Перейти к содержимому

Телесериал.com

Погоня за Карлсоном .

Автор Лютик.
Последние сообщения

В этой теме нет ответов
#1
LenNik
LenNik
  • Автор темы
  • Магистр
  • PipPipPipPipPipPip
  • Группа: Супермодераторы
  • Регистрация: 20 Фев 2002, 14:33
  • Сообщений: 22473
  • Откуда: Москва
  • Пол:
Погоня за Карлсоном.

Автор - Лютик.


Группа оперативников преследовала какого-то очередного варвара в
дебрях Стокгольма. Они выслеживали его на протяжении трех недель.
Вначале ночевали в Отделе и круглосуточно пялились воспаленными
глазами на экраны мониторов. Казалось, что время превратилось в
кисель. Хотелось рвать на себе одежду и кричать от усталости и
бессилия. Безысходность, замкнутое пространство, взгляд Шефа из
Поднебесья, пустые пакеты от печенья и картонные стаканчики от колы,
которые падали на пол из терзающих их пальцев и своим шуршанием еще
больше разрушали такие хрупкие и невосстанавливаемые нервные клетки.

Потом – короткие часы отдыха в комнатах подготовки, когда кто-то
умный и благодушный вдруг заметит, что ты уже не можешь держать
глаза открытыми, а приклеивать веки скотчем ко лбу далеко не лучший
выход. Сон приходит сразу и даже раньше. Он обволакивает отяжелевшее
тело вмиг, и пока оно летит навстречу ячеистому матрасу, оно уже
спит и не реагирует ни на какие внешние раздражители. Самое смешное
то, что никому нет дела в такие минуты до того, кто как спит. Даже
Медлин чихать на то, что Майкл с Никитой выбрали себе соседние
кровати. На это чихать даже Майклу и Никите. Никите – это точно,
особенно учитывая тот факт, что Майкл спал раза в три меньше, чем
она.
А потом Биркофф наткнулся на этого варвара. Просто так наткнулся, в
тот момент, когда этого никто не ожидал. Это было и хорошей, и
одновременно плохой новостью. Хорошим было то, что компьютер уже
засек объект поисков, а плохим то, что его нужно было еще поймать. В
Стокгольме. А кто будет ловить? Конечно, те же, кто его искал, те,
кто не спал двадцать суток из трех недель и уже ничего не соображают
от усталости. Но кому тут нужны мозги оперативника, когда часть
процесса, где требовалось мышление закончилась, а началась совсем
другая, подвижная? Ноги и руки двигаются? Вот и порядочек.
Погрузитесь в самолет и летите в Стокгольм.
Варвар вырвался из их ослабевших рук, когда был уже совсем близко.
Никита уже слышала биение его гнилого сердца, и вдруг он умчался.
Она не успела опомниться, и уже оказалась в каком-то автомобиле
рядом с впившимся в руль Майклом. Их команда где-то осталась, а они
гнались за своим варваром вдвоем.
– Что это за машина? – Вопрос был совершенно несвоевременным и
несущественным. Майкл его, естественно, проигнорировал. – Мне плохо,
Майкл! – это было уже ближе к теме. Он искоса взглянул на нее и,
похоже, едва удержался от соблазна предложить пообщаться с открытым
окном.
– Потерпи...
– Мне просто плохо. Я плохо себя чувствую.
– Ты считаешь, что сейчас я должен остановить машину и сделать тебе
искусственное дыхание? Когда вернемся в Отдел, сходишь к медикам.
– Нет, когда я вернусь в Отдел, я пойду спать и просплю до следующей
недели.
– Ты вначале вернись, – едва слышно ответил Майкл, и она замолчала.
Она знала, что он имеет в виду не возможную гибель, об этом они не
говорят. Таким образом Майкл намекнул на то, что пока они еще не в
Отделе и должны думать кое о чем другом.
– Вон его машина, – через какое-то время сообщил Майкл, резко
притормаживая у тротуара.
– Где теперь нам его искать? – Никита быстро выскочила из машины и
огляделась по сторонам. Вокруг возвышались серые унылые здания, как
две капли воды похожие друг на друга. Они потеряли след своего
варвара. Никита взглянула на Майкла. Его взгляд напряженно что-то
искал в окнах. Никита сжала рукоятку оружия.
В подъезде дома напротив на уровне пятого этажа промелькнула фигура
человека в черном. Не сговариваясь, Майкл и Никита бросились в этот
подъезд. Лифт не работал. Видимо, варвар отключил его или заклинил.
Десять этажей, безумная скорость, волосы, на поворотах падающие на
лицо, спина Майкла впереди, топот тяжелых ботинок... Маленький люк
на крышу. Может быть, в душе Майкл и был джентльменом, но в минуты
максимального напряжения он, естественно, об этом забывал. Никите
пришлось протискиваться в узкое окошко без посторонней помощи. Когда
она оказалась на крыше, порыв ветра наконец сдул с лица мешавшие
спутанные пряди волос и охладил разгоряченные щеки. Но ей было не до
этого. Выхватив пистолет, она прищуренными глазами выискивала на
крыше врага. А в голове почему-то в самый неподходящий момент
завертелись мысли о том, что примерно на такой же крыше в этом
городе живет Карлсон.
Никита тряхнула головой, чтобы отогнать глупости. Идти было трудно,
подошвы скользили по черепице. Гребень плавно переходил в низенькие
парапеты вдоль всей крыши. Упасть вниз было проще простого. Никита
старалась об этом не думать. Майкл медленно двигался в сторону
каминных труб, за которыми, по всей вероятности, притаился
преследуемый. Она шла следом, при этом постоянно оборачиваясь и
стараясь улавливать любое движение вплоть до полета тополиной
пушинки.
– А если он спустился через другое окошко?
– Не мог. В доме один подъезд.
– А другая крыша?
– О книгах, прочитанных в детстве, поговорим потом.
Никита поняла, что Майкл в какой-то момент тоже вспомнил о Карлсоне.
За одной из труб послышался шум, и темная тень метнулась в обратном
направлении к окошку, через которое они забрались на эту крышу.
Никита шла сзади, потому к окну была ближе, чем Майкл. Она резко
рванулась за варваром, но почувствовала, как нога не устояла на
черепице и скользнула вниз. Вторая нога подкосилась, колено больно
ударилось о скат, и она полетела к парапету со скоростью брошенного
камня, все еще пытаясь зацепиться за черепицу и сдирая до крови
костяшки пальцев. Через мгновение ее ноги уперлись в бортик, и она
уже приготовилась к непродолжительному, но увлекательному полету с
крыши без летательного средства. В последнюю долю секунды она
остановилась. Вернее, ее остановила сильная рука, перехватившая ее
под грудью и тем самым остановившая приток воздуха в ее легкие. Но
она уже не падала, все закончилось. Никита опустила взгляд и
обнаружила под собой бездну, заканчивающуюся влажным асфальтом
далеко внизу. От жуткого впечатления она опять задышала.
– Майкл... – прошептала она, не оборачиваясь.
Он молчал, продолжая с силой прижимать ее к себе. Никита
чувствовала, как напряглось его тело, как сжались в железную струну
мышцы, как его сдавленное дыхание волнами касается ее шеи. Они
стояли на самом краю крыши десятиэтажного здания, с которой оба
только что чудом не слетели. Но они остались стоять наверху, и это
воистину было чудом. Если бы им суждено было погибнуть в ближайшем
будущем, они погибли бы именно сейчас. Но кто-то наверху остановил
их. Наверное, кому-то было так угодно... Они оба думали об одном и
том же и Майкл не желал выпустить Никиту, как будто боялся, что как
только уберет руку, она продолжит свой полет.
Наконец оба вспомнили о своем враге и развернулись. Майкл отпустил
Никиту, но тут же крепко схватил ее за руку и потащил вверх, все так
же не произнося ни слова. Она послушно докарабкалась до окошка и
проскользнула вниз. Теперь они двигались подобно двум молниям,
проскакивая одним прыжком по целому пролету. Как и стоило ожидать,
варвара внизу они не увидели. Естественно, он не стал их ждать целую
минуту.
Внезапно за их спинами послышался звук заводящегося мотора, и
серебристый джип, стоявший метрах в тридцати от них, с ревом
сорвался с места. Майкл в мгновение нырнул за руль своей машины и
направил ее наперерез джипу. Никита, оставшаяся стоять на тротуаре,
оцепенела. Машина Майкла стала посреди дороги, а джип несся прямо на
нее. Никто уже не мог изменить направления, разве что джип все еще
мог снизить скорость и врезаться в стену.
Перед глазами пронеслись эпизоды из жизни. Из жизни Майкла. Зачем-то
вспоминались его ласковые руки, чуть слышный голос, какой-то тонкий
свитер... И на фоне этого – блики, как кадры кинопленки... И на фоне
этого – серебристый джип, несущийся на всех парах на беззащитный
автомобиль Майкла.
Не очень понимая, что делает, Никита подняла руку и спустила курок.
Послышался звон разбитого стекла, лязг ломающегося металла, скрежет,
грохот, визг тормозов. Все смешалось. Глухой, но сильный удар в
стену... Тут Никита все-таки упала. Уже не с крыши, а просто села на
асфальт и закрыла глаза. Она закрыла глаза на задании впервые с тех
пор как Вальтер когда-то вложил в ее руки оружие и показал, откуда
вылетает пуля.
Когда же она наконец заставила себя придти в себя и посмотрела
вокруг, обнаружила, что джип вращает колесами, направленными к нему,
где-то в стене дома, а машина Майкла стоит там же, где он ее
поставил. А сам Майкл шел к Никите, но не смотрел на нее, а через
рацию, которую они до того благополучно оставили в машине, беседовал
с Биркоффом...

Разъяренная Никита выскочила из лифта и, не обращая внимания на
стоявшего при входе Вальтера, нервно зашагала вслед за Майклом. Он
словно не обращал на нее внимания и даже не пытался повернуть
голову. Абсолютно спокойно, как будто он один-одинешенек в этом
крыле Отдела, он подошел к своему кабинету и не спеша открыл дверь.
Никита вошла в помещение вслед за ним и зашла вперед, перегородив
ему дорогу к столу. Теперь он поднял глаза. Взгляд был пустым, хоть
и немного усталым. А может быть, и сильно усталым, но пустыыым...
– Майкл! – воскликнула Никита, срывая с шеи легкий черный шарфик,
мешавший ей дышать полной грудью. Майкл все так же смотрел на нее,
не меняясь в лице. – Майкл!..
– Да? – голос был спокойным, чуть слышным. За такие интонации Никите
часто хотелось разорвать его в клочки, особенно когда она слышала
эти нотки в ответ на свои яростные крики. Майкл подошел к своему
столу и все так же не спеша отключил прослушивание. Если Шеф сейчас
решил послушать, что творится в кабинете Майкла, наверняка он оглох
от вступительных воплей Никиты.
– Это необъяснимо! Как ты мог так поступить?
– Поступить КАК?
– Если бы я не успела выстрелить или промахнулась, от тебя осталось
бы только мокрое место.
– Я делал свое дело, вот и все, – чуть слышно ответил Майкл, глядя
прямо и открыто ей в глаза.
Никита разъярилась еще больше. Она не переносила эти взгляды и
интонации в те минуты, когда ей было особенно плохо. А эта фраза
вообще измучила ее за долгие годы, как заноза в пальце.
Невозмутимость Майкла иногда нравилась ей, но чаще всего досадовала
и сердила. Сейчас ей хотелось отхлестать его по щекам, а еще больше
– сделать так, чтобы он изменил выражение своего лица, чтобы
рассердился, обрадовался, испугался... Что-нибудь.
Стремительно и сердито Никита выхватила пистолет, сняла с
предохранителя и направила дуло Майклу в лоб. Она проделывала это
раньше, когда он еще мог сомневаться в том, что она оставит его в
живых. С тех пор она не играла с ними одновременно – с Майклом и с
оружием.
– Хотел погибнуть? Помочь тебе? Запросто! Если тебе что-то позарез
нужно, проси меня. Мы ведь старые друзья. Или нет?
Пистолет твердо смотрел черным глазом на Майкла в полуметре от его
головы. Майкл опирался рукой о край стола и пронзительно смотрел ей
в глаза. Очень спокойно, ни единого движения. Он просто смотрел – и
все.
– Мне надоело дрожать над твоей жизнью, тем более что тебе самому
она не нужна. Давай сейчас все решим, чтобы я могла спокойно ДЕЛАТЬ
СВОЕ ДЕЛО, не отвлекаясь!
Она ясно услышала свой выстрел, увидела как наяву падающее тело
Майкла. Она не могла промахнуться. Она не умела промахиваться.
Мурашки пробежали по коже, Никита отвернулась, все еще удерживая
пистолет в том же положении, и почувствовала, как ее щеки обожглись
слезами.
Майкл обнял ее, не касаясь пистолета, слегка приподнял и усадил на
стол. Она почувствовала, как нежно погрузились его пальцы в ее
волосы. Никита отбросила пистолет на пол, не утруждая себя
беспокойством о том, что он может выстрелить от такого близкого и
резкого знакомства с твердыми поверхностями. Он и не выстрелил.
Естественно.
– Прости, – чуть слышно прошептала Никита, все еще глотая слезы. – Я
слишком испугалась.
– Я тоже.
– Ты? Испугался? – Никита хотела взглянуть на него, чтобы убедиться
в том, что разговаривает именно с Майклом. Конечно, она знала, что
он вполне может бояться чего-то, но нужно же было продемонстрировать
ему, что она думает о его эмоциональной неполноценности. Майкл
удержал ее голову. По какой-то причине он не хотел, чтобы она видела
в эту минуту его лицо. – Зачем тогда ты это сделал?
– Что сделал?
– Эту глупость с машиной.
– А зачем ты сейчас выхватила этот пистолет? Причина та же. Только
ты целилась в меня, а я... можно сказать, тоже.
– Ты испугался до того как получил возможность испугаться? – Никита
привыкла к непредсказуемости Майкла и к его загадочным фразам, но не
до такой же степени.
Он молчал и просто сжимал ее в объятиях, как будто упиваясь ее
присутствием каждой клеточкой тела и души. Только его пальцы
осторожно перебирали ее белокурые волосы.
– Нет, – прошептал он наконец в самое ее ухо. – Никита... Я мог тебя
потерять...
И тут она поняла, что он имел в виду ее падение с крыши. Она уже
забыла о нем. Выходка Майкла за рулем заставила ее забыть обо всем
на свете. Ведь за ту секунду, пока она летела вниз по скату, он
пережил не меньше, чем она несколькими минутами позже, когда он
перегородил своим автомобилем дорогу варвару. Что он почувствовал?
Что подумал? Что представил себе? Наверное, не мозги на асфальте.
Скорее, свою жизнь без нее. И за эту кроткую секунду он успел
подумать, представить, броситься следом и... все-таки поймать ее.
– Мы квиты, – грустно фыркнула Никита.
Майкл не ответил ей. Вторую ладонь он положил на ее спину и с силой
прижал к себе.
Мимо по коридору проходила Медлин. Окно кабинета Майкла было не
задрапировано. Она увидела эту парочку, бельмо на своем глазу,
крепко обнявшейся. Они были целиком погружены в свои переживания и
им было плевать на весь мир. Медлин могла войти и нарушить идиллию,
но она только покачала головой и прошла мимо. Смысла нет трогать их
сейчас. Есть ли вообще смысл их трогать? Она заварила эту кашу, она
ее доварит. Но не сейчас.

Где-то в Отделе кипела сумрачная жизнь. Группа оперативников
получала у Вальтера оружие для новой миссии, Биркофф разъезжал в
своем кресле по залу, пытаясь одновременно общаться с пятью
компьютерами, да еще и с Шефом. Рядом с Шефом в Поднебесье стояла
Медлин, ожидая своей очереди поговорить с Полом о том, что она
увидела в кабинете Майкла...
Пожинать плоды содеянного Майкл и Никита в ближайшем будущем не
собирались.
Ее голова покоилась на его руке, обнаженные тела во власти сладкой
неги темнели на фоне белоснежных простыней и покрывал. Усталые и
измученные, они почти отдались власти сна.
Губы Майкла в последнем дыхании бодрствования прошептали:
– Ты что-то говорила о Карлсоне?.. Там, в Стокгольме...
Никита тихонько хихикнула, ткнулась носом в его руку и тут же
уснула.
Завтра будет новый день...

Сообщение отредактировал LenNik: Пятница, 15 июля 2005, 11:45:30

 



Ответить


  

0 посетителей читают эту тему: 0 участников и 0 гостей