станет известно всем… Неужели вы не понимаете, что начнется тогда, Малдер? Кому нужна такая истина? Всю страну, может даже всю планету охватит массовый психоз. Истерия. Паранойя. Найдутся безумные лидеры…
Собеседник замолчал и передвинул пепельницу на столе.
- Играете в откровенность? – спросил Малдер.
- Я не играю. Я пытаюсь донести до вас, что мы не можем допустить этого. И мы делаем всё возможное, чтобы это не случилось. А вы мешаете нашей работе. Почему вы не понимаете таких простых вещей, Малдер?
- И всё же, если я не соглашусь, что вы сделаете?
- Вы так упрямы. Вы ждете, что я буду вам угрожать? Лично вам – нет. Я не буду напоминать вам про семью, потому что вы ответите: «У меня нет семьи». Но у вас есть друзья. И некоторые из них – близкие. Очень. Я прав?
Малдер с нескрываемой ненавистью посмотрел на своего собеседника.
- А вот этого не надо, - спокойно сказал тот: - Вы считает наши методы недостойными. А разве с вашей стороны более достойно постоянно и неоправданно подвергать чужую жизнь смертельной опасности? Вы же понимаете о ком я, так? Решайте, Малдер.
- Я уже решил.
- И что же вы решили?
- Я согласен, - бесстрастным тоном ответил Малдер.
- Уверенны?
- Уверен.
- Ну что ж, замечательно. Значит, наш договор заключен. Вы не затрагиваете интересы Консорциума. Взамен вам будет предоставляться помощь в связи с другими делами «Секретных материалов». Также вам будет заранее сообщаться, какие дела вам не стоит брать или рассматривать. По-моему, довольно выгодные условия, как вы думаете?
Малдер промолчал.
- Вам так тяжело не мешать нам? Вы что, враг самому себе?! Или человечеству? Вы не хотите колонизации. Думаете, я её хочу?! Её и не будет. Зачем, по-вашему, мы работаем? Если бы не мы, колонизация произошла бы еще тридцать лет назад.
- Я вам не верю.
- Можете не верить. Никто не заставляет. Но – зря. Вам же легче будет. Потому что это – правда. Истина, если хотите.
- Не хочу.
- Пожалуйста. Вернемся к нашему договору. Вам всё ясно?
- Более чем.
- Ну смотрите, не передумайте.
- Не передумаю, - жестко сказал Малдер.
- Злитесь?.. Нет? Правильно, не надо злиться. Подождите, не уходите. Еще одна небольшая просьба. Личная.
- Просьба?..
- Поцелуйте за меня Дану.

natalysa_animka@mail.ru

 

#2
Margie
Margie
  • Активный участник
  • PipPipPipPip
  • Группа: Участники
  • Регистрация: 12 Дек 2003, 13:43
  • Сообщений: 766
  • Откуда: Химки
  • Пол:
Мило! Правда, отлично!!! Пожалуй, отражает мое собственное представление об отношениях в системе Малдер-Скалли-Скиннер :)

Наталка, а нет ли у Вас желания выложить сюда другие свои фанфики?
 

#3
Гость_Наталка
Гость_Наталка
  • Гость
Спасибо!;)
Margie, а почему ты решила заняться этим проектом? В Инете на данный момент столько библиотек с фанфиками.


 

#4
Гость_Химера
Гость_Химера
  • Гость

Наталка (Вторник, 13 декабря 2005, 15:50:52) писал:

Всем привет! Фанфиков у меня несколько, решила выложить этот;)

Договор
Малдер сидел и смотрел на Скиннера. Скиннер же, в свою очередь, молча и внимательно рассматривал Малдера, сидя напротив него. И продолжалось это так долго, что Малдер уже хотел поинтересоваться, а не влюбился ли в него помощник директора (хотя спрашивать такое у начальства и не рекомендуется. Категорически). В самом деле: не отводит глаз – и молчит. На нервы действует.
Но тут Скиннер заговорил.
- Агент Малдер, - начал он: - Вы не собираетесь остановиться? Вы понимаете, что это скоро станет известно всему Бюро?
- Известно что, сэр?… - спокойно спросил Малдер.
- Ваши отношения с агентом Скалли, - ответил Скиннер. Он смотрел на Малдера по-прежнему, но при произнесении этой фразы ему заметно хотелось отвести глаза. Скиннер стесняется говорить об этом? Что ж… Интересно.
- Вы понимаете, что это запрещено, Малдер? – теперь Скиннер вертел в пальцах ручку, с преувеличенным интересом разглядывая уже её.
- Я надеюсь, что вы меня поймете, сэр, - все так же спокойно отвечал Малдер.
- Я вас слушаю.
- Сэр, скажите, как вы сами относитесь к Скалли?
Скиннер почему-то покраснел.
- Продолжайте, Малдер.
- Вы знаете, что человек становится больным от долгого воздержания?
Скиннер молчал. Слышно было, как тикают часы в кабинете.
- Я вместе с агентом Скалли постоянно занят работой. Времени на личную жизнь у нас нет. Особенно это относится к Скалли. Единственный мужчина, которого она видит постоянно, это я. Возникновение сексуального напряжения неизбежно. А теперь представьте, что нам часто приходится делить по ночам один номер или даже одну кровать.
Скиннер представил это. Похоже, он сделал это относительно себя потому, что мечтательно вздохнул и покраснел еще сильнее, поймав себя на этом.
- Мы оба молоды и здоровы. Поэтому я не вижу ничего плохого в том, что происходит. Всё делается по обоюдному желания и без принуждения с чьей-либо стороны.
Малдер отбросил вежливо-официальный тон и заговорил доверительно:
- Если мы со Скалли хотим одного и того же, и это не принесет вреда никому, то к чему истязать себя запретами? Верите, ли нет, Уолтер, иногда я буквально сходил от ума от неудовлетворенного желания. Простите за подробности, но иногда у меня стояло 24 часа в сутки, и единственным местом, куда я хотел попасть после работы, попрощавшись со Скалли, был холодный душ.
Малдер замолчал, ожидая реакции начальника. Скиннер помолчал еще пару секунд, осмысливая только что выслушанную короткую исповедь.
- А как к этому относится к Скалли? – наконец спросил он.
- Дело в том, что…, - Малдер слегка замялся: дело в том, что это была её инициатива. Она первая заговорила об этом. Почти те ми же словами, которыми я с вами сейчас объяснялся. Наверное, я никогда бы не смог сделать первый шаг сам. Я скорее бы отрезал себе язык, чем признался бы в том, чего хочу. Я никогда не мог предположить, что Скалли может хотеть того же.
- Но вы же… друзья, - сказал Скиннер, похоже удивленный откровенностью Малдера.
- В этом и есть вся прелесть наших отношений, - ответил тот.
- Это физическое влечение или…,- начал Скиннер, но смутился и оборвал вопрос: - Простите, Малдер. Я не должен интересоваться этим. Просто сорвалось. Вы не обязаны отвечать.
- Мы друзья, - сказал Малдер, не обращая внимания на последнюю реплику начальства. - Я люблю Скалли, и это нормально для дружбы, мы уважаем друг друга и скучаем друг по другу. Но вместе с тем мы и хотим друг друга. Не находите ли вы, что это и есть идеальная любовь, Уолтер?
- То есть, насколько я понял, между вами любовь – дружба? – спросил Скиннер.
- Именно так, - ответил Малдер и улыбнулся.
Снова мимолетное молчание. Скиннер собирался с мыслями.
- Вы знаете, как я отношусь к вам обоим, Малдер, - сказал он: - Я бы не хотел препятствовать вашей связи. Я и не собираюсь. Но вы знаете, что наша работа тесно переплетается с риском, ежедневным риском, и иногда слишком близкие служебные отношения могут принести боль в случае, если… конечно, я не хочу этого, я готов сделать все возможное, чтобы этого никогда не произошло…
- Я знаю, сэр. Жизнь всегда легко потерять. Но это заставляет ценить каждое мгновение. Вам ли это объяснять? - Малдер усмехнулся: - Вы сами когда-то говорили мне что-то подобное, только в менее спокойных условиях.
- Да. Я помню. Малдер…. А если Скалли, а не ты?… Что тогда? Я не пытаюсь вывести вас из равновесия, не думайте. Эта мысль неприятна мне так же, как и вам.
По лицу Малдера пробежала тень. В глазах шевельнулась боль. А может это было лишь отражение мыслей о боли.
- Что тогда? – тихо и спокойно переспросил он: - Тогда в день, когда не останется никакой надежды, мир живых лишится еще одного человека. Я серьезно, Уолтер.
- Вы способны на самоубийство, Малдер?
- Жизнь уже теряла для меня смысл. Я предпочту осмысленную смерть бессмысленной жизни.
- Ладно, это ваши личные дела, - Скиннер собрался закончить разговор: - Поступайте как хотите, оба. ТОЛЬКО ЧТОБЫ У МЕНЯ В КАБИНЕТЕ БОЛЬШЕ НЕ ЦЕЛОВАЛИСЬ!!!…


Что произошло до разговора со Скиннером и отчасти послужило ему причиной:
В тот вечер она пришла к нему в комнату и легла рядом, заставив подвинуться.
- Устала, Скалли? - весело спросил Малдер, даже не представляя еще, для чего она это сделала (зачем? Такое было, и не раз. Достаточно, чтобы привыкнуть к спокойным линиям женского тела на другой стороне постели. Почти достаточно).
- Вечер, кровать, простыни…, - продолжал он: - Хорошо, правда?….
- Малдер, ты не находишь, что аскетизм сказывается на человеке не лучшим образом?
- О чем ты?.. – спросил Малдер, притягивая её к себе.
- Я имею в виду сексуальное воздержание.
Такой спокойный тон… Рука Малдера замерла на её плече.
- Ты….
- Конечно, можно заниматься мастурбацией, но это ведь совсем не то, что с живым человеком, правда?..
Малдер был согласен, что это правда, но промолчал. Он никогда не был в состоянии говорить со Скалли не такие темы. Почему мы боимся своих чувств?
- Если чувствуешь желание дома, в квартире, то это еще ничего. Его можно снять самостоятельно. Но когда это происходит на работе, или на совещании, где тебе нужно читать доклад…. Здесь я уже не могу справиться сама: вдруг меня кто-нибудь увидит? Желание – довольно мучительная вещь. Иногда у меня так болит там, и всё из-за него…
- Скалли… с тобой всё в порядке?… То есть… я хотел узнать, ты себя хорошо чувствуешь?
- Ты не понял? – она посмотрела на него: - Я же сказала, что больше так не могу.
Только не отводить взгляд … Только не…
- Скалли… э-э-з…
- Да? – спросила она, теснее прижимаясь к нему.
- Скалли, - голос Малдера зазвучал увереннее. Похоже, ему удалось собрать осколки самообладания в одно щербатое целое. Ну, что ж, за неимением лучшего… Всё равно всем известно, чем должны кончаться такие разговоры: - Представь, что ты возвращаешься после одного из таких совещаний.
- А… зачем?
- Слушай меня. Вот ты заходишь в лифт. Вместе с тобой заходит мужчина. Дверь закрывается. Ты всё еще чувствуешь сексуальное возбуждение, - кажется, не разу не запнулся на этих двух словах?: - И он делает попытку… изнасиловать тебя. Тебе это будет неприятно?
Скалли, ты первая начала.
- Физически – нет. Психологически – да.
- Значит, всё-таки неприятно?
- Но это неординарная ситуация! Хотя… это еще будет зависеть от того, приятен ли мне сам этот человек или нет.
- Скалли, а я тебе приятен?
Зачем сердце бьется так сильно? Как хорошо, что никто этого не слышит…
- Ты же знаешь, что да.
Она улыбается? Это…. Не может быть!
- И ты бы не сопротивлялась?
- Совсем чуть-чуть.
- А сейчас будешь?…

Всем известно, чем должны заканчиваться подобные разговоры. И это действительно так. Можно не продолжать?


Разговор, который произошел после разговора со Скиннером:
- От вас требуется только принять наши условия.
- И что это будут за условия?
- Перестаньте, Малдер. Вы, наверное, уже лучше нас это знаете. Условие одно. Только одно.
- Ну?..
- Хотите, чтобы я сказал? Пожалуйста, вы это услышите. Вы перестаете вмешиваться в дела Консорциума. Всё. Нетрудно запомнить, согласны?
- А если я откажусь, что тогда?

-Подумайте сами, Малдер.
- Вы меня убьете.
- Вы считает нас убийцами, - укоризненно и с сожалением сказал собеседник Малдера: - Думаете, убийство умного человека доставляет много удовольствия?
- Я не верю вам.
- Ваше дело. Можете не верить. Но вы сами не правы. Только ваши действия по отношению к нам предопределяют принимаемые к вам меры. Вы ищете истину? Но вы ищите её для себя, так не лучше ли и оставить её при себе? Вы пытаетесь предать огласке то, что известно вам. Я не буду отрицать того, что это правда. Но если это станет известно всем… Неужели вы не понимаете, что начнется тогда, Малдер? Кому нужна такая истина? Всю страну, может даже всю планету охватит массовый психоз. Истерия. Паранойя. Найдутся безумные лидеры…
Собеседник замолчал и передвинул пепельницу на столе.
- Играете в откровенность? – спросил Малдер.
- Я не играю. Я пытаюсь донести до вас, что мы не можем допустить этого. И мы делаем всё возможное, чтобы это не случилось. А вы мешаете нашей работе. Почему вы не понимаете таких простых вещей, Малдер?
- И всё же, если я не соглашусь, что вы сделаете?
- Вы так упрямы. Вы ждете, что я буду вам угрожать? Лично вам – нет. Я не буду напоминать вам про семью, потому что вы ответите: «У меня нет семьи». Но у вас есть друзья. И некоторые из них – близкие. Очень. Я прав?
Малдер с нескрываемой ненавистью посмотрел на своего собеседника.
- А вот этого не надо, - спокойно сказал тот: - Вы считает наши методы недостойными. А разве с вашей стороны более достойно постоянно и неоправданно подвергать чужую жизнь смертельной опасности? Вы же понимаете о ком я, так? Решайте, Малдер.
- Я уже решил.
- И что же вы решили?
- Я согласен, - бесстрастным тоном ответил Малдер.
- Уверенны?
- Уверен.
- Ну что ж, замечательно. Значит, наш договор заключен. Вы не затрагиваете интересы Консорциума. Взамен вам будет предоставляться помощь в связи с другими делами «Секретных материалов». Также вам будет заранее сообщаться, какие дела вам не стоит брать или рассматривать. По-моему, довольно выгодные условия, как вы думаете?
Малдер промолчал.
- Вам так тяжело не мешать нам? Вы что, враг самому себе?! Или человечеству? Вы не хотите колонизации. Думаете, я её хочу?! Её и не будет. Зачем, по-вашему, мы работаем? Если бы не мы, колонизация произошла бы еще тридцать лет назад.
- Я вам не верю.
- Можете не верить. Никто не заставляет. Но – зря. Вам же легче будет. Потому что это – правда. Истина, если хотите.
- Не хочу.
- Пожалуйста. Вернемся к нашему договору. Вам всё ясно?
- Более чем.
- Ну смотрите, не передумайте.
- Не передумаю, - жестко сказал Малдер.
- Злитесь?.. Нет? Правильно, не надо злиться. Подождите, не уходите. Еще одна небольшая просьба. Личная.
- Просьба?..
- Поцелуйте за меня Дану.

natalysa_animka@mail.ru
Я бы поспорила, что это мило
Сериал знаменателен именно тем, что режисер сумел показать без пошлости отношения между мужчиной и женщиной Да таким отношениям завидовать надо! А не пытаться передлать все на свой лад К сожалению 95% фанфиков именно о сексе между Скалли и Малдером никто не смог написать о мыслях агентов, о их состоянии 4 как говориться, у кого что болит, тот о том и говорит ( я не спорю, я сама ждала этих гребанных 7 лет, чтобы увидеть их поцелуй)


Извини, Наталка, ничего личного

 


0 посетителей читают эту тему: 0 участников и 0 гостей